Леди любят артефакты 2 - Яра Горина

— Леди Мелани, попросите свою няню вернуть мне мое.

— Хорошо-хорошо! Только объясни, что именно?

— Говорю же, медальон! — от нетерпения Бетти притопнула ногой. — Он у нее в кулаке.

Я хотела было возразить, что нехорошо тревожить больного человека. Однако Мелани была быстрее. Без всякого смущения она ловко перехватила хрупкую руку старушки и слегка потянула за цепочку. Няня разжала кулак, и в воздухе тускло сверкнула подвеска, которую я уже видела прежде: дешевый мельхиоровый трилистник. Похожий, только без цепочки, Бетти до недавнего времени носила кармане своего классного платья.

— Погоди, — остановила я воспитанницу, которая уже шагнула к Мелани, чтобы забрать вещицу. — Когда ты успела повесить его на цепочку? И вообще, зачем отдала этой женщине?

— И ничего я не давала, — фыркнула девочка. — Мой у меня дома.

— Так, юная леди, — Мелани подняла руку выше, чтобы никто не посягнул на находку. — Теперь вопросы появились у меня. Как эта вещица может принадлежать тебе, если твоя — дома?

— Это мое. Вернее, миссис Скалс. У нас были одинаковые трилистники — тайные знаки нашего Ордена.

Старушка в ответ на эти слова издала невнятный звук и вновь попыталась присесть в кровати.

— Откуда он у вас? — обратилась Бетти к няне.

Однако разобрать хоть что-то из ее нечленораздельного мычания не представлялось возможным.

— Леди Мелани, что она сказала? Я не понимаю!

— Боюсь, никто не понимает. Няня в последнее время совсем сдала.

Ситуация выглядела все более и более неловкой. Таких дешёвых трилистников в том же Бринвилле пруд пруди. Сама видела, как их чуть ли не жменями продают в сувенирных лавках. Неужели это действительно тот самый кулон бывшей гувернантки? Впрочем, а даже если так… наверняка этому есть логичное объяснение.

Необходимо призвать Бетти к здравомыслию. Девочка выглядела сильно перевозбужденной, к тому же, сбежала, потревожила покой пожилого человека и устроила истерику из-за ерунды…

Только я хотела привести свои аргументы, как Мелани, точно прочитав мои мысли, спросила:

— Ты точно уверена, что этот медальон принадлежал мисс Скалс?

Девочка кивнула.

— А не могла ли она его потерять, когда вы приезжали к нам в гости? Ну, до того дня, как мисс... спешно уехала?

С Мелани сталось бы сказать «сбежала», но, видимо, она чувствовала, что стоит проявить сдержанность в разговоре на столь щекотливую тему.

— Даже не знаю, — Бетти призадумалась. — Это было так давно. Мы пили чай, играли в «шишки», а потом ходили в розарий.

— Если мисс Скалс, обронила там медальон, то няня вполне могла его найти. Миссис Шнап иногда вывозит ее на прогулку. Или сама мисс Шнап подобрала его и передала няне. Похоже, эта безделушка ей очень понравилась.

Старушка опять замычала, будто пыталась что-то добавить к сказанному.

— Но если тебе так нужен этот медальон, то, уверена, няня не станет возражать, — продолжила Мелани, игнорируя хриплые звуки, издаваемые ее подопечной. — Ведь так, дорогая? Не упрямься. Обещаю взамен другой. Любой из моих. Хочешь, два?

Женщина жалобно замычала, и мне пришло в голову, что, временами, старики очень похожи на бессловесных младенцев – таких же беспомощных и нуждающихся в заботе. К сожалению, бывает и такая старость: некрасивая, с потерей разума, словно весь жизненный опыт в момент стирается, превращая человека в чистый лист. Злая ирония судьбы или шутка природы?

Ведь когда-то эта женщина воспитывала детей, а теперь ей самой требуется уход. Инграмы поступили очень благородно, решив позаботиться о последних днях своей няни, наняли ей сиделку и обеспечили всем необходимым.

Старушка, несмотря на болезнь, выглядела ухоженной, а комната, в которой она жила, была светлой и чистой. Это намного лучше, чем оказаться в богадельне.

Вероятно, раз Инграмы поселили ее в Малиновой заводи, то больше не кому было о ней позаботиться. Либо родственники отказались, либо их и вовсе не было. Ситуации, когда женщины, вырастившие множество чужих детей, сами не познают счастья материнства, случаются чаще, чем хотелось бы. И это вполне может ожидать и меня саму…

Я тряхнула головой, чтобы отогнать грустные мысли. Нет, не стоит об этом думать. К тому же, подобные мысли точь-в-точь похожи на причитания бабушки, для которой работа гувернатки была сравнима с чем-то вроде «конца света». Но лучше уж такой конец, чем замужество с каким-нибудь Крастером.

Старушка продолжала мычать, и в ее голосе слышалось возмущение и недовольство. Однако не терпящий отказа спокойный и строгий Мелани, заставил ее сдаться и откинуться на подушки.

— Моя ты умница, — леди Инграм дотронулась до седой головы. — Отдыхай и набирайся сил, дорогая. Они тебе понадобятся. Нам всем понадобятся.

Наверное, няня когда-то была очень добра и внимательна к близнецам. Очень уж непривычно было видеть затаенную нежность в глазах такой бунтарки, как леди Инграм.

— Пожалуй, нам лучше уйти, чтобы няня могла отдохнуть, — Я взяла Беатрис, заполучившую вожделенный трилистник, за руку и повела к двери. — Что нужно сказать на прощанье?

— Всего доброго? — пискнула Бетти.

Я покачала головой.

— Поправляетесь? — предположила малышка.

Пришлось кивнуть на кулон. Хоть мне и не слишком понравилось, что Беатрис так настойчиво требовала забрать его, но дело уже сделано.

— Благодарю, что нашли и вернули дорогую моему сердцу вещь.

Старушка в ответ что-то простонала с закрытыми глазами.

— Все-все-все, не будем тебя больше беспокоить. Давайте, леди, поспешим на выход.

Извинившись на прощанье, я с пожеланием скорейшего выздоровления, вышла из комнаты вслед за Мелани и Беатрис. На лице леди Инграм проскользнуло облегчение, когда она прикрыла тяжелую дверь.

В молчании мы шли по коридору в сторону холла на первом этаже. Я не знала, что сказать, и Мелли тоже не торопилась начинать беседу. Неловкую тишину нарушила Беатрис.

— Не знала, что у взрослых бывают няни.

— Не поверишь, все взрослые когда-то были малышами, — ответила Мелани.

— А как зовут вашу?

— Бриджет. Бриджет Стоун. Но мы звали ее просто няня.

Похоже, я была права. Имя, как и фамилия, очень распространенные. Вероятно, женщина из простых, быть может, даже родом из местной деревни. И тем благороднее выглядит поступок Инграмов.

— А она всегда здесь жила?

— Нет, конечно. Она вырастила нас с Джефри, а потом работала в другой семье, а затем в еще одной. И еще.

— А дальше?

— Состарилась.

— Зачем вы ее забрали?

— Беатрис, — отозвалась я. — Что