Недотрога для плейбоя - Анастасия Градцева

и меня аж тряхнуло при мысли о том, что Крис это могла услышать. Я обернулся – Мышонка в коридоре уже не было. Ушла…

– Никаких успехов, – грубо ответил я. – С девочками, которые ждут большой и чистой любви, мое обаяние не работает. Сама же знаешь, что любовь – это не ко мне.

– Мог хотя бы притвориться, – заметила она.

– А ты, я смотрю, много бабла поставила, раз пришла мне советы давать? – зло ухмыльнулся я.

– Для меня много, – ничуть не смутилась Марго, одарив меня людоедской улыбкой, – не у всех же настолько богатые и добрые папочки, как у тебя.

– Рот закрой, – жестко проговорил я, и Марго вздрогнула и отшатнулась, тут же попытавшись заискивающе улыбнуться.

– Кир, да я ж просто помочь хотела!

– Иди нахрен.

Идти на пары и так не было большого желания, а сейчас расхотелось вовсе. Смотреть на идиотские рожи своей компании, натыкаться в коридоре на несчастного Мышонка – даже по отдельности это мало приятного, а вместе так просто гребаное комбо.

Нахрен это все. Вот просто нахрен.

Я поехал домой. Спасибо пришедшему в восемь утра сантехнику, там теперь снова была вода, и жизнь стала чуть приятнее. Но только чуть.

Я не находил себе места. Ходил по квартире, не зная, за что схватиться. Есть не хотелось, любимая компьютерная игра бесила, даже в зал не хотелось, хотя по понедельникам там был свободный день и можно было вызвонить Тошу, чтобы с ним поспарринговаться. Но я не хотел. В итоге, измучившись от этого непонятного состояния, я просто лег на кровать и вырубился на несколько часов.

Разбудил меня телефонный звонок. Еще толком не проснувшись, я нашарил мобильник, скривился, увидев имя звонившего, но трубку все же взял.

– Здорово, бро! Как сам? – жизнерадостно приветствовал меня Саня.

– Норм, че хотел?

– Хотел спросить, как у тебя там продвигается с этой…

– Никак! – яростно оборвал я Саню. – Ничего не получилось, ясно?

– Эй, Царь, ты сдаешься что ли? – заржал он. – Время еще есть, че ты зассал, как чмошник? Давай зови ее к нам сегодня, у меня туса будет вечером.

– В понедельник? Вы там совсем долбанулись, придурки?

– А какая разница, – удивился Саня, – мы же не на всю ночь. Давай, приводи малышку, я могу ей, если надо, и подсыпать что-нибудь в стакан – отвечаю, никто не узнает. А ты потом к себе ее уведешь, ну и это…

– Охренел? – зло выдохнул я. – Себе подсыпь что-нибудь, дебил. Никого я приводить не буду. И хватит меня задалбывать с этим спором, я попробовал – у меня не вышло, всё! Вопрос закрыт. Отвяньте от меня!

И бросил трубку.

От ярости даже дышать получалось с трудом. Мне очень, очень не нравилось, что эти долбоящеры начали сами проявлять инициативу и лезть к Крис. Пока через меня, но кто его знает, что они еще сделают. И Марго, и Саня были людьми исключительной доброты, в том смысле, что доброта в них была совершенно исключена. А если эта парочка решила поднять бабла, их ничего не остановит.

Что ж, остается только один вариант. Я не хотел этого делать, но… Мышонок должна быть в курсе, что вокруг нее происходит.

Чувствуя себя самоубийцей, который отталкивает ногой табуретку и повисает, безвольно хрипя, на впивающейся в шею веревке, я взял телефон и набрал сообщение.

«Крис я подкатывал к тебе потому что поспорил на тебя с ребятами. Знаю, что это мерзко и ты меня не простишь. Я больше лезть к тебе не буду. Если будут подходить мои одногруппники – шли их нафиг. И главное никуда с ними не ходи и не бери ничего у них. Если вдруг захочешь поговорить – звони или приезжай. Я дома. Или я могу приехать куда скажешь».

Кристина

Когда я увидела, как к Кириллу подходит, вызывающе качая бедрами, темноволосая красотка из его группы, у меня окончательно сдали нервы. Если она сейчас до него дотронется, я закричу. Или сделаю еще что-то неадекватное. Так что я просто отвернулась и убежала обратно в аудиторию. Так и сидела там еще две пары, с тупым безразличием слушая преподавателей и выходя разве что только в туалет. Даже в столовую я не пошла, потому что голод не ощущался совершенно.

А когда занятия кончились и я поплелась к гардеробу, дорогу мне внезапно преградила та самая девушка, в чьи красиво уложенные волосы мне так хотелось вцепиться несколько часов назад.

– Разговор есть, – холодно сказала она.

– Я тороплюсь, – огрызнулась я, не испытывая ни малейшего желания с ней говорить.

– Это касается Кирилла, – накрашенные губы раздвинулись в акульей улыбке.

– Кирилла и…тебя? – неожиданно выпалила я, дико злясь на на свою несдержанность.

– Нет, – пальцы с ярким лаком впились мне в руку выше локтя. – Кирилла и тебя, дурочка.

Я так удивилась, что позволила оттащить себя в сторону и усадить на пустую лавочку.

– Я кстати Марго, – представилась наконец моя собеседница, – подруга Кирилла. И не дёргайся, не в том смысле. Я девушка его лучшего друга.

– Я Кристина, – буркнула я.

– Я знаю, – кивнула она. – Так вот вопрос к тебе, Кристина, что ты сделала с нашим Царевым?

Мне кажется, не меньше нескольких секунд я молча открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыбка. Слов у меня не находилось.

– В с-смысле? – наконец смогла выговорить я.

– В прямом, – Марго жестко смотрела на меня. – Он перестал общаться с нами – своими друзьями, перестал ходить на тренировки, ничего толком не ест, а судя по его виду, еще и не спит. Никогда не думала, что такой человек, как Царев, может в кого-то влюбиться.

Меня будто по голове стукнули: там сразу что-то тоненько зазвенело, пульс долбанул по вискам, и я торопливо облизала мгновенно пересохшие губы. Поэтому следующая фраза, которую сказала Марго, не сразу долетела до моего сознания.

– И я никогда не думала, что та, в кого он влюбится, разобьет ему сердце.

О чем она? Она говорит о