Снежное пламя - Ширли Грин

— А я так никогда и не думала, — ответила Сью. — Но тогда… Я видела их вместе несколько раз, и будь на его месте кто-нибудь другой, то давно бы задушил несносную Майру!

— Так ты видела их вместе?

— Извини, — спохватилась Сью. — Я совсем забыла, что ты не хочешь о нем говорить.

— Нет, продолжай, пожалуйста! Мне интересно послушать тебя, — успокоила ее Кристина. — Я все еще не могу привыкнуть к мысли, что Джастин Магнуссон все эти годы был вашим соседом, и я об этом ничего не знала.

Сью пожала плечами.

— Билл Кросби уже несколько лет живет в доме возле Питершема, и ни один из его соседей ни разу его не потревожил. Мы, обитатели Новой Англии, известны ревностным отношением к своей частной жизни, не любим ее афишировать и распространяем эту старинную традицию на наших местных знаменитостей. Кроме того, с Магнуссоном мы никогда не были уж очень близкими друзьями. Джастин после женитьбы на Майре бывал здесь не так часто и большую часть времени проводил в Нью-Йорке. Но однажды он случайно встретился с Роджером и пригласил его на ужин. Помню, я очень взволновалась при одной мысли, что смогу наяву увидеть Майру Бреккенридж. Боже, какое нас постигло разочарование!

— То есть?

— Видишь ли, она презирала все провинциальное. Майра возненавидела свой загородный дом, выстроенный прекрасным архитектором с утонченным вкусом. Мы помним, с какой любовью Джастин наблюдал за созданием этой великолепной виллы. А бассейн в доме — это настоящее чудо!

Она перевела взгляд на Кристину, явно что-то пытаясь узнать еще.

— Ты… была в этом сказочном бассейне?

— Сью! — Кристина зарделась.

— Боже, как романтично! — восхитилась Сью. — Мне всегда было интересно, как себя чувствуешь, когда снаружи идет снег, а ты…

— Сью, ты начала мне рассказывать про Майру Бреккенридж.

— Ах да. А что тут рассказывать? Дрянь она была отменная, вот и весь рассказ. Вечер, проведенный нами в гостях, походил скорее на стихийное бедствие. Когда Джастин провел нас в дом, она стояла вверху на лестнице. Сбежав вниз, заявила, что они немедленно возвращаются в Нью-Йорк. Когда Джастин нас представил, она едва кивнула, а когда он дал понять, что пригласил нас в гости, сказала что-то невразумительное, вроде: «Как странно! Званый чай у примерных супругов, живущих „на покое“!»

— И что же Джастин? — спросила Кристина.

— Он не обратил на нее никакого внимания. Джастин сказал, что она может идти куда хочет, но если она и впредь будет вести себя так грубо и бесцеремонно, то вещи ей придется упаковывать самой. Красавица молча взбежала наверх, и мы не видели ее до конца вечера.

— Как же вам было наверно неловко!

— Скорее странно, — уточнила Сью. — Потому что Джастин — само очарование. У них тогда был свой повар — Майра привезла его из Нью-Йорка, и ужин он приготовил просто восхитительный! Для меня Джастин нашел бутылку отменного вина из своих запасов, а они с Роджером сидели в креслах и попивали пиво как закадычные друзья. Никогда не видела более простого, гостеприимного и спокойного человека. С такой непринужденностью суметь загладить неприличную выходку своей жены по силам только отлично воспитанному человеку.

— А Майра, как говорится, под занавес появилась снова.

— Ну-у, около полуночи, как раз перед нашим уходом! Она неузнаваемо преобразилась. Майра спустилась к нам в джинсах и тенниске. В жизни не видела никого, кто бы так великолепно выглядел в джинсах и тенниске. На этот раз Майра была сама любезность, хоть фальши не могла скрыть. Извинилась перед нами с Роджером; объяснила свое раздражение усталостью от съемок в кино. Но самое невероятное было не в ее преображении, она же прекрасная актриса…

Сью оборвала фразу, и Кристина насторожилась, не отводя от нее глаз.

— Что же, говори скорее!

— Мне показалось, что Майра его любит, но по-своему. Уверена, она его очень любила. Но вскоре они расстались. Она слишком замкнулась в своем лицедействе. Майра жила в каком-то выдуманном мире, далеком от реальности. А Джастин — человек, твердо стоящий на земле и любящий ее. У тебя не было такого чувства, когда ты немного его узнала?

— Думаю… да.

— Пожалуй, я бы в него могла влюбиться.

— Прошу прощения, не поняла? — переспросила Кристина.

— Прости, я не совсем точно выразилась. Ты знаешь, что я люблю Роджера. Так было, так будет всегда. Но… в Джастине есть что-то неудержимо влекущее, тебе не кажется? Ну, конечно, еще бы ты не согласилась! У него такие колдовские глаза, такое тело, просто созданное для любви… Впрочем, ты знаешь об этом куда лучше меня…

— Сью!

— Еще раз извини! Просто мне не терпится обо всем узнать поподробнее.

— Ну а мне не терпится узнать, что тебе известно об убийстве, — взмолилась Кристина.

— Ах, об этом! — в голосе Сью послышалось разочарование. — Полагаю, ты и об этом знаешь больше меня. Я услышала о нем сразу, как только это произошло. Мы тогда были счастливы за Джастина, потому что «Снежное пламя» шло в театре с огромным успехом. Газеты пестрели восторженными заголовками, и мы были искренне рады, хотя очень давно не виделись с Джастином. И вдруг в газетах читаем об убийстве, а потом нам рассказывает о преступлении наш знакомый, местный шериф. Ему было тяжело брать Джастина под стражу, потому что он его знал не хуже нашего. Одна из улик была та, что Джастин и Майра давно уже не ладили друг с другом; кроме того, многие свидетельствовали, что Джастин угрожал убить ее этим вечером. Хотя все знали, что она везде и всюду играет на публику и что, несмотря на все неурядицы, она оставалась его женой. Лично мне казалось…

— Что?! — не выдержала Кристина.

— Мне совсем не казалось, что он ее все еще любил. Не думаю, чтобы он мог ревновать Майру, по крайней мере, так сильно, чтобы решиться на убийство.

— Но она же была такой красавицей…

— Красота может вскружить голову, но стать основанием прочной и нерушимой любви едва ли. Джастин хотел от женщины значительно больше, чем Майра была в состоянии дать ему. Или, скажем так, она не могла ему дать главного, чего он желал. То ли просто не хотела, то ли действительно не могла, потому что была не той женщиной, о которой он мечтал, трудно сказать.

Но обернулось все очень и очень печально. При новых встречах Роджер пытался оставаться в присутствии Джастина беспечным, шутил, как обычно, я тоже старалась не подавать виду, что мне известно об этой печальной и загадочной истории, но он с нами ничего не говорил о своем прошлом, не расспрашивал и о нашей жизни. Нам оставалось верить, что он не имеет к убийству никакого отношения, а случившаяся трагедия только роковое стечение обстоятельств.