Оборотная сторона полуночи - Сидни Шелдон

О'Брайен понимающе рассмеялся.

– Откуда вы взяли эту военную форму?

– В «Вестерн костьюм». В нашем костюмерном цехе не хватило военного обмундирования. Сейчас в производство запущены сразу три фильма о современной войне.

Кэтрин еще раз обвела взглядом актеров.

– Здесь только пять-шесть человек не похожи на военных, – решила она. – Давайте отправим их назад и подумаем, что можно сделать.

О'Брайен одобрительно кивнул головой.

– Вы правы.

Кэтрин и О'Брайен подошли к группе статистов. Все они разговаривали между собой, и на огромной сцене стоял страшный шум.

– Кончайте базар, парни, – рявкнул О'Брайен. – Это – мисс Александер. Она отвечает за наш фильм и будет распоряжаться здесь.

Раздался одобрительный свист.

– Благодарю вас, – улыбнулась Кэтрин. – Большинство из вас выглядит прекрасно, но кое-кому придется вернуться в «Вестерн костьюм» и сменить военную форму. Постройтесь, пожалуйста, чтобы мы смогли хорошенько вас рассмотреть.

– А мне бы хотелось получше рассмотреть вас. Где вы сегодня ужинаете? – выкрикнул кто-то из статистов.

– Я ужинаю с мужем. После того как он отыграет матч.

О'Брайен выстроил статистов в неровную шеренгу. Где-то рядом Кэтрин услыхала смех и громкие голоса. Это ей не понравилось, и она обернулась. У одной из декораций стоял какой-то статист и веселил своими шутками трех девиц, которые истерически хохотали над каждым его словом. Секунду Кэтрин наблюдала эту сцену, а затем решительно направилась к статисту и обратилась к нему:

– Прошу прощения. Не присоединитесь ли вы к остальным?

Мужчина медленно повернулся к ней.

– Это вы мне? – лениво спросил он.

– Да, – ответила Кэтрин. – Мы собираемся приступить к работе.

Она вернулась к группе.

Актер что-то шепнул девицам, у которых его замечание вызвало взрыв смеха, а затем поплелся к основной группе статистов. Он был высок ростом, строен и силен. К тому же он показался Кэтрин красивым. Ей понравились его иссиня-черные волосы и завораживающие темные глаза. Он говорил густым голосом, в котором чувствовалась насмешка.

– Чем могу быть полезен? – спросил он Кэтрин.

– Вы хотите работать? – поинтересовалась она.

– Ну конечно, хочу, – заверил он Кэтрин.

Когда-то она прочла заметку о статистах, этой странной породе людей, проводящих жизнь на съемочных площадках и участием в массовых сценах создающих фон для игры кинозвезд. Как правило, это безликие существа, не имеющие собственного голоса, у которых по самому складу характера отсутствует стремление к полноценной работе. Перед ней стоял типичный представитель племени статистов. Поскольку он был завидно красив, кто-то в его родном городе, вероятно, сказал ему, что он может стать кинозвездой. Тогда этот парень отправился в Голливуд, где убедился, что кроме выигрышной внешности нужен еще и талант, и решил пойти по линии наименьшего сопротивления – сделался статистом.

– Мы собираемся сменить военную форму у некоторых участников съемок.

– А с моей формой тоже не все в порядке? – спросил он.

Кэтрин повнимательнее посмотрела на него. Ей пришлось признаться себе, что форма сидела на нем идеально, подчеркивая широкие плечи, а затем сужаясь к стройной талии. Кэтрин взглянула на его китель. На плечах были знаки отличия капитана. На грудь статист приколол каскад разноцветных орденских лент.

– Ну как, босс, впечатляет? – спросил он, показывая на орденские ленты.

– Кто вам сказал, что вы будете играть капитана?

Его лицо приняло серьезное выражение.

– Я сам до этого дошел. Вы считаете, что хорошего капитана из меня не получится?

Кэтрин покачала головой.

– Да, считаю.

Он задумчиво сжал губы.

– А лейтенанта?

– Лейтенанта тоже.

Ну а как насчет младшего лейтенанта?

– Мне кажется, что вы не годитесь на офицерскую должность.

Во взгляде его темных глаз появилась ирония.

– Ну? Неужели у меня еще что-то не в порядке? – спросил он.

– Да, – ответила она. – Награды. Этакий бравый молодец.

Он засмеялся.

– А я-то думал, что мне удастся чуточку оживить этот бездарный фильм.

– Вы просто не учли одну ничтожную мелочь, – решительно заявила Кэтрин. – Мы еще не вступили в войну. Вы, наверное, получили свои награды на карнавале.

Статист улыбнулся.

– Вы правы, – робко признался он. – Я сниму некоторые из них.

– Снимите все до одной, – велела ему Кэтрин.

Он снова медленно и издевательски улыбнулся.

