Вперед в прошлое 11 - Денис Ратманов

и будет оно всё лететь вместе с теми, кто на тех лежаках. И норд-оста не надо, обычного мощного порыва хватит, который и летом может случиться. Нет, из подобных изысков максимум — балкон, и то вряд ли. Только в мечтах ты выходишь расслабленный, садишься в кресло-качалку, согреваясь пледом и кофе с мордой котика из сливок, обозреваешь рассвет… Как показывает практика, балкон — чаще всего не более, чем элемент декора, он редко используется для качания в качалке или созерцания красот, а денег на его оборудование требуется немало.

Вот мангальная зона — другое дело! Огромная беседка, тандырная или что-то наподобие, деревянный стол, кухня под навесом, чтобы в дом не бегать, и водопровод. Фантазии полетели дальше. Нет, лучше поставить беседку, затянутую противомоскитной сеткой, с дастарханом, подушками, которыми обложился и лежишь, а столик чтобы трансформировался, как в поезде, и получалась огромная кровать, где можно спать летом…

Нет, это во мне говорит ребенок, который хочет построить домик из палок на дереве. Надо быть реалистом. Или нафиг рамки и ограничения? Хочется и никому не вредит? Надо делать! Взрослый я всю жизнь во многом себе отказывал, все откладывал, а вместо лучших времен наступил ядерный апокалипсис.

Спустившись на середину участка, я прикинул, где будет дорожка, ведущая к дому. Хорошо бы вымостить ее плиткой… Привет, Завирюхин! Вот тебе перспективное модное направление! Затраты на такой бизнес минимальны. Главное года три продержаться. Хотя и сейчас можно найти богатых клиентов, таких, как Корм, которые, чтобы сделать себе красиво, готовы раскошелиться, а со временем их будет становиться все больше. Главное — первым начать пастись на поляне и собрать все самое вкусное.

Еще меня подмывало поехать к нашему дрэку прямо сейчас и поговорить насчет детского лагеря в школе. Он хваткий, думаю, идея ему понравится, а отец Лекса-крепыша тем более будет доволен.

Вспомнились беспризорники в оледенелом доме, Жека-Бес, которого я запрограммировал, но у Лидии он так и не появился, потому что там впятером уже тесно, да и условия не очень. Или его просто не взяло внушение? Жаль, что так и нет информации о Хмыре. Наверное, правда после того покушения испугался и свинтил из города, думая, что я подключу отца.

Пока мечтал о доме, первый грузовик уже разгрузили, и я чуть не пропустил момент, когда водитель завел мотор. Постучал в кабину, залез на ступеньки, поблагодарил седоусого утомленного мужчину и протянул тысячу. Ничто по нынешним временам, три килограмма муки, но как же он обрадовался тому, что его переработка оплачена!

Всем водителям я заплатил по тысяче, и они уехали.

Мы с Канальей пересели в «КАМАЗ», и он сказал:

— Опять соришь деньгами?.. Что ж, наверное, это оправдано.

Говорить ему о том, что этот «КАМАЗ» в любое время может накрыться медным тазом, я не стал. А так будут лояльные мне водители, которых директор отпускает калымить на казенных тачках, и эти люди с удовольствием меня покатают по деревням. А что научу их зарабатывать… Так еще год, и таких продавцов, как мы, будут легионы, а значит, бизнес перестанет приносить сверхдоход.

К моему дому мы подъехали в начале восьмого. Судя по «Волге», стоящей на ее привычном месте, отчим и мама уже были дома. Каналья припарковал «КАМАЗ» на обочине, тоже там, где обычно, и спросил:

— Пригласишь Василия, чтобы он убедился, что с машиной все в порядке? Только побыстрее давай, мне в Васильевку полтора часа ехать, а вставать в семь.

— Конечно, — кивнул я, только собрался бежать домой, как увидел идущего к нам Василия.

Каналья зашагал навстречу.

— Как торговля? — спросил отчим, пожимая его руку.

— Да грех жаловаться! — ответил Каналья и подмигнул мне. — Спасибо за аренду транспорта. Может, еще удастся покататься. Только вот резину я поменял бы. — Он ударил ногой по колесу. — Вон, корд виден.

— Я подумал тут и решил, шо пока не буду. А вот масло пора менять. Фильтра все — тоже. Ну и тормоза передние. Сделаешь? Запчасти с меня.

— Как договаривались, — сказал Каналья. — Пойду я на остановку.

Проводив его взглядом, я спросил, не спеша идти домой:

— Как похороны? Как бабушка? Она не в обиде, что нас с Борей не было?

— Наташка была, так шо нормально все. Сказали, что вы с Борей слегли с гриппом. Эльзе Марковне очень плохо, ей не до такого. Прямо на кладбище чуть не упала. Оленька откачивала ее, укол ставила внутривенный, давление сбивала, а так бы удар ее мог хватить.

Поведя плечами, он кашлянул в ладонь и продолжил:

— Ирина так кричала, так кричала… страшно было. Думали, бригаду надо вызывать, шобы успокаивали ее. На поминках вроде отошли обе. Оля хотела с ними остаться, но я ее увез — она ночь не спала, черная вся. — Он снова кашлянул. — Идем до дому.

Шли мы не торопясь, я рассказал о том, что на мукомольный завод приезжал подозрительный тип, нами интересовался. Отчим насторожился и аж задрожал.

— Осторожнее надо. Надо брать там муку, грузить в другую машину, отъезжать от завода и там перекладывать товар. Или у дальнобойщиков скупать муку.

— Дороже будет. А вариант с разгрузкой в другом месте мне нравится.

Уже в подъезде отчим спросил, куда мы сегодня ездили, и я рассказал, как все прошло, а также рассказал о магии таблички «Пустой».

В общем, мы решили завтра взять разнообразный товар: масло, муку, рис. А на мукомольный ехать, как разведчики: сперва я на мопеде, потом, при отсутствии опасности, — отчим на «КАМАЗе», а я караулю серую «девятку» в засаде.

В квартире первым делом я вошел в зал, где лежал больной Боря, спросил:

— Ты как, брат?

— Болею, — прошептал он. — Хреново! Температура.

— Высокая? — я повесил куртку в прихожей.

— 38,5 была. Сбили, вот. Спать хочется!

В этом наши желания совпадали, но я должен был выполнить обязательства, позвонил деду, сказал, чтобы сделал себе два выходных, потом — Илье, поинтересовался, как там новый тренер. Все было в полном порядке, тренировка прошла в школе. Отлично! Еще одна тренировка была в Клубе, где Нага направлял гопников на путь истинный путем приучения к физическому труду.

Приняв душ и поужинав, я лег спать и вырубился уже в полдесятого.

А проснулся в полшестого по будильнику и долго не мог выгнать себя из кровати, хотел еще немного почувствовать себя в безопасности, потому