Мой безумный Новый год (СИ) - Веленская Наталия

План был прост: любым способом повалить писателя в сугроб и обездвижить. За руки его держать точно не вариант – Ковальчук высвободится на раз-два, а вот взобраться на него сверху можно. Тут уже ему придётся постараться, чтобы скинуть с себя мою тушку, а значит, как минимум пара минут у меня будет в запасе, и я успею запихнуть ему как можно больше снега за воротник куртки.

Закидываю свою ногу на бедро Ромы, заключая в крепкий захват, и резко притягиваю к себе. То ли сработал эффект неожиданности, то ли правда у меня ноги вместе с «орехом» были подкачены на славу… В общем, фраза «сила есть – ума не надо», в тот момент была очень даже ко мне применена. Потому что мой план с треском провалился на первом же пункте. От такого моего фееричного захвата Ковальчук не удержал равновесие и упал прямо на меня, едва успев в последний момент выставить перед собой руки. Полностью ощутить на себе тяжесть мужского тела мне не удалось, а вот некоторое волнение от столь неожиданной смены позы – это да. Потому что помимо наших тел, наши губы тоже оказались в непозволительной близости друг от друга.

М-да, отлично, поиграли в снежки, ничего не скажешь.

[1] Известный рекламный слоган одной немецкой марки

Глава 32

Очень близко.

Настолько, что я ощущаю его дыхание на своих губах.

Роме никакие морозы не страшны. Он и сейчас, горячий как печка, и я чувствую его тепло даже через несколько слоев одежды. А вот огромный сугроб, в который мы свалились, и снег, что после падения тут же проник в мои ботинки и под дубленку – вот этого я почему-то не ощущала. Точнее, ощущала, но совершенно не испытывала от этого дискомфорта. Да о каком снеге и холоде может идти речь, когда я буквально плавилась сейчас под его взглядом?..

Невольно облизываю свои губы, в предвкушении поцелуя. Хочется испить его полностью, до самого дна, запомнить каждый миллиметр его губ… Завтра меня уже здесь не будет, поэтому могу позволить себе такую маленькую шалость. Это как второй раунд игры в снежки, настолько же невинно и безумно. Главное – не заходить дальше.

Рома улыбается и с каким-то любопытством смотрит на мои губы. Вот он-то в отличие от меня помнит всё, что происходило прошлой ночью до мельчайших подробностей! По крайней мере, его взгляд очень красноречиво мне об этом сигнализирует.

Прикрываю глаза, полностью отдавая ему инициативу и… вздрагиваю, когда такую волнительно сладостную тишину разрывает трель моего мобильного.

Тут и к гадалке не надо ходить, чтобы узнать, кому я вдруг так срочно понадобилась на ночь глядя. И можно даже не смотреть в свой телефон.

У Захарова там маячок что ли загорелся, когда в моё личное пространство ворвался другой мужик?! Или он третьим глазом чует, что я на грани того, чтобы пустится во все тяжкие? Ха! Тогда, где были его экстрасенсорные способности прошлой ночью?

Телефон продолжал трезвонить. Рома заметно напрягся, но позу не сменил, только взгляд стал ещё более пристальным, обжигающим. Как будто мысленно четвертовал и Захарова, и меня заодно, если я решусь всё-таки ответить на звонок. Точно я и даже и думать не должна ни о чём подобном, потому что в этот самый момент принадлежу ему и только ему…

Да нет, бред какой-то! Это у меня просто разыгралась фантазия. Что-то я не замечала раньше у товарища писателя замашек ревнивого собственника. Да и с чего бы им быть, если у нас с ним исключительно добрососедские отношения?!

А что касается Захарова… Конечно, надо было его поставить в известность, что сегодня я не собираюсь покидать пределы отеля. Но почему-то трубку брать не хотелось. Да и в текущей ситуации мне было очень смешно представлять наш диалог: «Кость, извини, но мне не очень удобно сейчас говорить. Я тут лежу… под другим мужиком. Но это не то, о чём ты подумал!». Ага, совсем-совсем не то. Хотя, как знать, может это наконец-то сподвигнет Захарова разобраться со всеми проблемами и приехать ко мне?

