Чудесная жемчужина. Рассказы о необычном. Корейские предания легенды и сказки - Народные сказки

— Как посмел посыльный ударить по лицу своего начальника?! — кричал правитель, швыряя вещи и бранясь.

Издавая какие-то бессвязные звуки, он метался по управе, как сумасшедший.

— Наш начальник заболел, и работать с ним опасно! — сообщили чиновники его секретарю.

Секретарь вместе с сыном и дочерью правителя пришёл в управу. Правитель то садился, то вскакивал, метался по комнате, стучал кулаком по столу… Словом, вел себя очень подозрительно. Он принялся рассказывать, как посыльный ударил его по щеке, а чиновники отказались ему повиноваться. Говорил он бессвязно, пот с него лил ручьями, а глаза налились кровью, и с губ капала слюна. Ни секретарь, ни дети больше не сомневались, что правитель сошёл с ума, и, конечно, не поверили его рассказу.

— Батюшка, умоляем вас, успокойтесь, посидите смирно. Ведь никто не видел, как вас ударил посыльный, — нельзя же его наказывать. Вы, верно, немного захворали! — обратились дети к отцу.

— Не дети вы мне больше! — орал ещё более разозлённый правитель. — Вы что, хотите оправдать этого посыльного?! Убирайтесь отсюда и на глаза мне больше не показывайтесь!

Тогда сын правителя позвал лекаря проверить у отца пульс и дать ему лекарство. Но правитель, оттолкнув лекарства, рявкнул:

— Чем я болен? Не нужно мне никакого лекарства!

Он выгнал лекаря и весь день вёл себя как помешанный. Все окончательно уверились, что правитель заболел, и никто больше не слушал его. Так продолжалось день-два. Он совсем растерялся, стал отказываться от еды и в самом деле будто помешался.

В уездном городе, да и во всех окрестных деревнях, не было уже человека, кто бы не знал о болезни правителя, а когда молва дошла до губернатора провинции, тот немедленно доложил государю. Губернатор вызвал правителя к себе.

— Слышал я, будто ты заболел? — спросил его губернатор. — А теперь как ты себя чувствуешь?

— Да ведь я не болен! — возразил правитель и рассказал губернатору, в чём дело.

Подняв руку, губернатор воскликнул:

— У тебя снова появились признаки болезни! Живо уходи отсюда.

Не осмелившись спорить с губернатором, правитель попрощался и поехал домой. Чтобы не заболеть и в самом деле, он позвал лекаря и попросил лекарства.

С должности его, конечно, сняли. И вот, уже состарившись, однажды собрал он своих домашних и сказал:

— Все считают, что я помешался на том, будто посыльный дал мне пощёчину. А ведь он меня и на самом деле ударил!

Батюшка, ведь ваш недуг давно прошёл! Неужели болезнь снова вернулась? Что же делать? — испуганно воскликнули дети.

Вид у них был такой встревоженный, что правитель поспешил замолчать и решил больше не вспоминать этой истории.

Так дети никогда и не узнали, что отец говорил правду.

Как разбогател Пон Сокчжу

Перевод Д. Д. Елисеева

Пон Сокчжу — человек ловкий и отважный, он прекрасно стрелял из лука, а в игре кёкгу[314] был в своё время самым первым. Он имел звание «Сановника, заслуженного в умиротворении страны», имел чин третьего ранга, ему даже был пожалован титул куна. Однако по своей натуре он был человеком алчным и жестоким, а своим главным делом почитал накопление богатства.

Случалось, к примеру, и такое, что он зазывал к себе мастера-игольника, поил его вином, а после требовал у него несколько десятков иголок и посылал в провинцию толпу слуг, заставляя их выменивать за каждую иглу по одному куриному яйцу. Потом возвращал яйца тем же людям, а осенью снова отправлял к ним слуг получить с них по большой курице. Если же находились люди, которые отказывались подчиниться его требованию, их жестоко избивали. Сам Сокчжу тщательно следил за всем этим, и не было случая, чтоб ему не удавалось добиться своего.

А ещё он посылал своих слуг взять множество железных гвоздей, подняться вверх по течению реки, и если они находили в верховьях людей, которые рубят лес и сбрасывают брёвна в горную лощину, то должны были тайком забить гвозди в торцы бревен. Когда же брёвна сплавляли вниз по течению реки Намган и они оказывались на месте, Сокчжу тут же заявлял:

— Это всё мои брёвна!

Препираясь с истинным хозяином, задавал ему вопрос:

— А на твоих брёвнах есть какая-нибудь метка? Вот на моих брёвнах, на торцах вбиты гвозди!

