Леди Пятница - Никс Гарт

Под люком оказалась открытая шахта, вертикальный туннель, уходящий в глубины горы. Внутренняя Тьма Среднего Дома.

— Крылья зажечь можно? — спросил Артур.

Слуга Ночи яростно замотал головой.

— Так и думал, — сказал Артур.

Слуга Ночи поколебался немного, словно и ему нужно было собраться с духом, затем забрался в люк и исчез из виду. Артур глубоко вздохнул, проверил Ключ на поясе и последовал за Жителем во тьму.

Глава 21

Лестница тянулась и тянулась вниз, и уже через метров семь наступила кромешная тьма. Даже глядя вверх, Артур не мог ничего разглядеть. Сьюзи стояла далеко от люка, а колодец был слишком узок. Мальчик слышал, как когти на ботинках Слуги Ночи внизу лязгают о ржавые перекладины.

Через сто с лишним метров — как показалось Артуру — звук внизу изменился, а затем и он сам нащупал ногой, что перекладины закончились. Вокруг, насколько можно было нащупать, не отпуская лестницы, простирался твердый ровный пол. А отпускать Артур не собирался. Совсем рядом могли оказаться ямы, или глубокие трещины, ведущие в Пустоту.

Или Зверь, незримо и бесшумно ожидающий в темноте…

Что-то коснулось руки Артура возле локтя. Он дернулся и подавил вскрик, и только потом услышал клацанье когтей и понял, что это Слуга Ночи. Житель ухватил его за руку и потянул дальше. Артур неохотно отпустил лестницу. Это была его единственная надежда выбраться из этой черной дыры.

Они медленно шли во Внутренней Тьме. Артур предположил, что это пещера, но лишь потому, что под ногами был, кажется, камень, а они находились в горе. Это могла оказаться комната — достаточно обширная, чтобы эхо от шагов доносилось откуда-то издали.

Десять шагов… двадцать шагов… тридцать… Артур не мог определить, идут ли они прямо, или же проводник аккуратно обводит его вокруг препятствий. Сорок шагов… пятьдесят… Слуга Ночи замедлил шаг. Артур услышал звук, который уже не был эхом шагов. Тихое, глубокое шипение — похожий звук издает проколотая шина. Очень большая шина с очень маленьким проколом.

"Дыхание", подумал Артур. "Сдавленное дыхание кого-то с очень большими легкими…".

Слуга Ночи остановился. Артур тоже замер на пол-шаге.

— Он здесь? — шепотом спросил Артур. Он невольно сжал Четвертый Ключ почти так же сильно, как Слуга Ночи сжимал его руку.

Оба стояли совершенно неподвижно. Артур слышал, как дыхание делается громче. Приближается. Его собственное дыхание тоже стало громче, сердце забилось чаще, сигналя всему телу о страхе. Кровь пульсировала в шее так, словно вот-вот прорвет кожу.

Внезапно в лицо ударил воздух от резкого перемещения.

Артур почувствовал движение совсем рядом. Хватка Слуги Ночи усилилась, словно от судороги, а затем, мгновением позже, рука, да и вообще весь Слуга Ночи исчез, схваченный кем-то. Его все еще сжатые пальцы разорвали бумажную одежду, бумажную рубашку и кожу Артура.

Мальчик вскрикнул, но Житель не издал ни звука. В следующие несколько секунд все, что Артур слышал — это дыхание Зверя.

Затем Зверь начал чавкать. Эти звуки словно исходили от чрезвычайно неаккуратного соседа за обеденным столом, только во много раз громче. Этого Артур во тьме уже не мог вынести. Не знать точно, что же издает эти жуткие звуки, было уже слишком.

Он не обдумывал своих поступков, не вспоминал о решении не использовать чары, не подумал даже о том, что может скомандовать крыльям светиться. Страх неведомого, страх темноты был укоренен в его психике так же глубоко, как и у всех людей, и теперь он перехлестнул через край.

Мальчик выхватил Четвертый Ключ, поднял его как можно выше и крикнул высоким, срывающимся голосом, который сам с трудом узнал:

— Свет! Дай мне как можно больше света!

Ключ замерцал, а затем — Артур еле успел отвести взгляд и прикрыть глаза — взорвался ослепительно белым сиянием, ярче любого электрического светильника, какой Артуру доводилось включать, держа лицо практически рядом с источником света.

