Чайная роза - Дженнифер Доннелли

«Как ему это удавалось? — подумал он. — Как па умудрялся кормить и одевать нас? Почему при нем мы чувствовали себя в безопасности? Ведь жалованье у докеров нищенское». Он обещал отцу заботиться о семье и старался изо всех сил, но все было тщетно. Будь у Чарли несколько лишних фунтов, он увез бы мать, сестер и брата из Адамс-Корта в более приличное место; может быть, снял бы целый этаж в доме. Недавно Денни Куинн предложил ему заработать несколько лишних шиллингов. Сказал, что один человек должен ему солидную сумму. Пусть Чарли и Сид Мэлоун поговорят с этим малым и убедят его вернуть долг. Чарли отказался. У него не было желания стучать в чью-то дверь в разгар ночи и выбивать из незнакомого человека карточный долг. Но это случилось еще до того, как мать стала белой словно мел, а малышка заболела. Наверное, сейчас ему бы не хватило духу отвергнуть предложение.

Вздох Фионы заставил его отвлечься от мыслей о Куинне. Посмотрев на сестру, Чарли решил сменить тактику. Если удастся заставить ее говорить — неважно о чем, — со временем она все расскажет сама.

— Как дела в «Быке»? — спросил он.

— Нормально.

— Тяжелая работа, верно?

— Ага.

Наступила долгая пауза. Он сделал еще одну попытку:

— Вчера я встретил дядю Родди.

— Правда?

— Мы говорили об убийствах. Он сказал, что последнее было самым жутким. Труп этой Келли, найденный на Дорсет-стрит, даже не напоминал женский.

— Серьезно?

— Да. Но хуже всего то, что они так и не могут поймать этого подонка.

— Угу…

Опять неудача. Что ж, делать нечего. Придется спросить прямо. Девчонки — существа чувствительные. Любят хныкать и молоть языком. Ладно, была не была…

— Фиона… что случилось?

Она не повернула головы:

— Ничего.

— Слушай, не морочь мне голову. Ты сама не своя. Если бы па был жив, ты бы с ним поделилась. Так поделись со мной. Сейчас главный в доме я, забыла? Отец оставил меня вместо себя.

Фиона сначала истерически расхохоталась, а потом заплакала. Чарли сунул ей носовой платок, а потом неловко обнял, надеясь, что этого не видят его приятели.

— Между нами все кончено… между мной и Джо… — рыдала сестра.

— Он порвал с тобой?

— Еще нет, но непременно порвет. Я уверена.

Фиона рассказала Чарли о письме Джо.

— С тех пор прошло сто лет. Я хочу увидеть его, но стоит мне сберечь два пенса, как что-то случается и их приходится тратить. Я знаю, он меня больше не любит… если бы любил, то давно приехал бы… — Из глаз Фионы снова полились слезы, и она прижала к лицу платок.

— Только и всего? — Чарли с облегчением вздохнул. А он-то боялся… — Джо любит тебя. И будет любить всегда. Вам просто нужно встретиться. Тогда вы помиритесь.

— Чарли, у меня нет денег. Ты что, не слышал?

— Я дам. Мне предстоит одно небольшое дельце. Пока ничего не могу сказать, но…

— Я все знаю.

Чарли посмотрел на нее с удивлением:

— Что ты знаешь?

Фиона потрогала шрам под его глазом.

— Знаю, как ты его получил.

— Я поднимал пивной бочонок, а он выскользнул и ка-ак врежет мне по морде!

Фиона фыркнула, расстегнула воротник его рубашки и ткнула пальцем в засос на шее.

— Это тоже сделал пивной бочонок, да?

Чарли шлепнул ее по руке и надулся.

— Ладно, я действительно дерусь. Только не говори ма. В следующую субботу у меня будет встреча. Если выиграю, то дам тебе денег на билет до Ковент-Гардена.

— Ох, Чарли… Честно?

— Ага.

Сестра крепко обняла его.

— Спасибо тебе… Большое спасибо.

— Не за что, — освободившись, пробормотал Чарли. Фиона высморкалась и протянула ему платок.

— Не надо. Оставь себе.

— Где Сими? — внезапно встревожившись, спросила она.

Чарли кивком показал на берег.

— Этот оболтус уже на полпути к Лаймхаусу. Давай сходим за ним, а потом выпьем по пинте в «Черном псе».

— На какие деньги?

Чарли снисходительно улыбнулся:

— Такому красивому парню, как я, деньги не нужны. Тамошняя барменша от меня без ума. Нальет нам пару кружек бесплатно.

— Засосы на шее — ее работа? Она кто, девушка или вампир?

— Нет, это сделала другая подружка.

— Чарли, будь осторожнее.

Чарли поднял глаза к небу. В нотациях сестры он не нуждался.

— Я не шучу. Нам не хватает только того, чтобы в дверь постучала девица с отвратительным рыжеволосым младенцем на руках.

Он покачал головой:

— Этого не будет.

— Потому что ты… — Фиона слегка покраснела. — Потому что ты соблюдал осторожность?

Чарли хмыкнул:

— Да, соблюдал. Не сказал ей, где я живу.

