Абсолютная Истина - Пётр Дынов

если оно не в состоянии возвысить нашу мысль и облагородить наши чувства, то это показывает, что мы к нему ещё не готовы. Поэтому Бог задерживает своё благословение. Когда мы будем готовы, Божие благословение изольётся на нас изобильно, и мы не будем успевать его собирать. “Когда мы будем готовы?” Когда верёвка будет такой толстой, чтобы вы могли выбраться из колодца. До тех пор, пока человек расстраивается, пока он философствует и рассматривает шёлковую и золотую верёвки, внешнюю жизнь, он не может идти путём Истины. Толстая верёвка, способная извлечь вас из колодца и водворить на путь жизни, усилит ваше сердце и ваш ум. Это означает, что Бог пошлёт Своего Духа. “Когда Он Его пошлёт?” Когда ваши ум, сердце и душа будут готовы. Это не означает, что Божие благословение не посетило вас, просто люди ещё не готовы его использовать. Сейчас ум человека занят посторонними делами; вот почему, когда умы людей будут заняты благородными и возвышенными делами, они поднимутся на более высокий уровень, чем тот, на котором они сегодня. И муравьи живут в том же мире, где люди, но они находятся на низкой ступени развития, ниже человека и других животных. Они даже не подозревают о том, что существует вокруг них. И человек по своему сознанию стоит на более низкой ступени по сравнению с возвышенными и продвинутыми существами.

Говорю: когда придёт новая жизнь, то по своему сознанию мы должны быть к этому готовы, потому что велико различие между старой и новой жизнью. И в старой жизни есть большое благословение, но вы его не видите, а кто не видит, тот не может его использовать. Если вы не в состоянии использовать хорошие мысли и чувства, вы окажетесь в положении человека с больным желудком: он не в состоянии воспринять те блага, которые ему даются. Вы собрались здесь для того, чтобы понять великие Божии пути, ведущие к великим достижениям. Бог предусмотрел их и оставил для нас, Он хочет, чтобы мы все имели достижения, для того мы и пришли на Землю, только этим мы можем оправдать наш приход. Однажды, когда будет достигнуто всё, что предусмотрено для нас, нынешние школы и университеты закроются. “Тогда мы уйдём в иной мир?” Нет, закончив первый класс, вы перейдёте во второй — во вторую комнату; затем в третий класс — в третью комнату; в четвёртый класс — в четвёртую комнату, оттуда вы перейдёте в другое здание — в прогимназию — в другие комнаты. Закончив прогимназию, вы поступите в гимназию — в другое здание, в другие комнаты. Наконец, вы поступите в университет, который находится на востоке. Кто понимает, что представляет собой иной мир, тот знает, что этот мир близко; для того, кто его не понимает, этот мир очень далеко.

Как-то однажды султан спросил ходжу, сколь далека Земля от Солнца. “За 24 часа можно дойти и возвратиться”. — “А сколь далёк тот свет от Земли?” — “Он очень далёк. Мой отец ушёл на тот свет 25 лет тому назад и до сих пор ещё не вернулся”. В сущности, расстояние между тем и этим светом едва достигает одной сто миллионной части миллиметра. Для разумного человека это так, а для неразумного от этого света до того миллионы километров.

Теперь вернёмся к главной мысли. Я желаю вам всем быть прекрасными цветами, чтобы вас воспевали поэты. Я же, наблюдая вас, вижу, что вы ещё обыкновенные цветы. Например, о ком-то говорят, что он прекрасно одет; но внешняя одежда должна соответствовать внутренней. Ум обладает известными качествами, которые должны соответствовать чувствам; при таких качествах ума ему должна соответствовать и душа. Зная это, стремитесь к широте взглядов, к разнообразию жизни, будьте самостоятельны в своей мысли. Приходит кто-то ко мне и говорит: “А известно ли тебе, что я человек учёный?” Да, но я признаю тебя учёным лишь тогда, когда ты сможешь собрать всю воду океана в одной чайной чашке. Если не сможешь этого сделать, ты обыкновенный человек. “Это то, чего человек не может сделать”. Это так, я знаю, что вы можете сделать сами и чем можете воспользоваться от меня. Думать, что ваши знания представляют полноту знания, это заблуждение.

Например, один человек знает то, чего другие не знают; то, что знает человек, специфично для него, но есть знания, которые существуют только для других, а не для вас. Однажды, завершив своё развитие, вы оставите свои знания в наследство тем, кто идёт вслед за вами. Ваше нынешнее знание — это мотыга, которой вам нужно работать; если отдашь свою мотыгу другому, ты не сможешь закончить свою работу. Взрыхлив свой виноградник, можешь отдать мотыгу другому, чтобы тот воспользовался ею. Однако есть и такое знание, которое служит вашему совершенствованию.

Говорю: не допускайте в себя того, с чем вам придётся бороться, а именно: ненависти, неуверенности, страха, злобы, мелочности, сплетен и прочего. Не интересуйтесь делами людей; если хотите знать, что они делают, то я вам скажу: они либо одеваются, либо раздеваются, либо едят, либо уже наелись. Некоторые дела настолько обычны, что, когда меня спрашивают, что делает такой-то, я могу не только ответить на это, но и сказать вам, о чём он думает в данный момент. В физическом мире нетрудно сказать, что делает человек. Часто я улыбаюсь, слыша, как кто-то хочет знать, что делает иной у себя дома. Я же стараюсь не видеть, что делают люди. Проходя мимо них, я ставлю перед глазами завесу, чтобы не видеть того, что они делают.

Кого-то собираются повесить. Мне говорят: “Посмотри, что там делают!” Что ж смотреть? Приговор ему уже подписан, и его повесили. Что я могу сделать? Человеку, которого собираются вешать, я могу сказать: слушай, прежде чем тебя повесят, выйди из тела, не жди, пока тебя повесят. Другому говорю: слушай, быстрее уходи из дома. “Почему?” В твой дом придут разбойники и будут жечь тебя калёным железом. “Я не могу выйти”. Выходи быстрее и не рассуждай! “Возможно ли это?”

Я говорю вам то, что строго определено. В Божественном мире всё строго определено; зная это, вы должны подчиняться законам и предписаниям этого мира. Если Господь велит тебе оставить дом, оставь его, не спрашивай, зачем; скажет возвратиться в свой дом, вернись, опять же ни о чём не спрашивая, для вопросов нет времени. Как поступает разумный человек? Он не говорит, по какой улице пойдёт, не проходит дважды по одной и той же улице, и