Служебный роман: тайна Снегурочки - Юлианна Клермон

вопросы: что будет дальше, и что мне с этим делать, а что будет, если?..

Тряхнула головой, разгоняя какофонию мыслей. Я обязательно надо всем подумаю, но только чуть позже, потому что сейчас думать практично не получается.

Прихожая, между тем, наполнилась гомонящими мужскими голосами.

– Эй, хозяева, я всех привёл, – послышался голос мужчины, который поил меня чаем.

Не стала вырываться из полуобъятий шефа, чтобы не выглядеть ещё глупее. Так и вышли с ним навстречу рабочим: его рука на моей талии, на лице расслабленно-довольная улыбка, и я – красная как рак, с бешено вытаращенными глазами и испуганно колотящимся сердцем.

Уверена, по нам без слов видно, чем мы только что здесь занимались. Но рабочие даже ухом не повели. Вот что значит, профессионалы! Думаю, за время множества проведённых ремонтов они и не такое повидали. Только у одного на лице мелькнула понимающие улыбка, типа, чем бы вы тут, хозяева, не тешились, лишь бы насчёт ремонта не скандалили, хе-хе!

– Мы всё посмотрели, – между тем, спокойно говорит Ярослав, обращаясь к самому старшему. – В принципе, нас всё устраивает. Проект менять не будем, поэтому можете продолжать работать.

А чего это он вместо меня всё решает?

Подняла голову и кинула на начальника возмущённый взгляд.

– Ярослав Анд?..

Закончить не успела, потому что босс посмотрел так ласково-ласково и, чуть наклонившись, промурлыкал:

– Алёнушка, давай дома поговорим. Я тебе всё объясню, всё покажу. Уверен, что тебе понравится.

Вспыхнула от того, как это прозвучало. Вот котяра!

Закрыла рот, выскользнула из руки босса и, пискнув мужчинам:

– До свидания! – выскочила из квартиры.

Тихонову пришлось немного задержаться, потому что кто-то из мужчин в последний момент что-то у него спросил.

В лифте спускалась одна. Пока ехала, приложила ладони к горящим щекам. Стыдно до ужаса!

На улице охладиться тоже никак не получилось. Солнышко разошлось не на шутку, такое ощущение, что не весна заканчивается, а лето в самом разгаре.

Присела на скамеечку у подъезда. Как теперь Тихонову в глаза смотреть? А на работе как с ним находиться? И в одной квартире жить?.. Ой, а он сказал, что в понедельник ещё и договор продлит. На сколько? И что, всё это время мы будем жить вместе? И сегодняшнее приключение теперь станет нормой?

Столько вопросов, что голова пухнет. Закрыла лицо ладонями, наклонилась к коленям. Сижу, думаю.

– Алёнушка, всё в порядке? – начальник присел рядом и, ласково приобняв за талию, притянул меня к себе.

А я даже не слышала, когда он из подъезда вышел, настолько в свои думы погрузилась.

– Ярослав Андреевич, что нам теперь дальше делать? – спросила, не отрывая рук от лица.

Лёгкий поцелуй в висок и тихий шёпот на ухо:

– Жить.

Подняла голову. Прятаться, как улитка в раковине, долго всё равно не получится.

Жить, пока длится действия договора? А дальше-то что? С Тихоновым всё понятно, он уедет в столицу. А я? Я как буду жить дальше? Так же, как раньше, у меня вряд ли получится.

Если уже сейчас меня к нему тянет, то по истечении срока договора я так и вовсе могу в него влюбиться. Надо оно мне, снова разбитое сердце? Переживу ли я ещё одно предательство?

А если наоборот? Если Ярослав позовёт меня с собой, что я смогу ему дать, кроме себя?

Конечно, он говорил, что не собирается жениться в принципе, но сколько ему лет? Примерно тридцать шесть? А вдруг он передумает и захочет создать настоящую семью? Семью, которая, реши он быть со мной, никогда не станет полноценной. Что бы он ни говорил, я точно знаю, что детей он очень любит, и однажды их захочет, а я...

– О чём задумалась, Алёнушка? – мужчина ласково провёл ладонью по моей щеке.

Сказать, не сказать? Если скажу, а у него нет серьёзных планов? Буду выглядеть очень глупо и самонадеянно. Нет, пока говорить не буду. Подожду, что будет дальше. В конце концов, буду решать проблемы по мере их поступления. В данном случае это единственная правильная тактика.

– Яяя... – протянула и отвела взгляд. – Так, ни о чём. Ярослав Андреевич, нам ехать пора. Санни, наверное, голодная.

Встав со скамейки, поправила подол платья и, не оглядываясь, пошла к машине.

Пока ехали домой, старалась не поворачиваться к боссу, предпочитая разглядывать дома и магазины вдоль дороги.

Не люблю долго рефлексировать на печальные темы, да и Санни, едва мы вошли в квартиру, тут же полностью завладела нашим вниманием и отвлекла меня от размышлений о безнадёжности и беспросветности некоторых аспектов моей жизни. Поэтому настроение быстро вернулось к привычно нормальному, и я снова начала улыбаться и радоваться тому хорошему, что у меня есть сейчас.

Накормив кошку, Тихонов настолько её заиграл, что она уснула без задних ног в своём домике.

Сижу на кухне, верчу в руках кружку с горячим чаем и с улыбкой наблюдаю, как мужчина, погладив спящую рыжулю, довольно улыбается и отходит от неё буквально на цыпочках.

Всё-таки мой начальник, хороший человек, чтобы он там про себя не говорил. А уж как мужчина, он так и вовсе – ух!

Будто в подтверждение моим мыслям, Ярослав подошёл ко мне, забрал из рук кружку и, резко подхватив за талию, тут же посадил меня на стол и вклинился между ног.

– Я... – успела пискнуть, но мой рот был тут же закрыт поцелуем.

Теперь я понимаю, почему в некоторых холостяцких берлогах мебель не изящная и лёгкая, а крепкая и очень добротная. Дизайнеры продумывают всё до мелочей, в том числе и то, что, например, кухонные столы могут и будут использованы не по прямому назначению.

Опробовав стол и убедившись в его крепости, босс утащил меня в свою спальню, откуда я выползла через полтора часа со словами, что мне нужно в душ.

Одну в душ Тихонов меня не пустил, с весёлой усмешкой пояснив, что не может доверить сантехническое помещение девушке с немного ошалевшим взглядом и полупьяной улыбкой на губах.

Попробовала возмутиться и выставить Ярослава из ванной, но была быстро зацелована, затискана, а потом развёрнута спиной, немного наклонена и жарко отлюблена.

Очень надеюсь, что соседи не слышали мои бессовестно громкие стоны и не придут за компенсацией морального ущерба, причинённого их скромности.

Душ мы с Ярославом всё-таки приняли, потому что удовольствие удовольствием, а обязанности в виде очередного похода к ветеринару никто не отменял.

После ветеринарки Санни некоторое время жаловалась