Демонология Агапи (СИ) - Колч Агаша

— Госпожа, — медовый голос Лолит отвлёк от визуального знакомства с новыми членами семьи. — Что случилось, госпожа?

— Ты о чем, лиса? — повернулась я к суккубу.

— Не понимаю, что происходит. Кто это? — она кивнула на людей за моей спиной. — Я перестала чувствовать привязку правителей, рабыней которых стала после рождения ребёнка. Мне страшно, госпожа.

Хоть и не выглядела Лолит испуганно, но я ей верила. Не по наивности, присущей мне, а по осознанию того, что пугаться внезапно наступивших изменений, неизвестности будущего — это нормально. Сотни лет быть рабыней привычнее и понятнее, чем получить нежданную свободу, стать полностью ответственной за свою жизнь.

— Тройку арестовали и отправили на закрытую территорию на исправительные работы, — без лишних подробностей рассказывала я. — Похоже, когда на них накладывали заклинание заключения, тогда и разорвали твою связь с ними.

Красотка смотрела на меня широко распахнутыми глазами, обрамлёнными густыми изогнутыми ресницами, приложив кончики пальцев к полным ярким губам. «Мне это не надо!» — привычно произнесла я спасительную аффирмацию.

Суккуб, понимая, что я могу повлиять на её судьбу, слегка смущенно сказала:

— Не сердись на меня, что я Грайзе о тебе нашептала. Мне заказано врать, я правду люблю.

Я усмехнулась. Правда — она всякая бывает. Как подать, как интерпретировать, что добавить к имеющимся фактам или скрыть. В некоторых случаях и лгать не нужно. Просто промолчать.

— Проехали, — отмахнулась я, но, увидев растерянность на мордашке собеседницы, уточнила: — Не сержусь.

— Мне что сейчас делать?

— Будь гостеприимной хозяйкой. Есть у тебя запасы нормальной еды?

— Есть. Хозяева любят… то есть любили, когда всё в изобилии было. Но вас много, я одна не справлюсь, — суккуб с интересом смотрела мне за спину.

— Помощь нужна, красавицы? — покровительственная ладонь Пубока на моём плече подбадривала, поддерживала и не раздражала. Брат!

— Знакомься. Это Лолит — она смотрительница покоев, — красавица горделиво, соответствующе своему высокому положению в иерархии слуг положению, вскинула прекрасную головку, соблазнительно тряхнув кудрями. — Суккуб и бывшая рабыня правителей.

«Ты же любишь правду. Отчего же смутилась такому факту в своей биографии?» — иронично подумала я, обращаясь к Лолит, видя, что последние уточнения собеседнице не понравились.

— Помощь от такого сильного и благородного господина всегда уместна, — кокетливо лепетала смотрительница, несмотря на секундное замешательство. — Любая была бы счастлива иметь такого покровителя и защитника, как ты.

Упс! Открытый урок неприкрытого соблазнения от многоопытной суккубы. «Учись, а не иронизируй! — промелькнуло в сознании ворчание аграпии. — Не всегда же будешь в штанах по мирам шастать».

Права старуха, ой, права! Никогда женские хитрости не были моей сильной стороной. Мужиком в юбке не бывала, но и просить помощи не умела. А как известно, сила женщины в её слабости. Вот и сейчас вместо того, чтобы попросить, поручить и сесть отдыхать, взялась организовывать быт нашей команды.

— Братцы, поможете Лолит? — улыбнулась я родне, репетируя усвоенный материал.

— Сам справлюсь. Пусть отдыхают, — прогудел Пубок, не желая делить общество красотки с кем-то ещё. — Показывай, куда идти.

— Командир, ты зови, если не справишься — мы поможем, — полетела вслед парочке двусмысленная шутка.

— Слазь, приехали! — приказала коту, оттянувшему мне плечи.

Скинула на пол пустой ранец, села на диван, вытянув гудевшие от усталости ноги. Сейчас отдохну, поедим и буду думать, как выбираться с этой чёртовой планеты. Хочу к деду, к Френки на Остров.

— Отец нас на свадьбу ждет, а мы тут по мирам приключения коллекционируем на пятую точку, — информировала я Инка, умостившегося на полу рядом с моими коленями.

— Ты поэтому бросилась меня разыскивать? — повернул голову ко мне страж.

