Грандвелл (СИ) - Таня Толчин

происходящего. Совместное распивание алкоголя с викингами уже знаменовало то, что соглашение вступает в силу.

— А теперь объясни-ка мне, Грандвелл, как отреагирует ваш король на мое вторжение в Рендлшир? Наверняка же призовет тебя очистить эти земли от моих людей, — размышлял Ульвар, напряженно прищурившись.

— Есть некоторые условности, которые нужно выполнить, — молвил Эрик. — Графиня Малинда весьма хороша собой и тебе придется взять ее в жены. Это будет выглядеть, как договорной брак между тобой и женщиной из рода Рендл. Я лично обо всем буду докладывать королю, ему нужен мир на землях Уэссекса. Посему он закроет глаза на сам факт силового захвата, аргументом будет договорной брак. Также придется принять христианство, дабы сочетаться с графиней узами брака в церкви. Такие вот условия…

Воцарилась напряженная тишина, которую нарушало лишь пение птиц и трескотня кузнечиков в траве. Ульвар был убежденным язычником…

— Жениться на англосаксонской графине? Поменять свою веру? — рыкнул Ульвар, отставив свою кружку с напитком в сторону.

— Ваш король Гутрум принял христианство, ведь это было одним из условий мирных договоренностей между правителями наших королевств, — напомнил Эрик. — Во имя мира и прекращения вражды. Ты не предашь своих богов, если поступишь также. Твоя часть души нерушима и останется с тобой. Подумай, Ульвар! Ведь получишь желаемое, будешь управленцем в Рендлшире. Сытая и оседлая жизнь для тебя и твоих ярлов, не этого ли желаешь?

Ульвар и его подданные молчали, погрузившись в глубокие думы. Тишина длилась несколько минут, кажущихся Эрику целой вечностью.

— Говоришь, эта Малинда хороша собой? — задумчиво прохрипел Ульвар, глядя немигающим серым стальным взглядом на бочонок эля. Затем одним залпом осушил содержимое своей кружки и вытер губы тыльной стороной ладони.

— Хороша, — тихо молвил граф.

— До меня слухи доходили, что она была твоей невестой…

— После всего происшедшего я вряд ли бы взял ее в жены. После того, как я разоблачил предательство, мог бы явиться в Рендлшир и пролить кровь Кристиана, его людей и ее… Но так я не хочу… Решил поступить иным способом, оставив графиню для тебя, как разменную монету в этой игре.

— А ты весьма хитер, Грандвелл, — хмыкнул Ульвар. — С тебя бы получился хороший конунг…

— Моя покойная бабушка Эрна из вашего народа, так что во мне есть и кровь данов… — произнес Эрик задумчиво. — Кровь, которую я не хочу проливать в битвах. Я всегда следовал принципам нашего мудрого короля, который против войн. Они явно не способствуют развитию наших королевств…

Бочка с элем уже опустела. В воздухе витал запах хмеля и копченых рыбин, которыми присутствующие закусывали с явным удовольствием.

— Гутфрид! Принеси-ка еще один бочонок эля с лодки! — рыкнул Ульвар, обращаясь к одному из своих ярлов.

— В следующую встречу буду потчевать вас своим красным вином, — произнес Эрик вкрадчиво. — Надеюсь на то, что эта встреча состоится…

Конунг хмыкнул, бегло переглядываясь со своими воинами. Казалось, что в их глазах читалось одобрение, но судить было сложно. Ведь окончательное решение принимал Ульвар.

— Я согласен! — рявкнул он, резко шмякнув пустой деревянной чашей об землю. — Когда Мартен планирует нападение? Этого червя я тоже бы втоптал в землю и отрезал его голову…

— Я должен сделать это лично, — процедил Эрик, искажая губы в кривой ухмылке.

Собравшиеся воины еще долго обсуждали детали своего плана по обезвреживанию противников. Ульвару предстояло собрать отряд из лучших ярлов, которым будет обещано щедрое вознаграждение из казны Рендлшира, также и оседлый образ жизни, ведь этого многие желали, изрядно устав от кровопролитных изнуряющих походов.

Предстояла серьезная схватка с Мартеном в Приграничном лесу. Ведь тот явно не будет ожидать, что у Грандвелла такая колоссальная силовая подмога. Затем воины направятся в Рендлшир вершить правосудие. Конечно же, будет пролито много крови, но если бы Эрик бездействовал, то было бы гораздо хуже… Жестокий граф Мартен прошел бы по землям Грандвелла смертоносной волной, уничтожая и сжигая все на своем пути. А этого допустить нельзя. Конечно же, в последствии придется изъясняться перед королем Альфредом и это Эрик взял на себя, так как являлся искусным переговорщиком в отличии от того же грубого и прямолинейного Ульвара.

Обсудив важные детали и основные моменты, захмелевшие воины прощались.

— Мои люди-провожатые встретят вас у берега на этом же месте и поведут скрытыми тропами до моих земель, где я с основным отрядом буду ожидать. Вместе двинем в сторону Приграничного края и лесов, — молвил Эрик.

— Заодно взгляну на твои владения, — хмыкнул захмелевший конунг. — Обещаю, мародерствовать не будем. Я предупрежу своих ярлов, что награда их ждет в Рендлшире!

— Коль хочешь быть там желанным управленцем, а не нагнать на местных страху, советую вести себя сдержаннее, — молвил Грандвелл вкрадчиво. — А то сбегут от тебя все, испугавшись грозных порядков… Кристиан душит безбожными податями обитателей Рендлшира, так что уменьшив их ты окажешься в весьма выгодном свете перед своими новыми подданными.

Ульвар лишь задумчиво хмыкнул и прищурился, теребя косичку на своей бороде.

— Да не войнами же одними… И мирного хлеба хочется…

+++

В Грандвелл Эрик и его верные воины воротились около полуночи. Изрядно уставшие, трапезничали в большом зале.

Этан же первый поспешил в свою комнату, где обычно врачевал. Ведь там его дожидалась Эррол, которую оставил на попечение слуг. Ей уже было значительно легче, опасность миновала.

Уставший воин тихо вошел в помещение, жестом отослав служанку. Девушка спала крепким сном, но казалась еще ослабленной. Этан пристально ее разглядывал, как же успел соскучиться за день! Прислушивался к ровному дыханию, любуясь густыми кудряшками, которые блестели в свете пламени камина. Затем присел на корточки и поправил прядь, скользнув загрубелыми пальцами по нежной коже щеки, Эррол приоткрыла веки.

— Этан… — прошептала и улыбнулась. Смотрела прямо в его глаза, не моргая. — Так рада, что наконец вернулся… Думала, уже и не придешь ко мне…

— Это с чего же? — нахмурился мужчина. — Я и не собираюсь никуда уходить от тебя. Когда оправишься от хвори, мы сыграем свадьбу. Твой отец дал согласие.

Девушка вдруг застыла и ее глаза значительно округлились.

— А я тебе нравлюсь? — голос ее дрогнул. — Ты ведь тогда…когда я хотела…ну, тот случай с подвернутой ногой… — Эррол стыдливо опустила взор. — Я подумала, что ты ко мне безразличен…

— Глупое дитя, — прошептал Этан, не отводя свой горящий взор от ее смущенного лица. — Я не смог бы никогда воспользоваться наивной и хмельной девушкой! Кем бы я был, если бы это сделал? Но я тебе обещаю, что после свадьбы в первую брачную ночь я буду весьма убедителен…

Глава 31

Густая