Белое перо - Гектор Шульц

просто так согласился сопровождать меня. И не просто так ты пошел меня выручать. Я была твоей целью, да?

Элигос усмехнулся, увидев, что её глаза покраснели.

– Отчасти, юная леди. Моя цель не меняется с давних пор. С ней я прибыл в Иудею, эта же цель была у меня в средневековой Франции. Цель не изменилась.

– И какова она? Почему ты тянешь с ответом?!

– Не стоит повышать голос, – Элигос пригрозил ей пальцем и, проглотив мороженое, продолжил: – Цель проста. Собрать доказательства того, что у человечества нет шанса стать лучше, и снять Первую печать.

– Первую печать? – побледнела девушка. – Из Откровения?

– Да, – вздохнув, ответил демон. – Если я решу, что человечество не достойно больше милости Отца, то сниму Первую печать, и Армагеддон[24] начнется. А дальше тебе известно: огонь с небес, серные дожди, саранча и кровавые реки.

– Почему ты, а не Он?

– Кто, как не демон, лучше разбирается в грехах, – ответил Элигос. – Но моя миссия почти завершилась.

– И каков ответ?

– Увы, тебе я этого не скажу, – покачал он головой. – Есть вещи, о которых людям знать необязательно, Виктория. И это одна из таких вещей.

– Спасибо, Элигос, – чуть подумав, ответила Виктория.

– За что? – улыбнулся демон.

– За искренность. У людей она редко встречается.

– У демонов тоже, – загадочно улыбнулся он и поднялся со стула, когда по громкой связи объявили посадку.

Самолет привел демона в неописуемый восторг, а Виктория, не скрывая улыбки, следила за его эмоциями. Не обошлось и без традиционной фотографии, только лицо девушки было грустным, что не прошло незамеченным от Элигоса. Включив вентилятор над креслом, он откинулся в мягком кресле и повернулся к ней.

– И почему мы раньше не использовали это чудо? Оно куда комфортнее поезда и такси, Виктория. Моей радости не омрачает даже маленький человек, с методичностью дятла бьющий ногами в спинку кресла позади.

– Я не знаю, Элигос, – улыбнулась девушка. – Если бы мы полетели самолетом, то путешествие могло бы завершиться по-другому. Разве нет?

– С небольшими различиями, но итог остался бы тем же, – ответил Элигос.

– Но оно было бы короче.

– Соглашусь. В нем было бы меньше мороженого и твоих жидкостей, которыми ты так и норовила меня залить, – ехидно подтвердил демон и повернулся к мальчугану, который с осатанелой улыбкой продолжал лупить кресло Элигоса. – Маленький человек. Если ты не прекратишь меня доставать своими конечностями, то я лишу их и тебя, и твоего родителя. Спорим, что будет забавно смотреть, как ты ползаешь и не можешь взять в руки ложку? А может, я тебя зажарю и съем без соли. Люблю детишек. Жареных.

– Элигос, – рассмеялась Вики под недоуменным взглядом демона. – Детям многое прощается.

– Но не дремучее невежество из-за отсутствия воспитания, – парировал тот и расслабленно выдохнул, когда до пассажиров сзади дошел смысл сказанного и тычки прекратились. – Так гораздо лучше. Это конечно несравнимо со свободным полетом, когда ветер развевает волосы и холодит лицо, но тоже неплохо. Запишу этот вид транспорта в плюс человечеству.

– И много уже плюсов, или минусы преобладают?

– Юная леди, – сварливо ответил Элигос, заставив Викторию рассмеяться в который раз. – Мое внимание все еще при себе, несмотря на наслаждение этой летающей повозкой. Больше повторять не буду. Всему свое время.

– Хорошо, – улыбнулась Вики. – Я рада, что ты снова улыбаешься.

– Я часто улыбаюсь.

– В приюте у тебя была другая улыбка. Злая, что ли.

– Возможно. Иной раз полезно снять маску.