Аккуратно освобождаю одну руку и с тяжёлым вздохом всё-таки ныряю в карман дубленки, чтобы ответить на вызов.

Ковальчук аккуратно откатывается в сторону и отворачивается, оставив мне созерцать лишь свой затылок и широкие напряжённые плечи.

- Да, Кость… Нет, я сегодня никуда не поеду…

Рома поднимается и с абсолютно непроницаемым взглядом молча протягивает мне руку, чтобы помочь выбраться из сугроба.

- Может оно и к лучшему, - задумчиво говорит Костя. А я даже на расстоянии ощущаю напряжение, которое сквозит в его голосе. – Я тут посмотрел прогноз погоды… Снегопад будет только усиливаться.

Почему я отчетливо слышу в его словах какую-то недосказанность? Как будто за всеми этими понимающими банальными фразами кроется что-то ещё.

Интересно что? «Лер, извини, но я буду проводить праздники со своей женой?» Может, Захаров пытается подобрать слова, чтобы аккуратно сплавить меня обратно в Питер?! О да, в данном случае нужно быть предельно аккуратным – потому что чаша моего терпения уже переполнена. И если я вернусь домой, то только предварительно поставив в наших отношениях жирную точку без возможности на какую-либо реабилитацию.

Правда, в конце февраля Костя должен будет нагрянуть к нам в офис для очередного совещания по сибирскому направлению… Ну что ж, тем интереснее. Как раз проверю свою силу воли. А сейчас мне предстоит оценить уровень красноречия товарища Захарова. Очень любопытно, к каким выражениям он прибегнет, чтобы сохранить со мной нормальные отношения, хотя бы в рамках работы?

- Лер, ты можешь включить видеосвязь?

- Чего? – ахнула я, наблюдая, как мой сосед широкими шагами отдаляется в сторону отеля. Рома явно не желал становиться свидетелем моего разговора с Костей. Который вот удивил так удивил! На кой чёрт ему видеть моё лицо, когда он будет озвучивать свою просьбу вернуться обратно?! Для большего драматизма что ли?

- Зачем?! – спрашиваю я, невольно повышая голос.

- Лер, мне сейчас очень важно видеть твои глаза…

Вот ведь сволота! Нет, серьёзно! Может, он вообще решил первым поставить точку в наших «недоотношениях». Рано или поздно это должно было произойти. Просто я искренне была уверена, что это будет целиком и полностью моя инициатива.

Ой, да пожалуйста! Конец так конец!

Отрывистым резким движением нажимаю на экран, чтобы потом спустя пару мгновений увидеть физиономию Захарова. Уставшую, изрядно помятую, но по-своему чертовски обаятельную и красивую. И кто бы мог подумать, что я успела соскучиться по этому идиоту?! А я ведь правда скучала, хоть и боялась себе в этом признаться…

- Ну и? – насупила я брови. Потому что это был единственный способ сдержать улыбку при виде этого красавчика – ой, то есть косячника.

«Чёрт, Лера! Соберись и думай, как тебе суметь сохранить лицо при текущем раскладе!»

- Лер, я вообще-то не так всё планировал. Но я больше не могу молчать… Да и сколько уже можно тянуть? Извини, что вот так… по видеосвязи, но я должен тебе сказать это прямо сейчас.

Пауза, которая последовала за столь многообещающим началом, окончательно меня взбесила.

- Да неужели?!

Господи, если уж решился рвать отношения с женщиной имей совесть довести дело до конца. Сказал «А», говори «Б»!

- Малыш, это не самый лучший способ, но мне просто очень важно видеть твои глаза…

Да он издевается!!

- Лер, я люблю тебя.

Мои вылетающие из орбит глаза Захаров если и увидел, то только мельком. Потому что от неожиданности у меня подкосились ноги, и я снова плюхнулась в сугроб прямо на пятую точку, едва не уронив в снег свой телефон.

Бывают ли галлюцинации от холода? В пустыне от жажды люди сходят с ума – это общеизвестный факт. А что касается холода, вроде бы люди на нём засыпают. Так может я просто сплю и весь этот разговор целиком и полностью игры моего подсознания?!

- Ле-е-ер? – протянул Костя, возвращая меня в реальность.