— Повернитесь, — велела Милли портниха Ада Паркер, держа в зубах булавки.

Милли повернулась, и Ада ловко подколола последние несколько дюймов малиновой шелковой юбки. Закончив работу, она села на корточки, осмотрела дело своих рук и нахмурилась.

— В чем дело? — спросила Милли.

— Не знаю. Юбка болтается на талии. Ничего не понимаю. В прошлый раз все было нормально. Я знаю, что скроила юбку правильно. Помню ваши размеры наизусть.

Ада расстегнула юбку и заставила Милли снять ее. Потом вынула из кармана дюймовую ленту и измерила талию девушки.

— Вот и ответ, — хлопнув Милли по заду, сказала она. — Вы похудели! Что случилось? Вы плохо едите?

— Ничего не случилось. Просто нет аппетита, вот и все.

— Вам нужно показаться врачу. Не вздумайте худеть, иначе испортите свою чудесную фигуру и не сможете найти мужа.

Милли улыбнулась:

— Уже нашла. Со дня на день жду предложения руки и сердца.

— Замечательно! Поздравляю, моя милая. — Ада обняла девушку, а потом погрозила ей пальцем. — Но если вы будете продолжать худеть, то мужа не удержите!

Милли легко погладила себя по животу.

— Думаю, удержу, — сказала она. — Знаете, Ада, пожалуй, перед уходом я посмотрю образцы вашей тафты. Цвета слоновой кости. Или кремовой. Белое мне не идет. Ни чуточки.

Глава семнадцатая

Фиона вымазала корочкой остатки соуса и запила еду глотком слабого пива.

— Что, вкусно? — спросил Ральф Джексон.

— Очень. Жаркое у миссис Джексон просто потрясающее.

— А то я не знаю! — воскликнул он и похлопал себя по объемистому животу. — Рад, что тебе понравилось, детка. Тебе нужно слегка поправиться.

Фиона улыбнулась. По мнению мистера Джексона, поправиться следовало каждой девушке, которая весила меньше центнера. Она вымыла посуду, взяла шаль и попрощалась с хозяином. На улице было холодно, но сытный ужин согрел девушку. По телу разлилось тепло, которое дает только хорошая еда. Был субботний вечер, и она бодро шла по направлению к дому. Настроение улучшилось. Если сегодня Чарли выиграет — а она горячо молилась за это; — то завтра после работы она поедет в Ковент-Гарден и увидит Джо. Конечно, жаль, что за ее билет брату придется заплатить ссадинами и синяками, но делать нечего. Она с ним как-нибудь рассчитается. Когда у них с Джо будет свой магазин, начнет откладывать деньги на его билет до Нью-Йорка.

Не успела девушка сделать несколько шагов, как ее кто-то окликнул. Она обернулась. Это был Джо. Он стоял ярдах в десяти за ее спиной. Джо посмотрел на нее и отвел взгляд. Фиона чуть не задохнулась от радости. Джо, ее Джо! Слава богу, он здесь, он приехал! Он все еще любит ее. Да, любит! Она широко улыбнулась и побежала к нему. Но вскоре ее шаги замедлились, а улыбка потускнела. Что-то случилось. Джо похудел, осунулся и был небрит.

— Джо… — Он поднял глаза, и Фиона пришла в ужас. — Что? Что стряслось?

— Пойдем, Фи. Пойдем к реке. — Голос Джо звучал так безжизненно и безнадежно, что Фиона с трудом узнала его. Он повернулся в сторону Темзы и сделал несколько шагов.

Девушка схватила его за руку:

— В чем дело? Почему ты здесь, а не на работе?

Джо не ответил.

— Пошли, — лаконично повторил он, и Фионе не оставалось ничего другого, как последовать за ним.

Добравшись до Старой лестницы, они спустились до середины и сели на свое обычное место. Джо взял руку девушки и сжал так, что стало больно. Попытался что-то сказать, но язык не слушался. Тогда он опустил голову и заплакал. Фиона так испугалась, что потеряла дар речи. При ней Джо плакал только однажды — когда умерла его бабушка. Что случилось? Кто-то умер?

— Милый, что с тобой? — дрожащим голосом спросила она. — Что случилось? Мама? Отец?

Он посмотрел на нее сквозь слезы:

— Фиона… Я сделал что-то ужасное…

— Что? Что ты сделал? Неужели так плохо? Что бы это ни было, я помогу тебе. Мы все уладим. — Она попыталась улыбнуться. — Ты что, убил кого-то?

— Я сделал Милли Питерсон ребенка и теперь должен жениться на ней.

Позже Фиона вспоминала, что после этих слов наступила мертвая тишина. Она не слышала ни голоса Джо, ни плеска реки, ни шума, доносившегося из ближайшей пивной. Казалось, эти слова заткнули ей уши. Девушка сидела прямо, обхватив колени, раскачивалась взад и вперед и ничего не слышала. Абсолютно ничего. Джо сказал что-то плохое, но если она не будет думать об этом, все будет в порядке. Он продолжал шевелить губами, но она не слушала. Потому что иначе Джо скажет ей про… скажет, что он… Милли… что они…