Роковой соблазн (СИ) - Грэй Елена

Да уж, fuck… Как выгодно стало отцу выставить идею с соблазнением Анны за шутку…

— Наверное, пришло время повторить прощальную фразу Ярцева, — на полном серьёзе ответил я. — Похоже, что сегодня «Юнивест-Строй» суждено покинуть двум сотрудникам.

— Не будь глупцом! — повысил голос Аркадий. — Твои увлечения — семечки, а жить на одну только славу имени Романовского — не получится. Пришла пора тебе заняться настоящими делами и управлением деньгами, Макс. Выкини из головы мысли о мезальянсе. Этого в семье Романовских никогда не будет!

Отец впервые сильно разочаровал меня. Разумеется, суммы, которые я получал в виде дивидендов, были для Аркадия каплей в море, но предавать любимую женщину ради океана — гадкая перспектива. Меня не пугала угроза прекращения роскошной жизни. Лучше остаться с Анной, нежели культивировать в себе изысканные вкусы к мишуре рядом с Жанной. Уж кому-кому, а не отцу было учить меня, как жить. Да, он хорошо разбирался в человеческой природе, но не хотел видеть очевидного: Анна не являлась для меня семечками.

— Ты слишком молод и горяч, чтобы оценить сейчас перспективы брака. Через год-другой скажешь мне «спасибо», что удержал тебя от необдуманного шага. Вечером мы приглашены к Климентьевым. Надеюсь, объяснять, что ты главный «гвоздь программы» не надо.

— Пап, если это всё, что ты хотел сказать, то я лучше пойду. Займусь последними делами. Ты предоставил мне возможность — я отказался. Считай, что тема исчерпана. Не на такое будущее я надеялся.

— Я ведь действительно лишу тебя наследства, — процедил отец.

— Лишай.

— Ты мог бы получить весь этот бизнес! — Вот теперь он гаркнул. — Кто лучше тебя мог бы со всем справиться? А? Так не годится, сынок, — сказал он с упрёком. — Неужели ты хочешь всё это потерять из-за какой-то бабы? Даже если эта баба — Москвина́. Даже если лучше неё у тебя никого ни в постели, ни в жизни не было…

— О чём спорите? — прервала нашу ссору Римма, вплыв в кабинет.

Для своего положения она прекрасно выглядела. Чуть округлившийся живот совсем не портил импозантную любовницу отца. Её глаза сияли неподдельным счастьем.

— Так пустяковые трудности. — А отец оберегал её от лишний волнений. Любил.

— Трудности, связанные с Жанной? — не побоялась она поинтересоваться, дав понять, что гнев босса её тоже не пугает. — Аркадий, не требуй от сына что-то строить с девушкой против воли. Ни к чему хорошему это не приведёт. В лучшем случае опять расстанутся со скандалами. В худшем — будут ненавидеть друг друга. Давайте лучше поужинаем сегодня вместе, а выход к Климентьевым отложим до лучших времён.

Охренеть заявка. Похоже, я недооценивал будущую мачеху. Кто бы мог подумать, что она впряжётся за меня? Каюсь, и отдаю уважение её смелости. Вон как отец притих.

— Если Макс откажется от Климентьевой, он мне больше не сын, — немного поразмыслив непреклонно выдал родитель.

— Пожалеешь ведь, — попыталась обуздать его Римма, а я положил на массивный стол ключи от офиса и немедленно покинул пределы «орлиного гнезда».

Пусть отец раз и навсегда уяснит: я не какой-нибудь пацан, который сдрейфил при первых же сложностях. Я свой выбор сделал.

Глава 27

Анна

Непривычно было стоять перед стеклянным особняком на правах избранной женщины Макса. Красивое модерновое строение — воплощение роскошной жизни — с ухоженными газонами, простирающимися до самого берега моря, во второй раз покорило моё воображение. Дом, со вкусом обставленный внутри, приветливо встретил меня ореолом романтики. Он не был пуст. Кажется, хозяин раньше времени вернулся.

Макс… в своей неотступности он решился на беспроигрышный покоряющий манёвр. Не стану скрывать, приятно было с порога оказаться среди красных лепестков роз, которые до самой лестницы усеяли натёртый до блеска пол. Тихая музыка саксофона разливалась по дому, а в ярких, залитых розовым светом заката комнатах были расставлены стеклянные чаши с зажжёнными плавающими свечами и распустившимися орхидеями.

