Марго. Помощница для вампира - Светлана Шавлюк

жарко, тесно и… Тяжело. Стоп. Распахнула глаза. Я была укутана одеялом по самую макушку, нос уткнулся во что-то твердое и живое. Оно дышало. Я чувствовала, как вздымается чужая грудь от мерного дыхания. Этот кто-то крепко прижимал меня к себе. Попыталась выбраться, поерзала, чуть сдвинулась, еще чуть-чуть. И с тихим вскриком свалилась на пол. Еще и в одеяле запуталась. Но оно смягчило мое падение.

— Твою ж мать, — прошипела я.

Вывернулась из одеяла и подскочила. Сжала кулаки. Воздух со свистом вырывался сквозь сжатые зубы. Я была готова драться, кричать и звать на помощь. Но стоило присмотреться, как страх сменило возмущение. На кровати, развалившись, даже не заметив моего феерического бегства, дрых вирр. Я глупо хлопнула глазами, оглядывая полуголого мужчину. Он беззастенчиво сопел в мою подушку, распластавшись на животе и раскинув руки. Свет, проникающий сквозь шторы очертил широкую спину мужчины, я даже разглядела длинный тонкий шрам на лопатке. Его, словно припорошенные пеплом, волосы в беспорядке рассыпались по плечам. Тонкие темные штаны чуть съехали вниз, открывая небольшие ямочки на пояснице, облегали подтянутые ягодицы и длинные ноги. Даже тапки снять не удосужился, сволочь. Один висел на ступне, второй валялся у изножья. Было ощущение, что он просто потерял сознание у моей кровати. Осторожно приблизилась, склонилась. Мужчина дышал, я это слышала. Но мало ли… Аккуратно откинула волосы, которые скрывали лицо, случайно коснулась горячей кожи щеки. Он мгновенно распахнул глаза и схватил меня за руку, дернул и повалил на себя. Перекатился и навис сверху, сверля сонным полубезумным взглядом.

Я охнула и замерла. Он придавил мои руки своими по обеим сторонам. Медленно скользил взглядом по лицу, по полупрозрачному пеньюару, который, вообще-то ничего не прикрывал. Вот же гадство! В лицо плеснуло огнем. Не то от смущения, не то от злости. Я дернулась. Вирр оторвался от разглядывания моего тела. Взглянул в глаза и улыбнулся. Плотоядно так, издевательски-самоуверенно. В его глазах медленно разгорался огонь желания.

— Интересное, — вновь скользнул по прозрачно-алому кружеву моего ночного одеяния, — утро. Ну и что ты тут делаешь? — хриплый, едва ли не мурлыкающий голос вирра ввел в ступор. Такого у нас еще не случалось. — Недотрога, — хмыкнул он.

Я разозлилась. Дернулась снова. Зашипела.

— Это вы что тут делаете? — зло прищурилась, пытаясь унять смущение. — Часто так вваливаетесь в чужие спальни?

Вирр поднял голову, медленно огляделся. Нахмурился. Р-р-р, хоть бы слез с меня. Жар и тяжесть мужского тела не давали мне сосредоточиться. На его лице расцвело понимание, а у меня в голове — озарение, которое я не смогла сдержать.

— Ах ты вуайерист проклятый! — задохнулась от возмущения. — Это же ты, — дернулась, хотелось вцепиться в его лицо ногтями, — ночами тут шастал и спать не давал спокойно.

— Что? — его хриплый голос мурашками пробежался по коже. И я вдруг осознала, кому сказала то, что сказала.

— Отпустите, — взвилась я и забилась в его руках.

— Не дергайся, — он склонился к моему лицу и шумно втянул воздух у шеи, — такая дикая и горячая, будешь так тереться об меня, и я за себя не ручаюсь.

Меня словно камнем придавило. Затихла. Беззвучно открывала и закрывала рот, хватая воздух и не в силах сказать что-то. Сердце билось о грудную клетку, словно пыталось вырваться. С губ были готовы сорваться проклятия. Но я замерла и молчала.

— Так-то лучше, — он разжал пальцы, скользнул по моей руке вверх, к плечу, будто случайно коснулся груди, я вздрогнула, судорожно выдохнув, он перекатился, встал. Еще раз окинул меня горящим взглядом.

— Жду тебя в кабинете через час, — и вышел. Вслед полетела подушка. Она с глухим звуком ударилась о закрытую уже дверь и скатилась на пол.

— Козел! — прошипела я. Отдернула пеньюар, потерла запястья и от души выругалась на русском матерном. От бессильной ярости стукнула кулаками по постели. И еще долго на голову наглеца сыпались все возможные ругательства. Все, на что я была способна.

Когда я вошла в кабинет, меня снова встречал собранный, холодный и безэмоциональный вирр. Как быстро он меняет маски. Я даже удивляться не стала. Надоело. Ярость и злость смылись с первыми струями воды в душе. Их место вновь заняла апатия. И усталость. Может лекарства Нияры так на меня действуют?

— Сядь, — повелительный тон и жест, едва я перешагнула порог кабинета. Мысленно пожала плечами и прошла к креслу напротив хозяина кабинета. Взаимность — наше все. Натяну такую же маску безразличия, может станет легче.

Меня словно бросали из огня да в полымя, не давая передышки. И моё сознание махнуло на все ручкой, решив отключить все эмоции.

Я даже цепкий взгляд Тайлинга встретила со спокойствием, без страха, лишь лениво всколыхнулось смущение, напоминая об «интересном» утре, но и его я быстро задавила. Тишина сгущалась. Я смотрела ему в глаза, а в голове гулял сквозняк. Из меня будто вытряхнули все мысли и эмоции и посадили в кресло уже пустую куклу.

Вирр поморщился. Скривился. Глубоко вдохнул, шумно выдохнул.

— И все-таки ты назвала меня Вамп вирром. Откуда тебе известно о высших из изначального мира?

— Я не называла…

— Назвала, — рыкнул он, перебив меня. — Я не знаю, как тебе удаётся обмануть меня. Я не чувствую лжи. Но я видел твои воспоминания.

Пф. Тоже мне, детектор лжи доморощенный.

— И все же, — повела плечом, будто сбрасывая раздражение вирра, — Вамп Вирром я вас не называла. И ничего о высших из изначального не знаю. Я вообще до недавнего времени не представляла, кто вы…что на самом деле из себя представляете. — Да я и сейчас не особо в курсе. Тот вирр, что был утром в моей постели мало был похож на того, что сидел передо мной. Там был мужчина, наполненный желанием, жизнью, страстью, здесь — хозяин, расчетливый и холодный.

Вирр выдохнул сквозь зубы. Откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Я опустила взгляд на стол. Хотелось покоя.

— Мар-ргарита, — уже тише и спокойнее произнёс он. — Я… Я хотел извиниться за вчерашнее.

А за сегодняшнее? Криво улыбнулась, впервые испытала хоть какие-то эмоции. Надо же, за вчерашнюю пьяную выходку он извиниться хочет. А все остальное, конечно, мелочи.

— Мне…, - он делал паузы, словно не знал, что сказать, — я был не в себе, — запустил руку в волосы и разворошил идеальный порядок, опять напоминая утреннего Тайлинга. — Сложный день. Да, тьма, сложные месяцы и годы, — он рыкнул и зло что-то прошептал, — я не должен был вести себя так. Пожала плечами. Хозяин — барин. Как хочет так и ведёт. Удивительно скорее то, что