Большая книга ужасов – 15 - Александр Белогоров

Сережка тем временем как будто очнулся ото сна. Он встрепенулся и стал водить головой из стороны в сторону. Но, приглядевшись внимательно, можно было понять, что к нему из-за всего пережитого вернулась старая болезнь – лунатизм. Он просто не соображал, что делает и где находится. Антону хотелось окликнуть его, потрясти за плечо, словом, как-нибудь разбудить, но он понимал, что сейчас лучше этого не делать. Спросонья тот все равно ничего не поймет, разве что перепугается. Сережка между тем раскрыл лежащую рядом с ним книгу и уставился на нее так, словно понимал тот язык, на котором она написана.

– Твой дружок-приятель, похоже, ученый, – рассмеялся человек в черном. – Признаюсь, в таком состоянии даже я немногое понял бы! Но тебе все-таки следует поторопиться с решением. – Он повернулся к Антону. – Время выходит, и ты можешь нарваться на самый худший из вариантов. Попросту погибнуть.

Антон смотрел на чашу, в рубиновом содержимом которой отражалась полная луна, но никак не мог сделать решающий шаг. Выпить или убежать… Убежать или выпить? Где-то вдали послышались глухие раскаты грома. Надвигалась летняя гроза. Но вдруг к этим звукам прибавились и другие. Они напоминали невнятное бормотание на каком-то совершенно незнакомом языке. Антон увидел, что Сережкины губы шевелятся и звуки исходят от него. Он как будто читал эту загадочную книгу!

Высокомерная усмешка на лице человека в черном вдруг сменилась тревогой.

– Ну, ладно! Хватит шуток! – резко проговорил он, вырвал том из Сережкиных рук и захлопнул его.

Но чтение не прекратилось. Книга была Сережке уже не нужна. Она то ли стояла у него перед глазами, то ли он запомнил все, что надо, наизусть. С каждым словом его голос обретал все большую уверенность и силу. В кладбищенской тишине резкие слова звучали особенно ясно и отчетливо, наполняя, неизвестно почему, слушавшего их Антона трепетом. Сергей уже встал со скамейки и в такт своему голосу делал какие-то пассы руками. Человек в черном смотрел на него как завороженный и, казалось, не мог сдвинуться с места.

Наконец Сережка остановился с воздетыми кверху руками. В этот момент налетел сильнейший порыв ветра. И тут же, через секунду, раздался оглушительный удар грома, и одновременно с ним сверкнувшая молния осветила все вокруг словно тысячи ярчайших ламп. Земля так вздрогнула, что Антон едва удержался на ногах. Он успел подумать, что разряд ударил где-то совсем рядом.

Раздался треск, и тут мальчик увидел, что по памятнику пролегла глубокая трещина, а через несколько секунд тот и вовсе раскололся пополам. Молния ударила прямо в него, и этого удара не выдержал даже прочнейший материал, из которого он был изготовлен. И тут же Антон услышал что-то среднее между душераздирающим стоном и криком. От этого ужасного звука заложило уши сильнее, чем от громового раската. Это кричал человек в черном. Несколько секунд он издавал этот полный боли и тоски вопль, глядя перед собой обезумевшим взглядом. Потом внезапно и резко затих, как будто кто-то отключил звук, и, прижимая к груди бесценную книгу, повалился лицом вниз возле собственного памятника.

Забарабанили первые холодные капли дождя, и только они вывели Антона из оцепенения. «Из троих это место могут покинуть только двое», – пронеслось у него в голове. Надо было как можно скорее уходить отсюда. После всего случившегося можно было ожидать любых новых сюрпризов. Мальчик от всей души надеялся, что хозяин склепа больше не встанет, но полной уверенности в этом не было.

Сережка после своего неожиданного колдовского соло как-то сник и продолжал пребывать между сном и явью. Антон взял его за руку и повел за собой как маленького ребенка. Тот не сопротивлялся; в таком состоянии с ним можно было проделывать все, что угодно. Антон оглянулся назад. Хозяин склепа лежал бесформенной черной грудой, совсем как его слуга в тайнике. Мальчик, разумеется, не стал подходить к нему, опасаясь каких-нибудь новых пакостей. Кубок стоял рядом, и рубиновая жидкость в нем постепенно смешивалась с дождевой водой. Антону и в голову не пришло прикасаться к этой ценной вещи. Он решил, что она должна остаться вместе с хозяином.

За могильную ограду ребята вышли спокойно; худшие опасения не подтверждались, и двоих она пропустила свободно. Сразу после этого стало как-то легче дышать, а окружающая обстановка уже казалась не пугающей, а просто тихой и скорбной. Весь путь до калитки Сережку так и пришлось вести за руку, и Антон уже всерьез стал опасаться, что с ним что-то не в порядке, но, едва они перешли эту границу между миром живых и мертвых, как Сергей очнулся и стал недоуменно оглядываться вокруг.

– Послушай, а что случилось? – растерянно спросил он у Антона. Прошедшие события совершенно не отразились в его памяти.

– Что случилось? – Антон не смог скрыть радости, хотя и попытался говорить слегка насмешливо и небрежно. – Спать меньше надо! А то бродят некоторые лунатики по кладбищу, а потом выводи их назад!

– Значит, я опять бродил? – Сережка все еще не мог преодолеть растерянность и с трудом возвращался к действительности. – Ну, спасибо, что ты меня вывел. А то бы забрел черт знает куда! Можно сказать, спас! – И он вдруг с чувством пожал Антону руку.

– Еще неизвестно, кто кого спас! – вполголоса произнес Антон. А вслух добавил: – Ну, ладно, пора по домам! А то окончательно вымокнем. Да и светать скоро начнет. Ты домой-то сам дойдешь? Не заснешь снова?

– Не-а, теперь дойду! – уверенно сказал Сережка. И, увидев, что Антон уже уходит, окликнул его: – Эй, подожди! Скажи все-таки, что там было? Чувствую, что что-то произошло, а вспомнить не могу. Да и не зря же мы там столько времени были!

– Завтра расскажу! – Антон помахал рукой и направился к дому. Сейчас он был не готов к долгим беседам. Только теперь, когда напряжение спало, он почувствовал, насколько устал! К тому же он еще не решил, что следует рассказать Сережке, а о чем лучше умолчать. Ведь тот не помнил почти ничего из произошедшего, а услышав такую фантастическую историю, мог бы решить, что его просто разыгрывают в наказание за излишнее любопытство. Да и сам он никак не мог понять: случайным ли был спасший их удар молнии или его все-таки умудрился вызвать Сергей, в котором его лунатический сон проявил какие-то скрытые магические способности.

Придя домой, промокший до нитки Антон еле нашел в себе силы для того, чтобы залезть под душ. Но ему казалось просто необходимым смыть с себя прикосновения к предметам в склепе и кладбищенские запахи, которые буквально впитались в кожу. И уже вытираясь после купания, мальчик обнаружил, что магический символ без следа исчез у него с груди. Только теперь он почувствовал себя окончательно свободным и не удержался от счастливого смеха.