Не мир принес - Юрий Манов

«Грифы» захлопнули свои тетради и побросали их на пол.

— Кто из вас читал Джека Лондона «Белый клык»? — вопросил инструктор.

Несколько «грифов», в том числе и Васинцов, подняли руки. Кайметов подумал и тоже задрал ладонь. Инструктор недоверчиво на него посмотрел, но Кайметов заверил, что хоть книги не читал, но кино видел. Он вообще все фильмы про пограничников пересмотрел, в детстве мечтал на границе служить, как батя.

— Убедительно прошу не путать героя Джека Лондона с Джульбарсом, — попросил инструктор, — и книгу к следующему занятию убедительно рекомендую прочитать.

Посрамленный Кайметов руку тут же опустил и забормотал что-то про пограничного пса по кличке Алый.

— Так вот, — продолжал инструктор, — там, в этом рассказе или повести, есть хороший отрывок, когда человек входит в клетку к дикому псу и объясняет ему, кто в стае хозяин…

Корич громко хмыкнул. Инструктор тут же повернулся к нему, подошел почти вплотную.

— Прапорщик Корич, если не ошибаюсь?

— Так точно, товарищ…

— Майор.

— Так точно, товарищ майор.

— Наслышан о ваших подвигах, товарищ прапорщик. Но есть одно «но». Я, кажется, говорил уже о безрассудности и смелости?

— Так точно.

— Так вот, ваше поведение, товарищ прапорщик, при всем вашем профессионализме несколько напоминает безрассудство. Но, наверное, вы родились под счастливой звездой, раз еще живы. Попробую продолжить свою мысль, человек в вышеупомянутом литературном произведении, входя в клетку к зверю, не имел на него личной злобы, человек хотел просто объяснить, что он сильнее и что дальше игра вестись будет только по его правилам. Либо так, либо совсем никак. Я ясно изъясняюсь? И объяснял он все это при помощи вот этого нехитрого орудия. — Инструктор высоко поднял над головой дубинку и помахал ею. — Да, человек рисковал, он мог бы избить собаку, предварительно связав ей лапы, надев намордник, но это было бы ошибкой. Зверь бы только озлобился. Но когда речь идет о честной схватке, здесь зверь может признать себя побежденным. Товарищ капитан, — повернулся инструктор к Васинцову, — вам, как старшему группы, понятна моя мысль?

— Так точно, — Васинцов встал, — это что-то вроде объездки мустангов.

— Совершенно верно, замечательное сравнение, позвольте запомнить на будущее. Единственное отличие, что волк, собака, конь — все же звери, животные. Но собака и лошадь — животные домашние, волк — дикий зверь, волком и останется. Как-то по телику показали очень древний фильм про дружбу маленького северного мальчика и волчонка.

— Знаю, знаю, Аяврик! — крикнул с места Кайметов.

— Точно так, про Аяврика. Несколько детей под влиянием этого фильма попробовали повторить это в жизни — подружиться с волчатами. Итог трагичен, в том числе три летальных исхода. Волки до поры вели себя, как собаки, но стоило им увидеть кровь… Этот фильм, кстати, запрещен к показу. Но волк — это все-таки волк. Нам же придется иметь дело с существами иного порядка, с людьми с инстинктами зверя, и со зверьми с разумом человека. Это очень опасно, и радует лишь одно, что все вы здесь — ветераны и уже сталкивались с таковыми. Итак, объясняю суть эксперимента. Здесь, за стеной клетка, — и майор указал палкой в сторону зеркальной поверхности. — В клетке зверь, возможно, один из тех, что доставлены сюда при помощи вашей группы. Он видит и слышит нас, он примерно понимает, что с ним хотят сделать, и сейчас мучительно думает, что же именно…

Инструктор подошел к стене и нажал на незаметную клавишу. Стена быстро ушла в сторону, оголив толстые металлические прутья. На тонком кожаном мате в углу сидел человек… Нет, уже не человек, скулы, челюсть, глаза, мощная грудная клетка, когти на коротких пальцах, все выдавало в нем матерого чикатила. Судя по ржавого цвета шерсти, когда-то этот человек был рыжим. Зверь привстал на четвереньках, одарил людей безразличным взглядом и отвернулся к стене.

— Так вот, — инструктор провел палкой по решетке клетки, — наш клиент, господин Середенко з незалежной Украйны, — очень опасный субъект, на чьих руках, точнее — лапах, кровь невинных людей. В былые годы рэкетирством господин Середенко промышлял, киднеппингом не чурался, и вот — закономерный итог. Но его привели сюда не убивать, нет, убить мы его могли бы уже давно. Нам нужно от него, во-первых, смирение, во-вторых, информация о его логове, где, возможно, скрываются его самки и приплод. Мы дали гарантию нашему клиенту, что его семейству ничего не грозит, по секретному распоряжению они и подобные им вывозятся в резервации, где им гарантируется безопасность и питание в разумных пределах. Но наш клиент упорно делает вид, что не понимает человеческого языка, что является явной ложью. Учитывая опасность объекта для общества, я имею разрешение… не церемониться с ним. Моя задача, во-первых, надеть на него намордник и наручники, во-вторых, заставить сказать нужную мне информацию. Всем понятно? Я не слышу ответа, всем понятно?

— Так точно! — хором ответили «грифы».

— Замечательно! А теперь самое главное: подобные же тесты должен будет пройти каждый из вас, иначе группа «ГРИФ» не будет допущена до выполнения дальнейших заданий. Всем ясно?

— Так точно!

— Тогда смотрите и учитесь. — Инструктор вынул глаз из глазницы, уложил его в замшевый мешочек и аккуратно положил на лавку. Из стильного кейса он достал наручники, замысловатого вида намордник и, прогромыхав ключами, шагнул в клетку. Зверь, казалось, и не заметил незваного гостя. Он лишь тихо зарычал, когда инструктор не совсем вежливо ткнул его сапогом в зад.

— Середенко, брось дурака валять, давай-ка сюда свои царапалки, — громко предложил инструктор и покрутил наручники на пальце.

Зверь снова угрожающе прорычал.

— Видите, как ловко прикидывается, — улыбнулся майор, поворачиваясь к «грифам» лицом, спиной к зверю…

Они вскочили с лавок почти вместе. Первым проорать «Осторожно» успел все-таки Дзюба. Зверь молниеносно вскочил на ноги и кинулся на спину инструктора, Васинцов автоматически хлопнул рукой по ремню, кобуры там, конечно, не было. Но инструктор, казалось, только этого и ждал, не оборачиваясь, он с силой двинул локтем, попав зверю прямо в солнечное сплетение. Зверь с каким-то скрипучим хрипом повалился на мат и заскулил, силясь ухватить широко раскрытой пастью воздух.

— Прошу этот прием не повторять, — объяснил инструктор, погрозив «грифам» пальцем, — это очень рискованно и только для демонстрации. И че вы вскочили? Садитесь, наблюдайте. — Он с ухмылкой повернулся к зверю и наступил тому ботинком на щиколотку: — Что, Середенко, понимаешь-таки речь человечью, а как тебе вот это? — Инструктор сделал движение рукой, словно собирался ударить, и, когда зверь снова прыгнул, сделал шаг в сторону и огрел его палкой по затылку. Зверь со всего маху ударился о решетку, попробовал развернуться, но майор суровым армейским каблуком снова впечатал его в решетку. Зверь обмяк, майор быстро, как кошка, ухватил его за правую лапу, продернул ее между прутьев и защелкнул «браслеты» на запястьях.