Классическая романтика никак не вязалась с брутальным наглецом, ворвавшимся в мою жизнь. Но всё же… Букет из клубники украшал стол в гостиной, по атласной скатерти была рассыпана шоколадная стружка. Чертовски изобретательно. Красиво.

Я оставила папку, привезённую от нотариуса, возле вазы с роскошными пионами. Сама же прошла на террасу и обнаружила плавающие свечи даже здесь! Мерцание огня создавало атмосферу сказочного уюта, что уходил светящейся дорожкой до джакузи. На парапете бассейна в серебряном ведёрке охлаждалась бутылка шампанского, погружённая в лёд.

Основательно Макс к примирению подготовился… И, как оказалось, — это ещё не всё.

Пройдя по дорожке к корпусу, где находилась кухня, я уловила ароматный запах томящегося в духовке жаркого. Стеклянные окна-двери были настежь раскрыты —бессловесное: «Заходи, я жду».

Свежий «Цезарь» с креветками в салатнице на передвижном трейджике, кокосовый десерт с малиной (запомнил мои вкусы), приборы на двоих.

Нереально классно. Только Макса нигде не было видно.

Оценив его усилия, я вернулась в гостиную, где хозяин-невидимка разместил на комоде ещё одно ведёрко с открытой бутылкой шампанского. И вздрогнула, обернувшись, потому что услышала лёгкие (не мужские) шаги на лестнице, и спустя мгновение в гостиную вплыла… Жанна с игривыми словами:

— Куда ты пропал, до… рогой?..

Это что за явление «мессии» народу?..

«Платиновая» звезда в воздушном белом неглиже и кружевной подвязкой на бедре застыла с двумя фужерами шампанского в руках в испуге, как будто уличного воришку увидела.

Вот это… непредвиденный поворот событий… Она тоже не ожидала встретить в доме Макса меня.

Неподвижно Жанна стояла недолго. Как по команде «фас» девица вышла из трансового состояния, рассмотрела меня и резво заговорила, изображая манеру речи, типичную для тщеславных, высокомерных людей:

— Так-так… опять у Макса намечаются земельные дела, раз вы уже сюда явились. Какая наглость!.. Как вас там звать? Кажется, Анна?

Разыгравшийся эпизод походил на какую-то мыльную сцену из бразильского сериала. Я искала объяснение её местонахождению в особняке и не находила его. «Скромный» внешний вид Жанны сбивал меня с толку. Её вздымающаяся грудь, практически не скрытая кружевной отделкой дорогостоящего фирменного белья… миниатюрные шёлковые трусики…

Здесь что вообще творилось?

— Так чем мы обязаны вашему… эм… приходу?

Округлённые глаза девицы посеяли небывалое сомнение в душе. Она вела себя так, будто являлась полноправной хозяйкой дома. В памяти мгновенно всплыл последний диалог с Максом. Трындец… Он же клялся, что между ними всё кончено. А сейчас я созерцала такое кино… Ну не в гости же Макс её пригласил?..

— Простите, но что вы здесь делаете, Жанна? — как можно спокойнее спросила с целью выяснить, какого чёрта она забыла в особняке.

— Что я здесь делаю? — непонимающе переспросила девица, поставив один фужер на тот комод, где лежала чёрная папка. — Как что? Я приехала жить в этот особняк, потому что являюсь невестой Макса.

— Это шутка?

Мой скептицизм задел богемную гусыню*. Жанна вспыхнула, как искра, и было совершенно очевидно, что такой поворот беседы был ей неприятен. Она улыбнулась так широко, что на её щеках появились ямочки. Опустила взгляд в пол, затем отпила глоток шампанского перед тем, как пролила свет на происходящее:

— Какие такие шутки? Знаю, что Макс рассказывал вам о нашей ссоре. Ну так всё в прошлом. Пустяковый разлад был улажен. Мы помирились в Москве, наш родители одобрили будущий союз, и он предложил мне встретить его как следует… в «Лазурном Береге». Я ждала его приезда и дождалась.

Она либо искусно врала, либо он играл на два фронта и в личных отношениях с самого начала… Как бы там ни было, эту дурацкую ситуацию мог прояснить только Макс.

Не веря ей, я, сохраняя видимое хладнокровие, спросила: