Война, прошедшая сквозь миры - BlackRaven

На самом Наруто, к счастью, контролирующей печати пока не было. Но против шарингана Учихи Шисуи, который Данзо старательно прятал под бинтами, ничего поделать не мог. И в один прекрасный день парню удалось вырваться на волю и убежать так далеко, что приспешники Третьего уже не могли его найти.

Последние три месяца жизни показались Узумаки раем. Он жил в свое удовольствие, охотился, рыбачил, путешествовал по долине, иногда подрабатывал в ближайшей деревне на речонке курьером или почтальоном, чтобы добыть деньги на пропитание. У парня была масса свободного времени, и этот чудный период никак нельзя было сравнить с жизнью в Конохе, где каждая минута была расписана.

Узумаки сладко потянулся. Он посидел еще немного на берегу, слушая журчание воды и болтая ногами в воде, а затем собрался идти в деревню, узнать, нет ли для него подходящей работы.

Но как только парень подтянул ноги, надел сандалии, встал и повернулся, как увидел одинокую фигуру в черном плаще с красными облаками. Человек в странной одежде оказался девушкой с синими волосами.

Наруто приветливо махнул рукой, подумав, что это кто-то из деревни. Там он знал многих, но не всех. Но незнакомка не отреагировала. Когда Узумаки приблизился на несколько шагов и поинтересовался, может ли чем-то помочь, девушка подняла голову, отчего прежде половина лица была скрыта за высоким воротником плаща.

Узумаки увидел, что лицо синеволосой особы всё утыкано пирсингом в виде металлических стержней и колец. Кожа имела какой-то бледный оттенок, а глаза без радужки, но с зрачком и концентрическими кругами на белке, напоминающими рябь на воде от брошенного камня, были настолько странными, что Наруто остановился.

 — Вам помочь? — спросил он еще раз, чувствуя неприязнь, зародившуюся в его сердце к этой девушке.

Синеволосая, смотревшая куда-то вдаль, на горизонт, откуда вытекала река, перевела на него взгляд. В следующий миг прозвучал ее холодный голос.

 — Я ищу одного человека, — промолвила она. — Его имя — Намикадзе Наруто.

 Узумаки попытался изобразить на лице дружелюбную улыбку, но у него это плохо получилось.

 — Ну... это я.

 — В таком случае ты пойдешь со мной, — произнесла синеволосая девушка, сверкнув риннеганом в глазах.

Узумаки понял, что желания куда-то идти с этой странной персоной у него нет, и ее властный тон ему совершенно не нравится. Наверняка девушка являлась шиноби, нанятой Данзо, чтобы найти его.

Парень не стал долго раздумывать над предложением и, сорвавшись с места, побежал вдоль речки в сторону деревни, надеясь спрятаться там. Он ожидал, что персона в плаще бросится догонять его, но чуткий слух блондина так и не уловил никаких звуков помимо топота собственных ног.

 Не снижая темпа бега, он обернулся через плечо и увидел, как девушка вытягивает в его сторону руку. В следующий миг парень почувствовал, что его начинает притягивать назад неведомой силой. Метр за метром он против своей воли оказывался всё ближе к незнакомке в черном плаще.

 — Да кто ты такая, черт тебя побери?! — закричал парень, торопливо елозя рукою в подсумке в поисках куная.

 Звук пронзающего плоть железа, с уст парня срывается стон. Он видит, как огромный железный окровавленный штырь выходит из его груди.

 — Я — Пэйн, — произнесла синеволосая ему на ухо, и в следующий миг Наруто осознает, что убежать уже не получится. Он всё еще жив, но силы покинули тело. Как тогда, в случае с Данзо, он потерял волю к жизни и свободе. Поэтому парень понял, что вырваться не сможет.

***

 — И, наконец, Девятихвостый Волк запечатан, — произнес человек в маске.

Он окинул взором всех членов Акацуки, стоящих на пальцах статуи Гедо Мазо. Они один за другим разъединяли печать концентрации, так как техника запечатывания Девятихвостого в статую была завершена.

 — Три дня... Это всё, потому что нас еще мало, — пробормотал он и остановил взгляд на Пэйне.

Тоби не поскупился на похвалу.

 — Отлично сработано, Пэйн, — сказал он синеволосой девушке. — Мне до последнего казалось, что Девятихвостого будет сложнее всего запечатать. У меня с ним... кхм... в прошлом возникали проблемы.

 Синеволосая девушка хладнокровно кивнула.

Внезапно огромный камень, заслоняющий вход в пещеру, с грохотом отъехал в сторону, и в ярком свете, прорвавшимся с улицы в пещеру, показались очертания двух силуэтов. Один — мужской, другой — женский.

 — Ты как раз вовремя, Минато! — произнес человек в маске, внимательно следя за Желтой Молнией, который, сделав несколько шагов, остановился и уставился на тело подростка-блондина, лежащее на полу.

 — Это... — Минато стиснул зубы. — Кто... Кто это сделал?

Он поднял полный ярости взгляд на других членов организации, которые стояли на пальцах статуи-демона и с любопытством наблюдали, что будет дальше. По щеке Минато скатилась скупая мужская слеза.

 — Это было необходимо для создания идеального мира. Так как ты до сих пор не открыл нам имя второго джинчурики, пришлось пожертвовать твоим сыном. Тем более, он сам подставился под удар, уйдя из деревни. Я гарантировал тебе безопасность сына только пока он остается в пределах Конохи, — ответствовал Тоби.

 — Ублюдок! — процедил Минато, создавая в руке голубую вращающуюся сферу из чакры. В следующий миг в воздухе просвистел брошенный кунай, и Желтая Молния, появившись в вспышке сзади лидера Акацуки, атаковал его расенганом.

Однако, тот был не так прост. За секунду до того, как расенган начал бы сверлить плоть человека в маске, тот успел извернуться и перехватить руку Желтой Молнии.

 — Я убью тебя! Я тебя убью! — твердил Минато, не переставая. Казалось, он совсем потерял рассудок.

 В прорези оранжевой маски Лидера сверкнул шаринган.

 — Ты при всём желании этого сделать не сможешь. Поверь, это был единственный вариант. Ты же помнишь, какова наша цель? — ухмыльнулся Тоби.

 — Очистить... мир... от демонов... — ответил Намикадзе.

 — Именно!

 — Но это был мой сын. Мой сын, а не демон! — воскликнул Минато, вновь попытавшись пересилить Тоби и всадить еще вращающуюся сферу в руке ему в живот.

Но тот лишь крепче сжал ему руку, и у Желтой Молнии ничего не получилось.

 — Я знаю способ вернуть его. Я смогу воскресить твоего сына, — произнес человек в маске, и Намикадзе вздрогнул.

Расенган в его руке погас.