Начало пути (СИ) - Дамиров Рафаэль

— Нету у меня никого, ты мне щас и папка и мамка... — Герт вздохнул. — Один я рос, за хлеб и кров у трактирщика в помощниках все детство отбегал...

— А родители где?

— А бес их знает... Брошенный я.

Герт отхлебнул рому и, глядя на языки потрескивающего костра, задумчиво проговорил:

— Не знаю, хотел бы я их сейчас увидеть?..

Помолчав, Герт вдруг запел. Его голос лился, словно серебристый ручеек, лаская слух, завораживая и успокаивая одновременно. Я с удивлением на него уставился, слушая старинную песню:

В ночном лесу бежали волки

По следу крови на земле.

В убранстве изумрудном елки

Путь преграждали беглецу.

Из рваной раны кровь сочится,

Смертельно близок адский вой!

И человек остановился,

Чтобы принять последний бой.

К скале спиной прижался воин,

Кинжала блеск луну затмил.

Не жаждой боя ратник болен,

Собою сверток он прикрыл.

И вмиг настигла его стая,

В прыжке взметнулась тень ночная.

Клинок ударом волка встретил,

Смертельной раною пометил.

Второй повис, вцепившись в руку,

Но взмах кинжала был ответом.

Предсмертный вой раздался гулко,

Один вожак остался целым...

Смотрел в глаза он человеку,

А тот, убрав кровавый нож,

Промолвил: «Мы с тобой похожи,

И гибнуть в схватке нам негоже...

Ступай дорогою своею,

И я пойду, я тоже зверь»...

Волк повернулся, чтоб уйти,

Но свист клинка его настиг!

Прости за нож, летящий в спину -

Не мог тебя я отпустить!

Не чувство страха, что вдруг сгину,

Заставило тебя сразить.

И человек, поднявши сверток,

Открыл тряпицы уголок,

А там лежал младенец мертвый,

С кровавой раной от клыков.

***

В один из солнечных дней Долина наконец исторгла нескончаемые колонны солдат, повозок и конницы. Четырехтысячная армия растеклась по степи, заполнив пространство гвалтом, звоном доспехов, ржанием лошадей и скрипом телег. Легион встал лагерем на границе земель варгов.

— Советник Вэлор! — сказал я приблизивщемуся бритоголовому толстяку. — Я беру командование армией на себя. Вы можете покинуть земли варгов, взяв с собой не более пяти воинов.

— Я хотел бы остаться, — глаза советника прищурились. — Король того желает.

— Воля короля для меня превыше всего, — улыбнулся я. — Но вам придется подчиняться мне. На войне по-другому не дано — в битве может быть только один командующий.

— Я умею подчиняться, если это нужно для общего дела, — лицо Вэлора чуть скривилось.

— Отлично, тогда я поручаю в ваше ведение обеспечение войск: распределение и пополнение припасов, кормление лошадей, обеспеченность спальными местами в шатрах, лечение больных, а впоследствии раненых, а при необходимости, их эвакуацию. Справитесь? Впрочем, если даже нет, вам все равно придется этим заниматься, одному или с кем-то еще.

Казавшийся невозмутимым Вэлор раскрыл рот. Он не ожидал от воина-бродяги таких четких распоряжений и такого знания военного дела. Мне показалось, что в его глазах промелькнуло нечто похожее на уважение.

Я позвал помощника-командира Уртона и велел ему доложить обо всех изменениях в составе легиона.

— По вашему указанию мы набрали в сельских поселениях еще две тысячи рекрутов, — бывалый воин с усталым взглядом стоял передо мной в полном боевом облачении. — За несколько недель тренировок нам удалось обучить половину из них основным навыкам боя на копьях и мечах. Остальные оказались никчемны и способны выполнять только вспомогательную роль: рыть ямы и строить временные укрепления, ухаживать за лошадьми, заниматься приготовлением пищи, добывать дичь.

— Тысяча полубесполезных ртов — это слишком много, — я почесал затылок.

