Госпожа злодейка против! (СИ) - Кенли Мэри

Для кронпринца, разумеется.

Так или иначе, приталенный жакет, удлиненный сзади и с вышивкой – изумительно подходил к брюкам. Эта одежда напоминала прогулочный вариант и, признаться честно, не несла даже капли кокетства. Наверное, потому леди Аулиц и уверилась в правильности наряда.

В назначенное время слуга аккуратно постучал в дверь, вызываясь проводить дочь герцога до каюты принца. Она накинула непроницаемый плащ и вышла на палубу, вдыхая до странности приятный ночной воздух с привкусом моря.

Как и ожидалось – Седрик расположился в лучшей каюте, предназначенной для королевской семьи.

Мебель из красного дерева, обилие свечей, книжные полки (весьма многочисленные).  Шаги девушки смягчали дорогие ковры. Она смогла разглядеть рабочий стол Седрика, заваленный картами и глобус, прежде чем пройти в следующее помещение, менее формальное.

—  О, леди Аулиц, - Седрик нетерпеливо махнул рукой в сторону, призывая отменить официоз и откладывая в сторону небольшую книжку.

Девушка почувствовала, что её лицо буквально заледенело, когда неторопливо сняла плащ. От странного напряжения лицевые мышцы едва не сводило. Неужели она нервничает под оценивающим взглядом Седрика?...

Не хотелось бы в это верить.

—  Стоит ввести такой стиль в моду и в Валлии, - улыбнулся первый принц, озорно сверкнув глазами, - правда, не все благородные леди с лёгкостью примут его.

—  Лишь дело привычки, - рассеянно отозвалась Кассия, опускаясь в мягкое кресло. Она не знала, о чём общаться они будут на сей раз. Да и расслабиться наедине с ним – непростая задача.

К её удивлению, кронпринц потянулся к бутылке фруктового вина и неторопливо разлил по бокалам. А потом достал ещё более необычную вещь – колоду карт.

Вот уж чего Кассия не встречала в светском обществе! В Валлии карты считались игрой азартных людей, вышедшей, к тому же, от простаков.  Не то чтобы аристократы совсем в них не играли, но это предпочитали скрывать…

—  Удивлены? – уточнил блондин.

—  Немного. Необычный выбор, - улыбнулась, наконец, Кассия.

—  Вам не по нраву шахматы. Но что может оживить разговор лучше, чем приятное вино и увлекательная игра? Сыграем в «Шута».

Седрик пояснил ей правила и Кас поняла, что это аналог «Дурака», известного в её мире. Немного непривычно – масти другие, но удивительно интересно в итоге.  Их ставками в игре были… Истории.

Не секреты, а всего лишь истории. Кассия сказала бы, что он жаждет узнать ответы на вопросы, как и в тот раз… Но правда в том, что сейчас её это совсем не тревожило. Кронпринц был азартным игроком и она сама не хотела проигрывать.

Глотки сладкого вина прерывались шутками и, кажется, чем-то на грани флирта.

—  Боги, и почему я проиграла?

—  Такова судьба, леди. Кому-то шут, а кому-то король, - засмеялся Седрик.

—   Ну-ну… И какую историю мне рассказать? – девушка прищурила ледяные очи, всё ещё подозревая его в жульничестве.

—  О детстве?

Он явно имел в виду тот период, когда она ещё не была в особняке герцога. Кассия выдержала паузу.

— Это… Неудобно, так о себе рассказывать.

— Вот как? Тогда расскажи о ком-то другом. Как сказку, - посоветовал принц, переходя на более личный тон.

Кассия хмыкнула. Этот парень – большой хитрец, верно?

—  Хм… Однажды, в одном дворянском семействе родилась девочка. Она была третьим ребёнком в этой семье.  Её мать – была гордой и наглой женщиной, которая не особо заботилась о детях. Девочка часто с ней… Конкурировала, - Кассия усмехнулась, вспоминая прошлое, - когда девочка подросла, её попытались тайком выдать замуж за престарелого барона. Но, в итоге… Настоящий отец этой девочки пресек произошедшее. И с тех пор она не видела тех, кто её вырастил.

Сухая вышла история. Но, в самом деле, Аулиц не считала её трагичной, или сильно захватывающей. Просто эпизод из жизни.

