Американец - Андрей Корнеев

— Наверное дорого стоит? Записка, ветчина? — Спросил я товарища по несчастью.

— Мне не присылали… Не знаю…

— Не звезди! Ты тут давно сидишь, общаетесь вы где-то, может в бане, ну или когда в церковь гоняют, вас ведь водят в церковь?

— По воскресеньям, а что такое баня?

— Что совсем не моетесь?

— А ты про душевые… Вас богатых и не поймешь…

— Ну допустим богатый я несколько месяцев, а так такая же «белая шваль», как ты. Я открыл банку Спама и предложил.

— Ешь дружище у нас завтра трудный день…

— За просто так? Я ничего не буду должен? — Парень сглотнул слюну.

— Прекращай 136-й я угощаю, ведь я завтра выхожу на свободу.

— Неа, не выходишь. Это надо чтобы тебя или родители забрали или бежать…

— Завтра побег… Ты есть-то будешь?

— Ты не сбежишь!

— Это еще почему?

— Тут 36 человек охраны и многие с оружием, даже Наставники в классе с оружием, не смотри, что они добрые.

— С херали они добрые? — Удивился я…

— Ну в сравнении с другими. — Объяснил свою позицию 136.

— Послушай у меня есть деньги, очень много денег, хочешь беги со мной… — Предложил я.

— Деньги? Даже если они у тебя были, то они там, а мы здесь.

— А если я тебя выведу за забор? Побежишь за мной?

— Ты выведи сначала.

— Выведу, главное не сдай меня 136-й. Мы бежим и я даже твоего отца вытащу, он же в тюрячке?

— Больно ты смелый стал 137-й, что одна банка Спама надежду внушила?

Спам*- мы привыкли, что данное слово означает беспорядочные письма на почте, что забивают почтовый ящик, сообщения в чате и т.д. На деле, как Сталин не отбивался от ленд-лиза, США силой навязали СССР этот грабительский по своей сути договор. Спам — это ветчина и ее наделали настолько безумно много во времена ВОВ в США, дабы продавать в СССР через ленд-лиз, что после окончания Второй Мировой просто некуда было девать. Началась активная реклама, дескать покупайте Спам, она была везде и настолько навязчивая, что слово (фирма продающая данную марку ветчины) стало нарицательным…

— Ты есть будешь? — Я загнул крышку, что открывалась встроенным ключом по типу пивных банок и начал ее быстро расшатывать туда и сюда пока не получилось две крышки поменьше и одну протянул 136-му, чуть согнув так легче было брать ветчину.

— Буду! — Не выдержал паренек.

Банку мы смели чуть не за секунды я начал делать элементарное оружие. Разламывая крышку на изгиб, дабы получилось некое подобие ножа или кастета хрен пойми, хрень это, но на безрыбье и сам раком встанешь. Наблюдая за моими поделками 136-й сообщил…

— Не меньше сотни долларов твоя баночка ветчины стоила твоим друзьям. А эти твои поделки тебе завтра в задницу засунут.

— Ты главное не сдай меня. — Попросил я парня.

— Я не самоубийца, стукачей в душе насилуют, иногда калечат… — Поделился новыми особенностями жизни в данной школе парнишка.

* * *

С утра безумный день повторился. Мы стояли и орали гимн, затем бегали. И вот нас наконец-то привели в кабинет, где преподавали Господа Наставники. Дежурный как всегда раздал тетради. Отсюда считается меньше всего шансов сбежать. Пятый этаж, да и решетки на окнах. Вот только даже если ты выпрыгнешь в окно, как-то просочившись через решетки, то упадешь на плац внутренней тюрячки, где мы с утра бегаем. Не расшибся тебя собачки догрызут. Отсюда нет выхода…

— Кто желает ответить у доски? — Спросил Господин Наставник.

— Разрешите я? — Я поднял руку и сидел крайне дисциплинировано и собрано.

— Кто я? У тебя есть порядковый номер воспитанник, встань и доложи нормально. — Потребовал садист.

— Господин Наставник — номер 136, разрешите ответить у доски?

— То-то же! Иди отвечай… — Я встал и начал писать решение задачи на доске, какое-то время Наставник смотрел на доску, видя, что в целом задачу решаю правильно обернулся к классу.

— Обратите внимание на доске…

Эта сука не договорила! Я извлек из рукава свою примитивную заточку, напрыгнул со спины и начал наносить множественные удары в шею, стараясь пробить сонную артерию. Класс замер испуганными истуканами. Мне не мешали и не помогали. Раздавались лишь крики убиваемого учителя и мой мат. Наконец-то жертве стало не до меня он схватился за горло я все же достал его сонную артерию в нескольких местах. Тогда быстро залет под пиджак и вынул из «лифона» Кольт-1911. Примерно в этот момент и вбежал коридорный. Я не особо торопясь снял с предохранителя и наведя ствол на коридорного нежно почти ласково приказал.

— На колени лицом к двери.

— Парень, отсюда невозможно выйти, по коридорам решетки, мы на пятом этаже в смене 36 охранников, положи оружие и сдайся. — Говоря такое он однако встал на колени лицом к двери.

— Вот у тебя ключи и заберу.

— Я отвечаю лишь за этот коридор, дальше другие ключи и другие охранники, лучше сдайся…

— Ты (я указал стволом на сидевшего на первой парте паренька) обыщи Господина Наставника на предмет патронов.

Паренек неохотно подчинился моей воле. Затем я указал на парня на первой парте, что сидел ближе всех к двери.

— Ты обыщи коридорного, дубинка, оружие, ключи, патроны, оружие если есть все тащи на стол.

В итоге на столе Наставника образовалась приличная такая горка разного барахла. Была там и деревянная дубинка коридорного и связка ключей тюремного типа, две запасные обоймы для Кольта. Он че в караул вышел? Одна в стволе и две запасные? Были и бумажники, осмотрел, забрал документы и деньги ссыпав все в пиджак, ибо заляпанный кровью пиджак Наставника тоже приказал снять я же его надел на себя. Вдруг в открытую дверь попытались забежать два Наставника из соседних кабинетов с кольтами в руках, но наткнулись на коридорного и словили по паре пуль, дебила-коридорного тоже пришлось завалить. Все этаж чист, точнее наш коридор тут лишь три кабинета.

— Ты затащил трупы в класс, кольты на стол, проверить на наличие патронов.

— Да сэр! — Ответил безымянный парнишка и я снова стал немного богаче, кроме того у меня уже набралось прилично ключей от автомобилей данных «персонажей» я стал перезаряжать оружие.