– Слушаюсь, босс.

Кэтрин чуть было не закричала: «Перестаньте называть меня боссом!», но сдержалась. «Черт с ним», подумала она, повернулась к нему спиной и заговорила с О'Брайеном.

Кэтрин отослала восемь статистов переменить военную форму и целый час обсуждала с О'Брайеном, как выстроить эпизоды в фильме. Вернулся коротышка-капрал, немного потолкался и вновь исчез. Все к лучшему, подумала Кэтрин. Капрал только жаловался и вносил нервозность в работу съемочной группы. К обеденному перерыву О'Брайен успел отснять первый эпизод, и Кэтрин нашла, что получилось не так уж плохо. Правда, одно происшествие испортило ей все утро. Она дала разозлившему ее статисту прочитать вслух несколько строк, чтобы унизить его. Кэтрин хотела показать всем несостоятельность его претензий и таким образом отомстить ему за проявленную наглость. Однако статист безукоризненно справился с заданием, проведя всю сцену уверенно и даже с апломбом. Закончив чтение, он повернулся к ней и спросил:

– Ну как, босс?

Когда наступил перерыв на обед, Кэтрин отправилась в огромную столовую студии и села за столик, находившийся в дальнем углу зала. За соседним большим столом расположилась группа солдат в военной форме. Кэтрин, сидевшая лицом к двери, вдруг увидела, как в столовую вошел злополучный статист. На нем висели три девицы, и каждая норовила покрепче прижаться к нему. Кровь ударила ей в голову. Она решила, что это просто нормальная реакция организма. Есть люди, которых ненавидишь с первого взгляда. Бывает и наоборот. Стоит раз увидеть человека, и сразу же чувствуешь к нему расположение. Небывалая дерзость статиста как-то странно подействовала на нее. Из него бы вышел идеальный жиголо, кем, по всей вероятности, он и был на самом деле.

Статист усадил девиц за стол, поднял голову и увидел Кэтрин. Затем наклонился и что-то сказал своим спутницам. Они посмотрели на нее и громко захохотали. Черт бы его побрал! Она заметила, что он направляется к ее столику. Статист уставился на Кэтрин, улыбаясь своей медлительной проницательной улыбкой.

– Не возражаете, если я на минутку присоединюсь к вам? – спросил он.

– Я…

Но он уже сел рядом и изучал ее, сверля глазами и забавляясь.

– Чего именно вы хотите? – неуверенно спросила Кэтрин.

Его улыбка стала еще шире.

– Вас это действительно интересует?

От злобы она сжала губы.

– Послушайте…

– Я собирался спросить вас, – мгновенно перебил он ее, – хорошо ли я справился со своим заданием сегодня утром.

Он наклонился к ней с серьезным видом.

– Убедительно ли я выглядел?

– Может быть, для них вы и кажетесь убедительным, – ответила Кэтрин, жестом головы показывая на девиц, – но я считаю вас «пустышкой».

– Я чем-нибудь вас обидел?

– Все в вашем поведении оскорбляет меня, – спокойно сказала она. – Не люблю людей вашего типа.

– И что же я за тип?

– Пустозвон. Вы радуетесь, что надели военную форму, и хвастаетесь ею перед девушками, а в армию пойти и не подумали.

Он с недоумением посмотрел на нее.

– Чтобы меня застрелили? – спросил он. – Я не дурачок.

Он наклонился к ней и улыбнулся.

– Здесь гораздо веселее.

У Кэтрин от гнева задрожали губы.

– Вы что, не подлежите призыву в армию?

– Ну, вообще-то подлежу, но один из моих друзей знает кое-кого в Вашингтоне, и, – он понизил голос, – думаю, что меня никогда не заберут.

– Вы мне отвратительны, – выдержала Кэтрин.

– Почему?

– Если вы сами этого не понимаете, то я вряд ли сумею вам объяснить.

– А почему бы вам не попытаться? Сегодня вечером за ужином. У вас дома. Вы умеете готовить?

Кэтрин вскочила на ноги. От возмущения у нее покраснели щеки.

– Можете больше не приходить на съемки, – заявила она. – Я попрошу господина О'Брайена выслать вам чек за работу в утренние часы.

Она повернулась, намереваясь уйти, но спохватилась и спросила:

– Как ваши имя и фамилия?

– Ларри, – ответил он, – Ларри Дуглас.

Вечером следующего дня из Лондона позвонил Фрейзер и поинтересовался, как идут дела. Она поведала ему обо всех событиях дня, но умолчала о ссоре с Ларри Дугласом. Когда Фрейзер вернется в Вашингтон, она расскажет ему об этом случае, и оба они посмеются над ним.

Ранним утром, когда Кэтрин одевалась, чтобы отправиться на студию, раздался звонок в дверь. Открыв ее, она увидела на пороге своего бунгало мальчика-посыльного с большим букетом роз.