Я больше не твоя - Мария Шарикова

или пытался спасти того, кто оказался на пляжике во время волнения. Вы же знаете, там бывает опасно.

Веревка? Она помнила, что была веревка. Темнота, веревка, чьи-то сильные руки, которые держали её, когда она не могла дышать... Эми нахмурилась, смотря на рыбаков, будто они рассказали ей, что луна упала на землю...

- Я не видела ничего подозрительного. Я просто прошлась до домика и спешу обратно, - тихо сказала Эми и улыбнулась, - удачного вам улова.

Рыбаки поклонились и пошли дальше. Эмбер смотрела им вслед. Сейчас они пойдут за сетями в домик и увидят Эштона... Она задрожала. Трое мужчин медленно шли, о чём-то переговариваясь. Эмбер вздохнула, всхлипывая. А потом бросилась бежать, но вдруг закричала, упала на землю и схватилась за ногу.

Рыбаки тут же обернулись.

- Миссис Линн! Миссис Линн! - закричали они, подбегая к ней.

Эми заморгала, вызывая слёзы, что было достаточно просто в её ситуации.

- Я повредила ногу, - хрипло сказала она, пытаясь встать, но тут же падая в объятья мужчин, - пожалуйста, помогите мне добраться до городка...

Оказавшись дома, Эмбер побрела на второй этаж, забывая хромать.

Веревка, волны, и чьи-то руки, державшие её голову над водой...

Эштон спас её.

Спас.

Но давало ли это ему право на её тело?

Глава 14

Придя к себе в номер, Эштон просто упал на кровать и лежал, не пытаясь не то что заснуть, но даже пошевелиться, до самого полудня. Его не покидал вчерашний ужас, когда он увидел Эмбер, уходящую в сторону океана во время бури. Свои безумные прыжки с веревкой на пляжик, где она в какой-то миг скрылась под водой, и ужас ,что охватил его, когда он, рискуя жизнью и сам захлебываясь в обезумевших волнах, в последний момент отнял у океана его добычу. Эмбер была без сознания, и он не знал, жива она или нет. Его жизнь без неё не имела смысла, и в те минуты, что потребовались ему, чтобы, срывая кожу на руках и разбивая колени, дотащить её до верха по скользкой тропе, он молился, как никогда не молился в своей жизни. Господь услышал его молитвы! Эмбер очнулась, и он сумел донести её до хижины, где снял с неё мокрую одежду, развёл камин, а саму Эми завернул в одеяла. И только тогда он ощутил, как продрог сам, и стал развешивать и свои вещи напротив камина.

Интересно, зачали ли они ребёнка этой ночью? Эш так и лежал, не шевелясь, вспоминая, как согревал продрогшую до костей Эмбер своим телом. Он тоже продрог и прижимался к ней, ища не столько любви, сколько тепла. Она спала, и он тоже провалился в сон, пробудившись от ласки её рук, что исследовали его тело. Не коснись она его, он бы так и проспал всю ночь, прижавшись к ней и наслаждаясь ароматом её волос. Он бы не коснулся её . Но Эми была так нежна и податлива, что в какой-то миг он поверил в чудо, не совсем понимая, не снится ли ему чудесный сон. Он много лет будет вспоминать эту ночь. И много лет будет вспоминать их пробуждение, её крики, ненависть и пощёчину. Благодарность за спасение жизни. - усмехнулся он.

В дверь неожиданно постучали.

Эштон с трудом поднялся, про себя посылая проклятия тому, кто посмел нарушить его покой. На пороге стоял местный пекарь, державший за руку этого противного мальчишку, Райана, сына Эмбер. Мальчишку, которого она так любила целовать, и который раздражал его без меры своим сходством с Генри.

- Ваш сын разбил мне окно мячом, - закричал пекарь, вталкивая мальчика в его комнату, - так что я сказал всем этим господам, пусть платит его папаша, хоть и лорд! А почему я должен страдать? Воспитывайте сына, бастард он там или нет! Он должен знать, как бить окна добропорядочным гражданам!

Эштон смотрел на пекаря, ничего не понимая. Потом перевел глаза на перепуганного ребёнка, сейчас настолько похожего на маленького Генри, что у него сжалось сердце. Он потянулся за кошельком и дрожащими пальцами достал монету.

- Идите, - почти прошептал он, потому что голос ему отказал, - убирайтесь!

Пекарь раскрыл рот, увидев золотой, и тут же начал благодарить, будто Эштон построил ему новый дом. Граф хлопнул дверью перед его носом, заставив Райана остаться в комнате.

Выродок? Он закрыл глаза. Эмбер злилась, когда он обзывал так её сына... Их сына!

С трудом добравшись до кровати, он сел, смотря на перепуганного мальчугана. Он даже глаза таращил, как Генри. Эштон обескураженно сжал голову руками. Эмбер ничего не сказала ему! Ни слова! Она позволила оскорбить себя и ребёнка, но знала, что последнее слово за ней! Райан, который мог быть его наследником, стоял перед ним в рваных штанишках, с всклокоченными каштановыми волосиками, грязный и оборванный. Ребёнок улицы, не знавший отца, не знавший родной страны!

- Райан... - тихо проговорил он, и голос его снова прозвучал хрипло...

- Не бейте меня, сэр, я не хотел! - испуганно закричал мальчишка, пятясь назад.

- Я не буду тебя бить, - пообещал Эш, - если хочешь, иди.

Дважды уговаривать Райана не пришлось. Он бросился к двери и тут же исчез, оставив графа одного.

Эштон смотрел на закрытую дверь.

Все в этом городке знали, что Райан его сын. У них есть глаза. Нет глаз только у него. Нет ничего. Ни сердца, ни чести! Он обидел единственную женщину, которая была ему нужна, и она никогда не простит ему этой обиды. И пяти лет Райана, проведенных на пыльной площади захолустного Австралийского городка...

Выродок...

Видимо он сам какой-то выродок. Потому что Райан никогда не сможет унаследовать его титул. Он обрёк единственного и такого желанного сына на жизнь бастарда, даже если он и женится на Эмбер. Хотя вряд ли Эмбер согласится выйти за него после

всего, что он натворил!

Эштон резко поднялся на ноги.

Эми будет права. Она ненавидит его. Она нашла себе в мужья другого человека. Тот заменит Райану отца, а ей станет хорошим мужем. Он будет любить и оберегать её, и ему она родит наследников.

Эштон же останется один. Потому что нет таких сил, чтобы простить подобные вещи!

Эмбер была совершенно права. Она правильно ненавидит его.

Она правильно его прогнала. Ударила его. Он это заслужил! И даже много раз спасая ей жизнь, он не сможет смыть с себя