Шутка Хаоса - Анна Рейнер

как скалоподобный сорг протянул когтистую лапу к Ташину, но тот, ловко увернувшись, проскочил между ног чудовища и вонзил ему в спину кинжал. Поступок, конечно же, не очень честный, а вернее, ужасный, покрывающий любого бойца вечным и несмываемым позором, но вполне простительный для маленького и худощавого Ташина. Иначе ему не победить.

Отвлекшись лишь на доли мгновения, Эрвин не успел уклониться, и меч сорга оцарапал его правое предплечье. Хотя эльфа лишь слегка задело, и рана была не опасной, в сознание начал вползать предсмертный холод.

Сколько он еще сможет отступать? Когда шум схватки услышат другие стражники и окажутся здесь? И ведь тогда ему хватит одного-единственного удара в спину…

Однако отступать дальше уже бессмысленно. Да, воистину, защищаясь, бой не выиграешь.

— Ты не сссможешь уклоняться вечно, оссстроухий, — прошипел змеелюд, нанося очередной удар.

— Я и не собираюсь!

Сабля эльфа коротко свистнула, и после очередной атаки стражника быстрее, чем бросок кобры, устремилась в открывшуюся брешь.

Рана в груди сорга не была смертельной, однако же заставила его отступить, чем и воспользовался Эрвин. С быстротой, на которую только способен, он взмыл вверх, рубя наотмашь. Сабля эльфа снесла голову с плеч змеелюда, и та покатилась по стылой земле. Тело стражника так и осталось стоять посреди улицы каменным изваянием с мечом в руке, словно безглавый боец был все еще готов к битве.

Эрвин тяжело дышал — этот бой дался ему нелегко, но расслабляться еще рано.

На воина надвигались сразу три сорга, но Риз лишь коротко усмехнулся, легко отбрасывая первого нападающего. Одно бездыханное тело змеелюда уже лежало возле его ног. И все-таки было очевидно, что ему одному не справиться. К тому же длинный меч рыцаря был неуместен в данном сжатом пространстве. Он в любой момент рисковал зацепить лезвием стену ближайшего дома.

Зарычав, сразу три сорга прыгнули, словно по команде, занося над воином короткие клинки и собираясь закончить дело одним махом.

Ризу ничего не оставалось, как выставить вперед меч, на который налетел один из неповоротливых стражников. Второго успел снять меткой стрелой эльф. А третий…

Ну, а третий змеелюд получил палкой по голове, так и оставшись лежать оглушенным возле ног рыцаря. Ташин, держа в руках палку, безжалостно дубасил ей стражника, но тот не оказывал сопротивления, и паренек понял, что его противник без сознания.

— Надо добить, — Риз уже занес меч над обездвиженным соргом. — Если оставить его в живых, то о нас узнает весь гарнизон, и тогда начнется нешуточная охота.

— Добить-то надо, — эльф устало присел на корточки возле неподвижного змеелюда, — только сначала надо бы разузнать о Цете.

Вдвоем они подхватили стражника под руки и поволокли к стене. Хоть тащить было недалеко, однако они выбились из последних сил — туша оказалась невероятно тяжелой. Облокотив тело к стене, эльф достал из-за пояса флягу с водой и вылил все ее содержимое на голову сорга. Стражник пошевелился и открыл глаза.

— Что ты знаешь о черноволосой девушке в эльфийском плаще? — Эрвин задал вопрос, не особо надеясь на ответ.

Змеелюд демонстративно отвернулся и сразу получил сильный удар эфесом по лицу. Ризом овладело бешенство. Он замахнулся снова, но стражник, осознав, наконец, что с ним тут церемониться не станут, начал отвечать:

— Девушшшку, похожую по описссанию, доссставили сссегодня днем к дознавателю, — сорг зашипел и попытался вскочить, но палка в руках Ташина снова нашла себе применение, остановив попытку побега очередным ударом. — Тьма вассс всссех забери! — Злобно прошипел змеелюд и потер ушибленный лоб. — Не сссладко ей там придетссся. Дознаватель — нассстоящий массстер сссвоего дела и умеет добраться до каждой жилки, причиняя сссвоим жертвам невыносссимую боль.

Сорг хрипло засмеялся, глядя на изменившиеся лица троих друзей.

— Что ты знаешь еще? — Риз сильно встряхнул пленника, борясь с искушением свернуть тому шею раньше времени. — Отвечай!

— Завтра казнь, — на лице сорга появилась довольная улыбка. — На расссвете ее повесссят.

Патрульный снова зашелся злобным смехом.

У Эрвина было правило: не убивать безоружного, того, кто не может себя защитить, но с подобной ситуацией он никогда не сталкивался и поэтому лишь отвернулся, когда Риз вспорол стражнику живот.

Бездыханный труп змеелюда остался лежать там же, где проводился допрос, а друзья продолжали путь к городской ратуше.

Сейчас Эльф лихорадочно размышлял. Скорее всего, Цета не выдержала пыток и рассказала экзекутору обо всем. Но девушка не знала об их укрытии, а значит, опасность им пока не угрожала.

Жаль девчонку. Даже если им каким-то чудом удастся выдернуть ее из петли, она уже никогда не забудет все «прелести» застенок. Эти воспоминания надолго останутся в ее памяти, являясь к ней в ночных кошмарах.

Улица, по которой они шли, внезапно оборвалась, и они увидели городскую площадь. Виселица, дыба, позорный столб — наместник отлично знал, как держать народ в повиновении и страхе. Наверное, это было единственное место в Ариакане, где по ночам зажигали фонари.

— Вот же ж Яма, — ошарашено прошептал воин.

Эльф и Ташин промолчали. Даже в темноте было заметно, как побледнел юноша.

Из ратуши тоже лился свет, порой до друзей долетали пьяные выкрики начальников гарнизона. Вход охраняли сорги, но в отличие от начальства, абсолютно трезвые. Быть может, они и грезили о хорошей попойке, но страх перед руководством заставлял исправно нести службу. Когда их смена закончится, они обязательно завалятся в какой-нибудь кабак и будут пить до беспамятства. Только эти мысли и грели их в холодную осеннюю ночь.

— Не вижу ничего похожего на тюрьму, — притаившись возле одного из крайних домов, прошептал эльф.

— И неудивительно, — пожал плечами Риз. — Темница всегда находилась под ратушей, и вход в нее тоже через это здание.

— Ну, и что дальше? — Теребя рукав от нетерпения, поинтересовался юноша.

— Торопиться нельзя, — шикнул на него Перворожденный. — Надо все хорошенько обдумать…

Эльф оценивал обстановку. Даже если они перебьют охрану, им все равно не проникнуть внутрь. Эрвин прокручивал все возможные варианты, но отчего-то в голову ничего не приходило.

— Куда вы меня тащите, змеиные ваши головешки? — Лесной житель хорошо различил идущего по улице сорга, тащившего упирающегося темного гнома. На принадлежность именно к этой расе указывал исковерканный диалект. Светлые так не изъяснялись. — Неужто я шо нарушил? Я — уважаемый в городе гном! Пошто так со мной робыте?

Гном повис на руках стражника, и это немного замедлило их движение.

— Ты — ссспекулянт и обманщщщик, — сорг приподнял гнома за воротник и не слишком вежливо подтолкнул в спину.

— Кто це балакает? — Услышав обвинение, встрепенулся гном. — Все наклеп завистников и злопыхателей, бородой клянусь!

— Вчера