Легенда Изумрудного моря - Анфилада Юри

и лицезреть недоступную красоту стороннего и совершенно непохожего на родной дом мира, но когда подобное всё же случалось, то эти моменты становились крайне незабываемыми. Природа суши завораживала раскатистыми просторами, горными хребтами, опоясывающими дальние от зеленистой местности Гиллерии земли, благородно завлекала в гости чудесным, свежим, а что главное настоящим чистым кислородом, проникающим в лёгкие затаившегося дракона. Если в Алкаире светило служило как некоей искусственно созданной лампочкой, то истинное солнце находилось тут. Пенные искрящиеся на рассвете брызги разлетелись во все стороны, Аарон, будучи в обличии дракона сделал глубокий вдох, но его появление оказалось не сокрытым, как удавалось прежде. Ласково закрученная в тридцать три узла Ария, как только они вынырнули на её родные земли и ей довелось ощутить желанные тёплые лучи, трепетно обнимающие её лицо, стала слегка подрагивать глазами сквозь плотно закрытые веки, словно видела сны, но признаки пробуждения оказались мимолётными. Всё вернулось на круги своя почти сразу же, и веки наполнились свинцовой тяжестью, а глаза пришли в прежнее умиротворение.

— Ату! Живо! — раздавался громогласный голос рябого на лицо господина с рыжими волосами и такой же огненной бородой.

Упругий лук, что держал каждый третий лучник на восьми окруживших дракона кораблях, натянулся до предела. Команда «пли» прозвучала живо и во всеуслышанье, а история повторила свой ход, но теперь уже с сыном Даэрона.

Ещё несколько минут назад выполняющее свой ликующий танец в приветствии нового дня солнце, теперь изредка выглядывало дрожа и надёжно скрываясь за массивными и раненными тучами, готовыми вот-вот пролить дождь, дабы всячески прекратить грядущее явление борьбы двух близких стихий…

Противники принимали тщетные попытки подчинить свирепого, а тугие канаты так и не охватывали шею чудовища, в надежде взять того под уздцы. Дракон уворачиваясь метался, дабы уберечь то единственное и бесценное, что находилось сейчас у него во владении. Основная масса угрозы отлетала от крепкой лоснящейся чешуи и не поражала поднявшегося из глубин, но безупречно заточенные наконечники ответственных и вместе с тем изумительных стрелков пронзали плоть вонзаясь остро, жгуче и глубоко, заставляя ещё крепче принимать на себя удары, во избежание ранения принцессы.

— Поднажмём! Его не берут стрелы! — выкрикнул главнокомандующий и вскинул кулак вверх, тем самым поднимая боевой дух воинов.

На кораблях стали приводить в готовность катапульты, ядра которых хоть и не убили бы дракона, но тяжёлые увечья точно бы заставили его восстанавливать силу несколько последующих недель, особенно учитывая, что ориентиром местонахождения в ближайшее время должна была быть суша, что только усугубляло положение морского создания. Но, прежде чем тяжёлая артиллерия перешла в активные действия, на главном корабле возникла очевидно непреднамеренная суматоха. Черноволосый мужчина в доспехах пробравшись сквозь многочисленную толпу воинов стоящих чинно в ряд, стал что-то диктовать рыжебородому активно жестикулируя руками и указывая на объект, по коему и ведётся атака.

Чувствуя, что ему тут не рады, как и когда-то отцу, Аарон, свернувшийся в клубок в самом сердце которого в безопасности лежала Ария, принял наиболее гуманное и наименее кровавое решение — нырнуть под воду и плыть ближе к берегу минуя все встречающиеся преграды, ведь его скорости должно хватить, дабы улизнуть от нападения.

— Ария! Ария! Принцесса у него! Не стрелять! Прекратить атаку! Отставить штурм! — буквально срываясь на истерический вопль и выходя из себя, что не присуще гвардейцу, приставленному к королевской семье, в попытках вразумить окружающих выкрикивал командиру и остальным Йонг.

Изначально никто не решался отставить наступление до тех пор, пока не раздалась команда от рыжебородого. Стрелы покорно опущены, но напряжение не покидало корабли до того едва не взявшие удачливо в плен существо, явившее себя добровольно из потаённых глубин. Все задействованные не решались что-либо вопросить, а тем более предпринять. Посреди Изумрудного моря наступило временное затишье, сопровождаемое крепким стальным запахом в воздухе и чёрными лентами крови, играющими на волнах подле скрученного чёрного дракона.

Почувствовав отсутствие нападения, главенствующая сейчас ипостась Аарона, искомой натурой какового являлось слыть губительно жестоким, непомерно огромным, и ко всему неотёсанным зверем — пошёл в сторону доверия к людям, наступая на те же грабли, сродни ближнему предку. Белоснежное платье Арии, что по просьбе Владыки индивидуально сшили и одели служанки заменив латы и экипировку, испачкалось каплями крови, точно зёрна граната упали на чистый и непорочный снег. Раскрывая себя из запутанного клубка, дракон, не обращая ни на кого внимания покачивающимися плавными движениями и всё также защищая от злого течения Арию, резво направлялся к берегу города. Корабли устремились следом за чудовищем.

Уже на суше массивная чёрная точка исчезла из ориентира, как произошло подобное волшебство, что на песке не осталось даже сброшенной шкуры — никто не вразумил.

Стоило сделать буквально шаг и оказаться в человеческом обличии, хоть и с неведанным для местных аксессуаром на лице, так моментально вытянув из рук низкорослый полный мужчина перехватил принцессу острова, явно обеспокоенный состоянием девушки, но едва не уронивший её. Аарон было хотел дёрнуться, чтобы вернуть к себе Муар, но сзади несколько человек, в самом что ни на есть реальном того слове — объектов в человеческом обличии, стали скручивать заламывая кисти и застегнули на руках что-то напоминающее ему водоросли.

Толпа благоговейно расступилась и на пристани явилась королева в пышном бежевом платье, аккуратно ступая, дабы не потерять равновесие и не повязнуть в песках. Окинув присутствующих взглядом всех, включая пленника, женщина распорядилась:

— Прибывшего направить во дворец для решения меры наказания за похищение принцессы и будущей королевы Гиллерии. Я самолично вынесу решение. — собравшиеся поодаль зеваки начали гулко перешёптываться.

Далее блондинка будто бы желая ступать более раскрепощённо, но всё же сохраняя присущие титулом манеры подошла к дочери и оценив самочувствие той, выказала:

— Арии оказать немедленную медицинскую помощь, подайте карету с лошадьми и доставьте дочку в безопасности.

Расходившийся народ возмущался, желая своевременной, а что лучше моментальной казни для виновного прилюдно, на главной площади города. Кто-то в сердцах откровенничал вслух, требуя расправы над тем человеком, кто позволил такое зверство в отношении принцессы. Были и такие, кого заботило совершенно иное, например, отзывались о нынешней ситуации в городе как о разгильдяйстве, что без назначенного и ответственного правителя Гиллерия долго не протянет, а решения королевы-консорт чрезмерно лояльны не только ввиду её сущности как таковой, но и сложившихся с уважаемой обстоятельств, за которые судить не решались, но завидя состояние будущей наследницы престола, волнение увеличилось всё пуще разгораясь в негодовании.

Обеденное солнце проникало сквозь створы просторных окон и задерживалось на её коже, дабы согреть теплом, коего ей чрезмерно не хватало