— И поэтому тоже, — отводя глаза, смущенно пробормотала в ответ.

Что за привычка выяснять отношения в самое неудобное время в самом неподходящем месте? Мне что сейчас — устроить душевный стриптиз, рассказывая, как я чуть с ума не сошла от тревоги и беспокойства о нем, как умоляла Древо помочь в поисках и как в отчаянии загадала желание на волшебное яйцо Курорябы? Может быть, и расскажу. Но не здесь и не сейчас.

— Госпожа, удели мне время, — церемонно обратился ко мне теватец, грациозно присев рядом.

— Уважаемый Тает, разве ты не стоял с нами в круге, принимая родство? — удивлённо спросила я собеседника.

— Стоял.

— Почему же ты обращаешься ко мне не как к сестре, а как чужой тётке?

— Это от смущения. Прости, Агапи. Я счастлив, что у меня благодаря тебе появилась семья. Вряд ли мы когда-то решились бы на этот ритуал, хоть и знакомы много оборотов и не раз выручали друг друга из неприятностей, — гибкие пальцы целителя легко сжали мои ладони.

Сильные эмоции, свои или чужие, всегда смущают меня. И чтобы скрыть неловкость, я спросила:

— О чем ты хотел поговорить?

— Расскажи о Ресте.

— Реста учится, помогает отцу, грустит о потерянных родственниках. Больше всего, кажется, о сестре, — я не хотела посвящать Таета в подробности жизни подруги. Мне казалось, что это будет некорректно по отношению к ней. — Лучше ты расскажи, как вы познакомились.

— На Тевате нет учебных заведений. Начальное образование все получают дома. Если родители сами не способны учить детей, то они просят об этом родичей или соседей. Чтобы получить профессию, теватцы идут работать. Выполняя задания, соответствующие навыкам, ученики на практике постигают ремесло. Такие профессии, как целительство, где объем знаний предполагается глубокий и разносторонний, сопровождаются еще и лекциями, которые организуют работодатели.

Осознав, что хочу посвятить свою жизнь целительству, я принялся искать наставника. Ходил не в одну клинику и лечебный дом, чтобы показать своё стремление. Искал долго. Где-то не нравился наставникам я, где-то не нравились учителя мне. И вот осталась последняя клиника. Самая известная, самая желанная. Но оттого, что я не потомственный целитель, а семья моя небогата и не высокородна, поддался страху и нерешительности пойти к ним на собеседование. И ходил куда угодно, но не к ним.

Стою перед входом, в раздумье, зайти или нет — ведь это последняя надежда, — и слышу насмешливое:

— Трусишь?

Реста была моей полной противоположностью — яркая, решительная, уверенная. Но потянуло меня к ней с первого мгновения.

— Думаю, — ответил дерзкой девчонке, не желая признаваться в слабости.

— Пока будешь думать, проводи меня к отцу. Он здесь отвечает за учеников.

И я пошел за ней. До сих пор задаю себе вопрос: решился бы я тогда войти или нет? Такие мелкие события делают нашу жизнь, преображают судьбы. Реста для меня как краеугольный камень. Сколько раз менял я свои планы из-за неё. Думал, что выучусь, сдам экзамен на младшего целителя, открою прием в нашем районе, буду уважаемым гражданином, обеспечу себя небольшим, но стабильным доходом. Но всё пошло не так, когда Реста, зайдя в кабинет отца, с порога заявила: «Он будет учиться со мной на высшего». Я оторопел: на высшего целителя учиться в три раза дольше, чем на младшего. Да ещё и берут далеко не всех. Но целитель Мекри Сетляр только улыбнулся и спросил: «Отвечаешь?» «Отвечаю!» — без доли сомнения ответила девчонка. Это я потом узнал, что отец не отказывал своим дочерям ни в чём, если они брали на себя ответственность за последствия.

Мне было очень трудно. Потомственные целители впитывали начальные навыки еще в скорлупе, на ментальном уровне. Мне же приходилось учиться всему. Правда, Реста, дав слово, не пустила моё обучение на самотёк. Она подсказывала заклинания, помогала осваивать навыки, готовила к зачётам. Сколько раз хотел я отказаться от непомерно амбициозных планов, но, вспомнив, как она, упрямо тряхнув головой, сказала: «Отвечаю!», отбрасывал минутную слабость и учился, учился и учился.