Магические узы - Марина Ефиминюк

Подземное царство 'Веселены Прекрасной', холодное и сырое, встретило нас таинст-венной наполненной шорохами, жутковатой тишиной и сквозняком. Проскользнув в любезно приоткрытую приятелем дверь, я поежилась от привычного промозглого холода. В самую глубь убегали длинные высокие стеллажи, и на них светились радужным разноцветьем банки с лосьонами. Магические фонари маятниками раскачивались на длинных цепях, и от скудных кругов света, скользивших по полкам, внутри сосудов вспыхивали спиральки и шарики заклинаний. Глаза Стрижа, подкрашенные специальным средством, светились в сумраке, выдавая настоящий цвет.

− У тебя глаза, как фонари, − пробормотала я, поежившись.

− Зато в темноте светло, − хохотнул тот в ответ.

По широкому коридору мы добрались до нужного стеллажа, по-прежнему сиротливо разгромленному. Разломанная стремянка валялась посреди прохода, а на каменном полу от вечной сырости никак не хотели подсыхать лужицы приснопамятного лосьона. Опустевшие банки обрастали пылью на полках, залитых драконьей кровью. Сквозняк более-менее выветрил злой душок, но все-таки нос непроизвольно улавливал едва заметное зловоние.

− Это что здесь случилось? − Стриж с любопытством оглядывался вокруг. Под его бо-тинками хрустели стекла.

− Катастрофа местного масштаба, − отозвалась я, присаживаясь на корточки, чтобы до-тянуться до оставшихся целенькими пыльных банок на первой полке.

− Катастрофа носила твое имя? − пробормотал парень и брезгливо поднял ногу, насту-пив на вязкую жижу. От подошвы протянулась липкая подрагивавшая масса, похожая на рас-плавленную жевательную смолу ярко-розового цвета.

− Коллективное, − пробормотала я и по растекшейся надписи на криво приклеенной лет десять назад бумажке опознала драконью кровь. Сосуд, закрученный проржавелой жестяной крышкой, оказалось невероятно тяжелой, едва сумела двумя руками поднять, прижав к груди и тут же вымазавшись.

− Держи! − едва не роняя банку, пропыхтела я.

Подхватив полный сосуд, Стриж уважительно присвистнул и на свет изучил густую жидкость темно-коричневого цвета, мутно стекающую по стеклянным стенкам:

− Надо же тут бесхозного капитала до конца жизни хватит!

− Кто бы нас еще выпустил с этой банкой, − сильно нервничая, проворчала я.

Меня одолевало дурное предчувствие, и беспокойство росло с каждой секундой. Мы так легко проникли в подземелье, что подошло самое время для пресловутой гнусности.

Стриж с превеликой осторожностью открутил крышку и с брезгливой гримасой отодви-нул сосуд на вытянутых руках. Сырой воздух наполнился злым душком, даже глаза заслези-лись. Воровато оглянувшись на пустой проход, я быстро подставила одну из мензурок, выдан-ных нам Доком. Мой помощник скривился, а я, чтобы не замутило, старалась не вдыхать слишком глубоко. Кровь из банки хлынула щедрым ручьем, только отчасти попав в узкое горлышко маленькой склянки.

От тяжести напряженная рука приятеля дернулась, и густая коричнево-бордовая жид-кость взбаламутилась. Капля, оставляя след, стремительно скатилась по гладкой пыльной стен-ке банки, чтобы наткнуться на палец аггела. Тихое шипение заставило меня насторожиться. Крайне медленно и осторожно под моим озадаченным взором Стриж отставил сосуд на пол, боясь разбить. Буквально на глазах, кожа покраснела, и проявился алый ожог. В следующий момент раздался болезненный стон, а вслед ему такой поток незнакомой брани на латыни, что не оставалось сомнений − приятель покрывает ругательствами весь окружающий мир и меня в придачу. Вопли эхом разносились по огромному гулкому помещению, отражаясь от стен и за-ставляя нервно озираться по сторонам.

− Это же энергетик! − орал Стриж на межрасовом. − А я долбанный аггел! Мы не можем с ним встречаться!

− Истомина… − раздался за моей спиной тихий вкрадчивый голос, и душа ухнула в пят-ки.

На зрителей мы никак не рассчитывали! Заприметив неожиданного свидетеля грабежа, вопивший дурниной приятель резко осекся и, моментально поостывший, обтер вымазанную зловонной кровью руку о футболку.

Двигаясь с опаской, нежданный гость появился в поле зрения. Плюгавенький клерк в за-ношенном костюме, прилизанный и с очками на носу, от каких глаза казались узенькими кро-хотными щелочками, заложил руки за спину, и по его губам пробежала тень подленькой ухмы-лочки.

− Здышко?! − от широкой фальшивой улыбки у меня свело челюсть. − Что ты тут дела-ешь? Не ожидала тебя здесь встретить!

И ведь ни слова не соврала. Какого лешего он притащился, карьерист-горемыка? Гене-ральную уборку решил провести?

Внимательные глаза сослуживца пристально следили за моими руками, лихорадочно прятавшими в карман наскоро заткнутую пробкой склянку с кровью.

− А ты, Истомина, что позабыла в подземелье? − вопросом на вопрос ответил линчева-тель.

− Мы… − я пытливо глянула на Стрижа, но лицо того давно поскучнело. Чуть склонив голову набок, он разглядывал клерка с гримасой отвращения, как надоедливую муху, ползав-шую по именинному пирогу.

− Мы убираемся? − с вопросительной интонацией уточнила я у сообщника, и ложь зву-чала совершенной чушью, каковой и являлась. Врать у меня не получалось и в лучшие времена, когда имелась возможность собраться с мыслями.

− Кровушки решила драконьей своровать, Ведушка? − тихо промолвил Здышко, не дож-давшись моего объяснения. − Денег захотелось?

Господи, а ведь еще на прошлой седмице я определенно чувствовала к нему жалость и даже симпатию, как к сильно обиженному жизнью бедняге! Куда там! Этот нас заложит и бро-вью не поведет!

− А это, выходит, кладовщик? − кивнул в сторону Стрижа клерк и тоненько противно хихикнул.

Приятель изогнул брови и нехорошо усмехнулся, сунув руки в карманы. Всем своим ви-дом аггел демонстрировал расхлябанность, и мне его поведение не нравилось! Обычно так вели себя уличные хулиганы прежде, чем броситься в драку.

Я сердито покачала головой, запрещая Стрижу даже шевелиться, и просто сказала:

− Здышко, валил бы ты отсюда.

− Хамишь? − неожиданно обрадовался клерк, только руки от удовольствия осталось по-тереть. − Не ожидал от тебя, Истомина! Так проработаешь с человеком два года, а он вором оказывается.

− Слушай, честный человек, − наконец, не выдержал Ветров, − а у самого в кармане ба-ночка для подаяний что ли?

Неожиданно мой взгляд зацепился за карман пиджака Здышко, заметно топорщившийся и обтянувший контуры маленькой склянки. Клерк, не рассчитывая на нападение, непроизволь-но прикрыл ее ладонью. Тут бывшего сослуживца перекосило от злости:

− Я сейчас охрану вызову, Истомина! Посмотрим, кто тут на подаяния крови драконьей накапает!