– Или надеть новую, – тихо вздохнула девушка. Демон улыбнулся, но промолчал и предпочел погрузиться в телефон, читая очередную книгу. Правда, изредка он отрывался, чтобы задумчиво смотреть на перины облаков, проплывающие внизу. Вики, заметив это, робко тронула его за плечо и, когда демон повернулся, спросила: – Ты скучаешь по дому?

– Ты сейчас о потерянном доме? – переспросил он и, дождавшись кивка, вздохнул. – Да, Виктория.

– Какой он?

– Это самое прекрасное место, – улыбнулся Элигос. – Самое светлое и чистое. В нем нет места грехам и чернильной тьме, а души счастливы. В нем человек получает все, чего был лишен в жизни. В рамках разумного, естественно. Там царит покой и нега, юная леди. И тысяч слов не хватит, чтобы описать его красоту. Впрочем, когда-нибудь сама увидишь.

– Ты шутишь? – рассмеялась Вики. – Я же не праведник. Украла документы, когда бежала из приюта. Обманула кассира на вокзале. Много чего делала, Элигос.

– Ложь во благо – спасительная ложь. Если наказывать за такие мелочи, то Ад будет переполнен, – загадочно ответил Элигос и вздохнул, когда самолет начал снижаться. – Ты права. Полет куда быстрее. И я рад, что ты села на поезд.

– Правда?

– Демоны не врут, Виктория. Пора бы уже запомнить, – улыбнулся он, доставая наушники из кармана и включая на телефоне ноктюрн Шопена[25].

Как бы Виктория не хотела, но время мчалось вперед, словно безумный локомотив, не обращающий внимания на ограничения скорости и препятствия на пути. Не было привычных пробок, в которых они часто делились с Элигосом сокровенным или обсуждали прочитанные демоном книги. Даже водитель, как назло, попался вежливый и молчаливый. Молчал и Элигос, предпочитая всю дорогу до дома Адама слушать музыку и смотреть в окно с крайне загадочным видом.

Он выключил телефон лишь на пороге многоквартирного дома, в котором остановился брат Вики. Демон задумчиво посмотрел на девушку сверху вниз, а потом нажал кнопку звонка и, дождавшись звука шагов за дверью, отошел в сторону. В его руках снова возникла странная черная папка, которую Элигос забрал из кабинета директора приюта.

– Вики!

– Адам, – слезы, которые копились всю дорогу до Берлина, вдруг хлынули водопадом, обжигая горячей солью губы Виктории. Она без стеснения плакала, прижавшись к груди брата, а тот, ласково улыбаясь, поглаживал её по голове.

– Виктория, что случилось? Почему ты убежала? Тебя искали, какие-то люди, – парень обрушил на девушку кучу вопросов, но Элигос, кашлянув, протянул ему папку. – Что это? Серьезно?

– Серьезно, Адам. Это не запретный плод, как могло бы показаться, – съязвил демон, – а всего лишь то, что ты теперь опекун Виктории. Официально.

– Что? – удивилась она, отпрянув от брата и смотря на улыбающегося Элигоса.

– Что? – картинно удивился демон. – Ты думала, что я просто так копаюсь в документах воспитанниц? Юная леди по-прежнему не очень высокого мнения обо мне и моих способностях.

– Прости, – всхлипнула она и прижалась к Элигосу, который мягко рассмеялся и погладил её по голове. – Спасибо. Спасибо, Элигос.

– Теперь моя часть сделки выполнена, Виктория.

– Как ты и обещал, – сквозь слезы улыбнулась она и снова сморщила лицо.

– О, ну как всегда. Без жидкостей не обходится ни один наш разговор, – закатил глаза Элигос, вытирая слезы Виктории черным платком. – Я заметил, как ты любишь плакать по мелочам, хотя надо смеяться и радоваться.

– Почему мы стоим? Заходите! Я поставлю чай. Элигос, я должен вас поблагодарить стаканом отменного виски, – воскликнул Адам, но демон вдруг поднял руки. – Я не потерплю отказа.

– С виски у меня не заладилось,