Одна зима на двоих 2 - Полина Верховцева

– Попались, – Мелена кровожадно улыбнулась. Кивнула своим людям и тут же перед ними оказался разложен походный стол, а на нем карта, – показывай, где эта деревня.

Хьюго поспешно пробежался взглядом по разноцветным пятнам на карте и ткнул в нужное место.

– Здесь.

– Как давно это было?

– Два дня назад. Утром.

Мелена погрузилась в молчание, и никто смел задавать вопросы и спрашивать. Все терпеливо ждали, наблюдая за тем, как задумчиво она водит пальцем по карте прочерчивая невидимые линии, кусает губы в глубокой задумчивости. Хмурится.

Наконец, ее палец замер на границе голубого пятна озера Сай.

– Здесь, – постучала ноготком, – мы перехватим их здесь.

– Но деревня совсем в другой стороне…

– Плевать мне на деревню. Они идут от обители к обители. Все что позади них – уже разорено, – Мелена прикрыла ладонью часть карты, – вот эти они тоже уже разрушили или разрушают прямо сейчас. Мы не успеем перехватить ни здесь, ни здесь.

Она развернулась к своим людям:

– Мы искали их не там. Пока прочесывали Милрадию, они орудовали в долине. Кхассер не дурак, понял, для чего нужны обители, а девка эта ему помогает!

– Но как? Их не было у перехода, наши люди их бы не пропустили…

Мелена подняла глаза к небу, потом посмотрела на горы, верхушки которых утопали в облаках.

– Ему и не нужен переход. У зверя есть крылья. Он преодолел нашу преграду по воздуху.

– Но как? Преграда ведь как раз для таких, как как он. Он бы не смог…

– Смог. Недооценили. Слишком сильный зверь оказался. Да еще камень первородный украл. И девчонка эта неспроста с ним, – Мелена с досадой сжала кулаки. —Отправить гонца в Асоллу за подмогой, пусть идут к монастырю Россы. Там последняя обитель. А мы выдвигаемся к Вязовому Уделу. Взять их живыми. Мне нужен этот кхассер. Любой ценой.

Глава 15

За следующие пару дней им удалось найти еще несколько деревень и без особых приключений разобраться с миар-танами. К счастью, больше не попадались ни стражники из Милрадии, ни подозрительные жители, которые могли бы задать неудобные вопросы. Все получалось легко, будто сами боги прикрывали их невидимым покровом, защищающим от чужих взглядов.

Ким радовалась, ведь с каждой обезвреженной обителью у жителей долины появлялось чуть больше шансов вырваться из смертельной петли, в которую их загнали. Хасс наоборот мрачнел с каждым часом и становился все более раздражительным и злым.

– В чем дело? – спросила Ким, когда рано утром они выбрались из своего ночного убежища. На ночлег их приютил песчаный грот, на обрывистом берегу реки. Там было сыро и неуютно, пахло тиной и вдобавок, не смолкая, голосили ночные лягушки… Пока вечно голодная Лисса не переловила половину из них.

– Надо уходить, – Хасс хмуро смотрел на Драконьи горы.

– Осталось совсем немного. Мы добрались до озера. С этой стороны остался Удел, а на той – монастырь Россы.

– Слишком все просто.

– Разве это плохо?

– Плохо, – коротко кивнул он и протянул руку, помогая ей выбраться на ровную землю.

И дело не только в этой мнимой простоте и удаче.

Его внутренние ориентиры сбоили. Сколько бы он ни принюхивался и ни прислушивался – не мог уловить, что происходило на отдалении. Не чувствовал землю, не понимал, продвигаясь вперед чуть ли не на ощупь.

Слишком долго он находился в долине, насквозь пропитанной белым дурманом.

По ночам кхассер почти не спал, потому что стоило только прикрыть глаза и позволить себе расслабиться, как зверь рвался наружу. Все, что находилось здесь, он воспринимал как угрозу, ярился и был готов разорвать каждого, кто оказывался поблизости.

Хасс не говорил Ким о том, что в последней деревне он не просто разворотил обитель сна с особым размахом и удовлетворением, а нашел пролом в стене, выбрался и как зачарованный побрел к жилым домам. Клыки на ходу заострялись, в голове пульсировало: враги, убей их всех. Еще немного и он стал бы тем самым чудовищем из Андракиса, которого так боялись в Милрадии.

Одной богине Иль Шид было известно, каких усилий ему стоило пройти по грани и вернуться обратно, переломить свою кровожадную натуру, которая стремилась взять верх.

На ночлеге он не выпускал камень из рук, пытаясь хоть как-то подпитать связь, усилить контроль, но выходило все хуже и хуже. Слишком много белого дурмана. Его зверь начинал сходить с ума, и даже вирта начинала это чувствовать. Если раньше она доверяла, считала его «своим», то теперь Хасс непрестанно чувствовал на себе ее взгляд. Лисса пряла ушами, всегда была напряжена, натянута, как пружина, а на ночлег неизменно укладывалась так, чтобы оказаться между ним и Ким. Защищала.

– Осталось чуть-чуть, – взмолилась Ким, – два места. Заберем Манилу и можно будет уходить. У нас же все получается…

– У нас получается, потому что они это позволяют.

Хасс не верил в удачу. Слишком все гладко и просто. Не могли в Асолле не догадаться, что беглецов стоит искать по другую сторону Сторожевой гряды, не идиоты там. Но Ким была права. Осталось немного, надо добивать эти проклятые цветы. Тогда зимняя защита ослабнет и у тех, кто придет из Андракиса, будет шанс прорваться дальше долины, вглубь Милрадии. Добраться до источников аракита и разорвать любого, кто посмеет встать на пути. Утопить города в крови, разрушить…

Лисса громко всхрапнула и чувствительно толкнула носом в плечо.

Проклятье…

Он снова начал скатываться в кровожадную бездну.

– Хасс, – прошептала Ким, – твои глаза…черные, будто собираешься…

– Нет, – он сердито тряхнул головой, отгоняя наваждение. А потом, сам не зная почему, сгреб ее ладонь в свою.

Мягкая. Податливая. Она помогала усмирять демонов, готовых прорваться на волю. Зверь приходил в себя, тянулся к ней. Хотел прикасаться все больше и больше. Впитать в себя, присвоить, заклеймить так, чтобы никто и никогда не смел к ней приблизиться.

Снова кровожадность, но уже другая. Смесь ревности с потребностью защитить.

Хасс разжал ладонь, отпуская ее, потому что еще немного, и набросился бы. Повалил прямо здесь на нежную весеннюю траву, и не остановился бы даже если бы просила. Даже если бы умоляла, захлёбываясь слезами. Не остановился бы. Ни за что.

Снова прилетело в плечо от Лиссы. В этот раз сильнее и злее. Опустила голову ниже, она угрожающе фыркала и била копытом.

– Да понял я, понял, – проворчал Хасс едва слышно, – держусь.

Она совсем не по-лошадиному, утробно заворчала.

Воспользовавшись тем, что Ким скрылась за кустиками, Кхассер подошел к вирте, зарылся рукой в темную гриву и,