—  И девочка совсем не скучает по ним? – уточнил Седрик, склонив голову набок.

—  Нет. Девочка узнала, что такое семейные узы, только в особняке герцога.

—  Какая удача, - хмыкнул кронпринц.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Да. Кроме как удачей, это никак и не назвать. Они продолжили играть, пока Кассия не могла взять в толк – был ли смысл в этой истории? Едва ли Седрик не знал элементы её скудной биографии.

Хотел удостовериться?

Они продолжили играть. В тёплом помещении и при умеренной качке Кас слегка разморило.  По крайней мере, именно этим она оправдала свой вопрос… После того, как выиграла у кронпринца.

— Хм. Моя очередь делиться историей? – недовольно хмыкнул юноша.

— Да! Почему бы тоже не рассказать о детстве?

Со стороны Кассии слишком легкомысленно было спрашивать именно это. Она замолчала, как только увидела, как улыбка разом слетела с лица Седрика, оголяя на миг его напряженное лицо и суженные глаза.

Она лишь подсознательно понимала, что коснулась темы-табу.

Длинные пальцы кронпринца сосредоточенно мешали карты.

— Хорошо, - неожиданно сказал он, прежде чем Аулиц успела отказаться от своих слов.

Тем не менее, Седрик не спешил начать. Побледневшая Кассия думала, чем всё это обернётся.

— Жила-была прекрасная первородная из расы нефилимов. Притягательная, честолюбивая и высокомерная – как и все мы, впрочем, - улыбка, скользнувшая змеей по его устам, не коснулась глаз, - однажды, она приглянулась женатому королю одной страны. Но заполучить красавицу просто так он не мог. Тогда король нашёл зелье, которое способно опоить даже нефилима. И провёл ночь с первородной.

Кровь в жилах Кассии застыла. Мягкий, чарующий голос Седрик лился неспешно, вырисовывая детали прошедших времен. Ей хотелось, чтобы он продолжал и одновременно Кассия желала прекращения истории.

— … У неё родился ребёнок. Мальчик, если быть точным. Она хотела бы оставить его, если бы он только был первородным. Но время шло – мальчику исполнилось пять лет, а сил как не было, так и нет. Тогда прекрасная леди отвела мальчика к отцу. Он оказался первенцем короля, но, ко всему прочему – бастардом.

Кронпринц выложил карту с рыцарем на стол и криво хмыкнул. Она не видела в его глазах грусти, лишь стальную жестокость. Невольно робела, но… Ей всё ещё было интересно.

Чёртово любопытство.

— Как думаешь, что случилось дальше? – странным тоном спросил Седрик, переводя на неё острый взгляд.

— Принц… Смог завоевать место при дворе? – с сомнением спросила Кассия.

Ответом ей стал смех.

— О, конечно нет. Король был женат, у него была своя королева, которая также родила сына. У королевы были связи и своя фракция. У бастарда не было ничего.

В тот момент Кассия вдруг поняла: король, похоже, вовсе не был очарован старшим сыном с первого взгляда. Совсем наоборот, он, видимо… Просто пустил всё на самотёк.

— … Королева пыталась убить принца, - вырвалось у неё невольное.

— Конечно. Она ведь не глупая женщина, - пожал плечами Седрик, - яды, убийцы, очернение в глазах придворных… Так было до момента, пока в бастарде не открылась сила. И тогда…

Продолжение слов тонет в новой улыбке.

Но Аулиц не нужны пояснения.

«И тогда он стал пользоваться ими. Играть в военную стратегию, захватывать сердца и создавать свою фракцию. Он даже пробился в сознании короля, потеснив законного сына. Игра в выживание стала игрой за власть»

Кассия прячет взгляд в отблеске бокала.

— Тогда ты спросила насчёт Дария. Нет, я его не ненавижу. Но он не достоин власти, - был ли Седрик откровенен из-за вина, в тот момент совершенно неясно, - его путь расчищался чужими руками. Не бывает правителя без крови на руках.

Ещё одна точка зрения, с которой так трудно не согласиться. Эти братья были такими разными. Разные истории, разные судьбы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Одного из них в книге назвали героем, а другого злодеем.

Однако… Насколько это справедливо? Когда-то Кассия сочувствовала Дарию. Но другая сторона медали внесла противоречия. Так ли однозначно всё в жизни?