Срубленные деревья осматривали и на самом деле на торцах находили гвозди. Тут уж настоящий хозяин не мог с ним спорить.

Таких случаев, когда Сокчжу отбирал чужое имущество, было не счесть. При дворе, например, было принято летом распределять лед между высшими сановниками, а среди них было немало таких, кто не имел толпы слуг и потому не мог перенести весь лёд к себе. Так вот Сокчжу посылал слуг перетаскивать его и продавать на базаре, отчего имел немалую прибыль.

А ещё, когда Сокчжу был назначен командующим флотом провинции Чолла, он заставлял солдат распахивать близлежащие острова и высевать там кунжут и хлопок. Когда же он внезапно получил отставку и возвращался в свои родные места, его корабль доверху был наполнен кунжутом и хлопком. Вот потому денег у него было десятки и десятки тысяч связок, а амбары с зерном оказались такими же огромными, как государственные.

И ещё случалось, когда двор передавал жён и наложниц мятежных сановников в дома заслуженных чиновников, где они должны были работать в качестве слуг, Сокчжу всегда требовал себе самых красивых женщин. Они становились наложницами, и Сокчжу денно и нощно бражничал с ними и развлекался, как хотел.

Однако позднее он и сам был казнён как мятежник.

Как найти толкового чиновника

Перевод Д. Д. Елисеева

Некий губернатор провинции, сделавшись министром, вошел к государю.

— Слышал я, — обратился к нему государь Сончжон[315], — что в бытность свою губернатором ты судил о чиновниках по тому, как они едят. Правда ли это?

— Поистине было так, — ответил тот.

Государь с неодобрением посмотрел на него и сказал:

— Да можно ли определить способности человека, наблюдая, как он наполняет желудок?

— Уж если человек плохо ест, — ответил министр, — то и во всяком другом деле он окажется неспособным. Разве это не так?

— А ведь и правда! — согласился государь.

Одни добывают морские ушки — другие их едят

Перевод Д. Д. Елисеева

В нашей семье была служанка по имени Кванмэ, родом она была из Сунчхона[316] и, так как выросла на берегу моря, отлично плавала и, ныряя вместе со своими подругами в воду, умело добывала морские ушки. Летом в воде холоднее, чем в воздухе, а зимой — теплее, поэтому даже в мороз можно, раздевшись догола, плавать под водой. Ныряя, девушки брали с собой кувшины, сделанные из тыквы, и ножи. Они долго оставались под водой, а когда всплывали на поверхность, крепко прижав кувшины к груди или животу, воздух со свистом вырывался у них из ноздрей. Кроме ножа и кувшина — орудий добытчика ушек, девушки прихватывали ещё круглый бубенчик. В море водились хищные рыбы. Завидя плывущего под водой человека, они набрасывались на него, обнажая острые зубы. Считалось, что они боятся блеска ножа и звона бубенчика.

Одна из подруг Кванмэ, Симхэ, хорошо ныряла на большую глубину и доставала самые крупные ушки, за которые ей платили вдвое дороже. Она приноровилась даже к требованиям чиновников управы, и её никогда не наказывали. Добытые ушки нанизывались на нитку по десятку, десять маленьких связок составляли одну большую. Если же такого количества не набиралось, то в управе ушки не покупали.

Однажды подруга Кванмэ нырнула в море за ушками. И вдруг, разинув пасть, на неё ринулась большая рыба. Симхэ еле отогнала её бубенчиком и выскочила на берег. У неё было всего девять ушек, но она не осмелилась нырнуть снова.

— Достань еще хоть одно ушко, чтобы получилась полная связка, — стали браниться её родители. — Ты просто замерзла, и тебе не хочется лезть в воду. Ведь если не будет полной связки, то какая польза от этих ушек? Экая ты нерадивая. Как мы жить-то будем?

— Только что я видела в море страшную рыбу, — рассердилась дочь, — и не хочу идти в воду. Но раз вы ругаетесь, говорите, что я боюсь холода, что я ленивая, то я пойду, пусть даже мне придётся погибнуть!

Она позвонила в бубенчик и прыгнула в море. А через некоторое время вода в этом месте забурлила и на поверхность всплыли пузыри — девушка стала добычей морской хищницы!

Квон Чун, став правителем уезда Сунчхон, послал одного рыбака в море наловить ушек. Огромная акула схватила его зубами за бок и рванула так, что у него вывалились все внутренности. Рыбак стал с ней бороться под водой, ему с трудом удалось ухватиться за борт лодки и взобраться в неё. Однако через несколько дней он умер.