Назия просит обойтись без поминок - Таха Кехар

Будто для того, чтобы поставить точку, Асфанд громко зевает:

– Она говорит мне, что Долли и Фарид ее обидели. Что наши с ней отношения стали для нее утешением после того, как друзья ее предали.

– Когда все меняется? – продолжал допрос Салман.

– Много лет все идет гладко, пока Парвин не настраивает Сабин против меня и ее матери. После этого нам с Назией приходится отстаивать свою репутацию перед теми, кто нам дорог. Нури, которая лишь молча подозревала нас после доноса соседки, теперь вынуждена встретиться с правдой лицом к лицу. Она велит Парвин не совать свой нос куда не следует и прекратить провоцировать конфликты между Назией и Сабин. Но Парвин успевает настроить девушку против Назии. Когда Сабин уезжает с тетей Пино и выясняется, что шансов на ее возвращение практически нет, Назия прячется в панцирь из ненависти к себе. Наши полуночные свидания резко прекращаются, потому что она запирается у себя в комнате. Нури все повторяет мне, что Назия-апа планирует уехать через пару недель.

Вскоре у Назии случается инсульт. Она выживает, но становится совсем другим человеком. Она целыми днями сидит в комнате и пишет, выходя только поесть и прогуляться перед сном. Я держу дистанцию, потому что не узнаю ту женщину, которой она стала, но все же стараюсь скрасить ей жизнь разными пустяками. Настаиваю, чтобы бугенвиллею поливали каждый день, – пусть Назии будет хотя бы приятно гулять по саду. Передаю ей новые тетради через Сорайю, чтобы Назия могла продолжать писать, – ведь это единственное, в чем она находит покой.

– Вы довольны тем, как закончились ваши отношения?

– Наша идеальная дружба резко оборвалась – неизбежное последствие катастрофы, которая была нам неподвластна.

– Что вы делаете после того, как ваша дружба обрывается?

– Продолжаю жаловаться Нури на поведение Назии.

– Почему?

– Потому что знаю, что этого хочет Назия. Она хочет, чтобы все снова стало так, как было до того, как мы сблизились. Хочет стереть все воспоминания о нашей дружбе.

– Думаете, она ждет от вас большего? – спросил Салман, изо всех сил подавляя злость. – В конце концов, вы ее самый близкий… друг. Уверен, вы можете сделать хоть что-то помимо жалоб.

– Я делаю то, что должен! – огрызнулся Асфанд после небольшой задумчивой паузы. – И не хочу влезать в то, что мне стоило бы делать. Я и так уже достаточно настрадался.

Ощутив, как неуютно пациенту, Салман опустил ладонь на его лицо и решил завершать сеанс.

– Если бы Назия была сейчас здесь, что бы вы хотели сделать? – осведомился Салман, чуть запинаясь, и с тревогой посмотрел на Сорайю, гадая, что ей придется перенести на этот раз. Теперь, когда Наурин четко дала понять, что безопасность Сорайи ей безразлична, он был обязан ее защитить.

– Я хочу просто поцеловать ее в лоб, – сказал Асфанд. – Я не смог этого сделать перед погребением.

Салман испустил мягкий вздох, благодарный за то, что в этот раз Сорайю обойдут стороной жестокость и агрессия, которые остальные гости скрывали за громкими словами о любви к Назии. Глядя, как Асфанд целует в лоб служанку, Салман вспомнил, как в последний раз поцеловал Азифу.

Это была ночь накануне 12 мая 2007 года, за несколько часов до того, как Карачи превратился в поле боя, где противоборствующие стороны схлестнулись в битве. Салман тогда еще не знал, что утром Азифа проснется, облачится в чаддар и покинет дом вместе с их дочерью. Он и представить не мог, что проведет следующий вечер, панически набирая ее номер, ожидая, что она наконец ответит и заверит его, что они с Захрой пережили хаос, который накрыл город во время событий Черной субботы[15]. Обнимая жену в ночь перед ее уходом, Салман не знал, что обречен вечно искать ее в каждой увиденной вещи и в каждом встречном человеке. Он не знал, что не сможет расстаться с фантазией, в которой жена любила его – хотя очевидно было, что он ей больше не нужен, – и изо всех сил постарается не дать этой фантазии превратиться в призрак.

Разрывы и примирения

Сабин листала выпуск журнала «Вуменс оун», который нашла на кофейном столике в гостиной, сквозь слезы на глазах разглядывая фотографии красоток, одетых по последнему писку моды.

Наурин, быстро войдя в комнату, похлопала племянницу по плечу:

– Не слушай Пино, – сказала она, сдержанно улыбаясь. – Она всегда несет не пойми что.

– Мне жаль, что я не проявляла к маме больше уважения, – отозвалась Сабин, откидывая журнал обратно на столик. – Если бы я раньше узнала, что она так сильно ненавидит маму… Возможно, тогда я бы не стала для вас такой обузой.

– Не говори так… – ласково проворковала Наурин, целуя Сабин в лоб и присаживаясь рядом с ней. – Мы не считаем тебя обузой. И мама твоя не считала. Она тебя любила. Каким образом ты могла быть ей обузой?

Сабин закинула руку на плечо Наурин и положила голову ей на грудь:

– Я ее так обидела, тетя Наурин… – прошептала она, по ее щекам текли слезы. – И тебя тоже. Я не понимала, что мои поступки так заденут вас обеих. Я была эгоисткой.

Но утешить племянницу Наурин не успела – она заметила, что Асфанд уже спускается по ступеням, прижав руки к груди и с глазами, влажными от слез.

– Как все прошло, Асфанд? – спросила она спокойно и учтиво.

Вопрос вывел его из ступора. Асфанд развернулся к ним лицом, стирая слезинку, прочертившую дорожку по его щеке.

– О, весьма терапевтично, – ответил он, не желая делиться подробностями. – Я не могу вспомнить, что именно происходило, но мне стало спокойнее на душе.

Наурин просияла, хоть и не была уверена, что муж говорит правду.

– В таком случае не будем заставлять Сабин ждать, – сказала она, поднимаясь на ноги и подталкивая племянницу к лестнице. – Поднимайся, бети!

Девушка послушно взбежала по ступеням. Хотя она не желала перечить тете, ее все же поразила резкость Наурин. «Это меня так наказывают за то, что я пошла против мамы?» Сабин вдруг осознала, что многого не понимает о людях, которым, по идее, должна доверять.

– Нури, – прошептал Асфанд, – где твоя сестра нашла этого человека? Он помог мне справиться с таким грузом печали и боли… Сперва я был настроен скептически, но он и правда знал, как утолить мое горе.

– Я так рада, – сказала Наурин, с громким выдохом отпуская свои страхи. – Не думала, что ты меня поддержишь.

– Я не поддерживаю. Я все еще не