За тысячи лет до Рагнарека - Андрей Каминский

На валах молчаливыми стражами неподвижно стояли женщины: молодые и в годах, в серебристых, черных и темно-зеленых одеяниях, с золотыми серпами на поясе и серебряными лунницами на шеях. Головы одних жриц прикрывали капюшоны, другие были простоволосы с венками из омелы и опавших желтых и красных листьев. В руках они держали жутковатые светильники — человеческие черепа с размещенной внутри них подожжённой пенькой плавающей в костяных плошках с расплавленным жиром.

От Эвона в сторону святилища поднимался широкий проход со стенами из рвов и земляных валов. У входа стоял высокий камень, покрытый впадинами и шишковидными выростами. Возле камня, будто преграждая путникам путь, стояла пожилая женщина в белом, как снег, облачении. Капюшон был отброшен на спину, открывая седые волосы, охваченные серебряным венцом в виде кусающей себя за хвост змеи с глазами-изумрудами. Перехватывавший талию кожаный пояс украшал большой бронзовый диск с изображением скачущей белой лошади. На поясе же крепился и серебряный серп. Морщинистое лицо покрывали замысловатые татуировки, темные глаза подозрительно рассматривали путников. В одной руке женщина держала жезл, увенчанный лошадиным черепом, расписанным странными рисунками, в другой — череп с горящим фитилем.

Рядом со жрицей стояла молодая девушка, почти девочка, в светло-зеленой накидке с наброшенным на голову капюшоном. Тем не менее, даже в колеблющемся свете жутковатого светильника Тейн разглядел, что девушка очень красива — выразительные серые глаза, пухлые губы, нежные черты лица, — и даже бесформенное одеяние не могло скрыть пленительных очертаний изящной фигуры.

Седая жрица первой нарушила молчание.

— Кто желает войти в Круг Камней дорогой мертвых?

— Король Коль, жрица Андраста, — сказала в ответ Альбис, — безвременно покинув наш мир, он желает пройти по Молочной Дороге в чертоги Белой Богини.

Стоявший рядом девушка громко всхлипнула, ее пальцы судорожно вцепились в руку жрицы и Тейн вдруг понял, что это и есть Алира — дочь человека, чье тело они принесли к Кругу Камней. Это подтверждало и разом изменившееся лицо Бриндена, когда он бросил полный откровенного желания взгляд на девушку. Верховная жрица Андраста, напротив, совершенно не изменилась в лице.

— Я еще не слышала о смерти короля Коля, — сказала она, — и разве для того, чтобы погрести его тело здесь, вы шли к Кругу Камней от самого моря?

— Нет, жрица Андраста, — сказала Альбис, — мы начали путь сюда после того, как эта женщина, на Древнем Наречии потребовала встречи с тобой.

Она кивнула в сторону Сарси и та, усмехнувшись, шагнула вперед. Глаза Андрасты сузились, в них блеснуло что-то похожее на узнавание и…страх?

— Я вижу тебя, отродье Древних, — сказала она, — я знала о твоем приходе, еще до того, как ты объявилась в северных морях. Ждала я и этой встречи.

— Что же, — усмехнулась Сарси, — на то ты и верховная жрица, чтобы видеть неведомое. А прозрела ли ты в этих видениях свою смерть?

— Моя смерть наступит не раньше и не позже, чем решит богиня, — сказала жрица, — а до тех пор я сделаю все, чтобы Белый Червь не вошел в святое место.

Она вскинула руку — и горящий череп вдруг взмыл ввысь, разбрызгивая искры в ночном воздухе. Одновременно Андраста толкнула Алиру себе за спину и шагнула навстречу хищно осклабившейся Сарси. Тейн не узнавал свою подругу — ее глаза поменяли цвет на ярко-зеленый, с вертикальными зрачками, как у змеи или кошки, меж полных губ мелькнул раздвоенный язык. Все остальные, — жрецы и воины, — поспешно расступились, освобождая место перед сторожевым камнем.

— Твое время прошло Андраста, — прошипела Сарси.

— Это вы должны были исчезнуть много веков назад! — выплюнула жрица, вскидывая над головой посох. Глазницы лошадиного черепа полыхнули мертвенно-бледным светом, когда в ночи раскатилось оглушительное ржание. Что-то ослепительно ярко сверкнуло и на месте Андрасты вдруг появилась белая кобыла, — раза в три выше обычных лошадей. Мелькнул налитый кровью глаз и огромная кобыла, с громким ржанием, скакнула вперед, стремясь раздавить копытами незваную гостью. Однако изменилась и Сарси — вместо нее на земле уже извивалась белесыми кольцами огромная змея с изумрудно-зелеными глазами. Словно белая молния метнулась треугольная голова, раздалось оглушительное шипение и вслед за ним — ужасный крик, полный смертельной боли. Белая кобыла исчезла — вместо нее возле сторожевого камня корчилась в предсмертных судорогах пожилая женщина, с растрепанными седыми волосами. Белое одеяние распахнулось, обнажив сморщенную старушечью грудь и алевшие над расплывшимся дряблым соском две отекшие круглые раны. От них по телу быстро расходился и наливался черным причудливый рисунок вен.

Сарси, уже приняв человеческий облик, шагнула вперед, срывая с пояса Андрасты серебряный серп. Одним взмахом она перерезала жрице глотку и, не обращая внимания на брызнувшую ей на руки кровь, подняла с земли серебряный обруч и надела на голову.

— У Круга Камней новая хозяйка! — громко выкрикнула Сарси.

В святилище горели костры и жрицы, выстроившись посреди внутреннего круга из голубых камней, пели славу Богине — и ее новой Верховной Жрице. Сарси стояла возле Алтарного камня — темно-зеленого монолита покрытого пятнами засохшей крови. Как уже знал Тейн, этот камень принесен через всю Альбу, с самого ее севера. Правой рукой Сарси нежно обнимала за плечи Алиру, что тряслась от страха в своем жреческом одеянии. Сама спутница Тейна, презрев все условности, стояла совершенно нагой — лишь кожаный пояс, с закрепленным на нем серебряным серпом, опоясывал стройные бедра.

— Как змея сбрасывает кожу, чтобы возродиться молодой и сильной, — говорила Сарси, — так и Альба должна обновиться, отбросив все, что мешало ей двигаться вперед. Властью Верховной Жрицы я освобождаю, Алиру, дочь Коля, от обета, возложенного на нее волей отца — она вернется домой с новым мужем — Бринденом сыном Куоретана, короля претанов. От этого брака родится союз альбов с претанами, что положит начало новому народу и даст новое имя всему Острову. Волею Древних, пусть этот брак станет залогом нового мира в северных морях — и пусть Тейн, сын Рольфа, короля Скадвы, получит желаемое им, в знак прочного союза между двумя народами. И пусть пламя погребального костра Коля озарит нам дорогу в лучшее будущее.

На высоком кургане, насыпанном внутри круга камней, уже лежало тело Коля — в его королевском наряде, с мечом в руках, обложенное охапками хвороста. По знаку Сарси Тейн и Бринден поднесли зажженные факелы — и яркое пламя вскоре заплясало,