Что-то в бывшей тьме заверещало так громко, что у Артура заболели уши. Это был отчаянный визг невероятного неудовольствия, и тон его был таким, что разбивал бы стекла, если бы они здесь были.

Артур попытался рассмотреть, что там визжит, но свет ослепил его ничуть не хуже, чем тьма за секунду до того.

— Меньше света! — поспешно крикнул он, фокусируясь на Ключе. — Намного меньше света!

Постепенно сияние померкло. Артур прикрыл глаза правым предплечьем и осмотрелся. Он стоял в огромной пещере с зелеными каменными стенами, и его желудок сжался, когда он увидел, что лестница спускается прямо посередине зала, продолжаясь наверх дальше, чем хватало света.

Зверь был всего в двадцати метрах, лежал на куче разноцветных камешков. Он тоже закрывал голову — огромным кожистым крылом, продолжавшимся от запястья мохнатой передней лапы до лодыжки синей чешуйчатой задней. Он был метров тринадцать длиной и больше всего походил на странную помесь летучей мыши и дракона.

Вся его задняя часть была ящероподобной, с синей переливающейся чешуей и длинным хвостом с шишкой на конце. Передняя же была покрыта рыжей шерстью, а крылья оказались черными и полупрозрачными. Кости выделялись в них очень отчетливо, как элероны в крыльях старинного самолета.

У него были большие розовые четырехпалые лапы, такие ловкие, что их можно было назвать и руками.

Левой лапой Зверь сжимал Слугу Ночи, который теперь выглядел, как нормальный Житель, только одетый в бледно-красное нижнее белье в виде комбинезона с пришитыми носками. Крылья, шлем и доспехи Зверь с него содрал, и все это, смятое в комок, лежало теперь в его правой лапе.

На глазах Артура существо медленно опустило крыло, открыв звериную голову, почти как у лисы, с большими круглыми глазами болотно-коричневого цвета и длинной пастью, усаженной острыми тонкими зубами.

Артур уставился во все глаза, когда увидел ошейник на шее Зверя. Точнее, это была серебряная корона, надетая так, чтобы зубцы упирались Зверю в подбородок. Из-за этого он выглядел как какое-то странное геральдическое чудовище. Длинная цепь вела от ошейника-короны куда-то в темноту.

Зверь распахнул пасть, и Артур тут же забыл о короне. Но прежде чем он успел даже подумать о том, чтобы что-то сделать, Зверь внезапно поднял руку и проглотил то, что в ней держал. Челюсти сомкнулись с жутким щелканьем.

— Стой! — крикнул Артур. — Не ешь его!

Его голос несколько заколебался, когда он осознал, что Зверь проглотил только одежду Слуги Ночи, вторым блюдом после крыльев, с которых он, очевидно, начал.

— Я и не собираюсь, — возразил Зверь. У него оказался странно высокий голос, почти как у маленького ребенка. — Я никогда так не делаю. Правда, мне нравятся их обертки. Но… во всем умеренность.

Он аккуратно положил Жителя на цветные камушки, которые раздвинулись под ним, как конфетки в мешочке. Когда существо двинулось так, что его крыло просветило насквозь, Артур увидел строчки крохотных буковок, двигающиеся по мембране.

— Ты — Пятая часть! — воскликнул он, от облегчения невольно привизгнув, отчего его голос прозвучал почти как у Зверя. — Волеизъявления, я имею в виду.

— Конечно, так и есть, дорогой мой мальчик, — сказал Зверь.

— Я Артур. В смысле, Законный Наследник…

— Знаю, знаю. Мне уже интересно было, когда же ты наконец сюда доберешься.

— Ох. Ты знал, что я здесь?

— Пережившая Тьму со мной иногда разговаривает, — ответило Волеизъявление. — Она довольно сильная Жительница. Большинство из них не могут вернуться в Гнездовье. В их душе что-то слишком сильно меняется, когда снимаешь с них маску и одежду.

Артур посмотрел на бесчувственного Жителя.

— И что с ними бывает дальше?

— Уходят через скрытые проходы и находят новую работу. Многие делаются Бумаготолкателями на канале. Теперь, если не трудно, не мог бы ты снять с меня цепь? Думаю, впереди много работы, и хотя большое количество дел придется отложить, но думаю, что каждый день нужно обязательно выполнять некоторую часть.