— Я с вами согласен, командор, к битвам они не готовы и падут в первом же бою.

— Слушай мой приказ, Уртон. Из тысячи бесполезных отобрать три сотни наиболее пригодных для службы, назовем их — «отряд тылового обеспечения». Разрешаю окрестить их тыловыми крысами. Задача тыловиков — поддерживать боеспособность войск: ремонт оружия и доспехов, изготовление стрел, добыча провианта и приготовление пищи. Остальных отправить назад в сожженную деревню Тереск на границе с Долиной Теней. Выбери на свое усмотрение опытного помощника-командира, который способен возглавить крестьян и продолжать их дальнейшее обучение. Пусть в Тереске разобьют резервный лагерь — это будет группа блокирования границы, — глядя, как глаза Уртона непонимающе захлопали, я поправился:

— Ну, запасной лагерь... На случай, если враг прорвется... Пусть выроют землянки, расставят ловушки на подходе к Тереску, выставят развед... э-э, дозоры, и продолжают тренировки. Продолжительность тренировок увеличить для них втрое. Все ясно!

— Ясно, командор.

— А сейчас найди того, кто будет командиром резервного отряда и отправь ко мне для дополнительного инструктажа

— Для чего?.. — почесал затылок Уртон.

— Ну-у... Для усвоения моих приказов.

***

Степь струилась ковыльными просторами, воспевая песнь Королевскому легиону трелями жаворонка и отблесками полуденных лучей. Огромная армия шагала по землям варгов, втаптывая полевые цветы, торя в зеленом ковре широкую тропу.

Я вел войска к базовому лагерю варгов, отправив вперед разведку. Неизвестно, сколько нечистых уже собралось. Если Ланы в лагере нет — будет проще. Надеяться будем на лучшее, а готовиться к худшему.

Легион состоял из тысячи лучников, двух тысяч меченосцев и копейщиков и трехсот тыловиков. Конных меченосцев было около шестисот. По моим примерным расчетам в базовом лагере варгов около двух с половиной - трех тысяч. Если ударить внезапно, то у нас будет преимущество. Иначе враг может просто раствориться в степи и собраться вновь.

До лагеря оставалось полдня пути, когда я скомандовал привал.

— Пойдем ночью, — приказал я. — А сейчас отдыхать.

— Так ведь день на дворе, — возразил Вэлор.

— Спать сегодня будем днем, ночью нападем на лагерь. А сейчас зовите всех командиров на совет.

Совет я собрал в отдельном шатре. Десять помощников-командиров во главе с Уртоном и Вэлор.

— То, что я вам сейчас скажу, солдаты не должны знать, — произнес я, обращаясь к совету. — Иначе это подорвет их боевой дух.

Наступила гробовая тишина, а я продолжил:

— Во главе армии варгов стоит не Фиморра...

Я рассказал о том, что увидел в "золотом" шатре в стойбище кочевников.

— Почему вы не убили его? — спросил Уртон.

— А ты бы смог его убить сразу? Когда времени на раздумья совсем нет.

Уртон замолк и опустил глаза.

— Что нам теперь делать? — спросил он.

— Будем надеяться, что большинство солдат не знают его в лицо, либо в пылу битвы не заметят, кто ведет варгов в бой. Если он пойдет против своего народа — я лично убью его...

Трубили горны, били барабаны. Глухую ночь всколыхнул лязг доспехов и ржание лошадей. Я вел легион в лагерь варгов. После трехчасового марш-броска показались огни стойбища.

Я скомандовал взять лагерь в полукольцо, прижав к излучине реки. Шум и звон доспехов донеслись до дозорных — в лагере подняли тревогу.

— Вперед!!! — я взмахнул молотом и рванул в галоп.

Конница с криками и зажженными факелами ринулась на стойбище. Через несколько секунд кавалерия ураганом пронеслась сквозь лагерь, забросав шатры огнем. Овечьи шкуры палаток пыхнули синим пламенем, окутав лагерь вонючим дымом. Варги сбивались в кучи, мешая друг другу, топча собратьев.