Рожденная на рассвете (ЛП) - Девис Кристина

Он позвал ее, и когда она вошла, то была потрясена температурой в комнате. В камине ревел огонь, согревая комнату. Как она и подозревала, Брайанд был раздет так же, как и Астианд. Однако Брайанд был укрыт несколькими одеялами до самой груди. Капли пота выступили на его лбу, но он дрожал.

— Брайанд, — сорвалось с ее губ в тишине комнаты.

Если Астианд казался изможденным, то Брайанд выглядел так, будто донажи вернула его с края смерти. Его обычно темный цвет лица стал пугающе светлым.

Он дважды моргнул, увидев ее.

— Великий Дианц, — хрипло сказал он.

Нева попыталась улыбнуться, и потянулась рукой к своим рогам. Они до сих пор казались ей странными на ощупь, и хотя она провела много времени, глядя на себя в зеркало, все еще была в шоке от своего вида.

— Это было неожиданно, — ответила она на его незаданный вопрос, пожав плечами.

— Я в этом не сомневаюсь. Это восхитительно.

Нева подошла к нему и взяла за руку. Воздух в комнате был теплым, но его кожа была еще горячее.

— Что с тобой случилось? — с беспокойством спросила она.

— Я просто принял плохое решение. Вот и все.

— Не похоже, что это пустяк. — Нева отпустила его руку и взяв с прикроватной тумбочки чашку с целебным тоником, поднесла к его губам. — Где ты был?

Брайанд рассказал ей о своих трехнедельных приключениях. Он рассказал, что направился на восток к Да’Ксана в поисках украденного предмета, едва останавливаясь, чтобы поесть. Когда прибыл в великую крепость прибрежного клана на скалах Пикеро, он передвигался тайно. Ему пришлось обойти защитные заклинания клана и проникнуть в анклав, не объявив о своем прибытии. Кланы встречались только раз в год и редко работали вместе. Между кланами царило недоверие, и если бы кто-нибудь признал в нем Да'Вода, это подорвало бы хрупкие отношения, которые донажи тщательно выстраивали годами дипломатии. Но в стенах клана его поиски не увенчались успехом.

И это означало, что кубок должен быть у Да’Роха, решила для себя Нева.

— Покидая анклав, — сказал ей Брайанд, — я не ожидал их нападения. Я едва выбрался, и мне потребовалось очень много времени, чтобы вернуться сюда. Донажи послала за мной конвой, и благодаря этому я вернулся. Если бы они не обнаружили меня, мне бы не удалось завершить путешествие самостоятельно.

— Они знали, кто ты такой? Я имею ввиду Да’Ксана? Они признали тебя как аллиадо донажи?

— Я вижу, ты многому научилась, — сказал Брайанд. — Было темно. Я уверен, что благодаря расстоянию между нами, они не могли понять, кто я. — Брайанд взял у нее чашку лечебного тоника и допил последнюю каплю. На его лбу выступил пот, а губы наоборот потрескались и пересохли.

— Итак, что здесь произошло? — спросил Брайанд.

Нева рассказала ему почти обо всем. О дневнике ее матери и ее встрече с Вивижи она умолчала. Он попытался взглянуть на ее ремень, когда она упомянула о килстроке. Она умолчала о большей части своего огненного обряда, потому что не хотела вызывать в воображении болезненные воспоминания, и закончила свою историю тем, что стала Да'Вода.

Брайанд поздравил ее, хотя у нее было такое чувство, что он делал это не совсем искренне. Она винила в своих подозрениях смешанную кровь. Когда он задрожал сильнее, она забрала у него кружку и перевела разговор на другую тему.

— Итак, вы разработали стратегию? — спросила Нева, имея ввиду ситуацию с кубком.

— Я предполагаю, что донажи подождет несколько дней, а затем будет строить планы. Было непросто исцелить раны, нанесенные колдунами Да'Ксана.

— Понимаю. Я не хочу вмешиваться, но что такого важного для донажи имеет другой клан? — спросила Нева.

— Я полагаю, ты уже спросила об этом Астианда, и он отказался поделиться с тобой какой-либо информацией? — со знанием дела спросил Брайанд.

На самом деле, она не осмеливалась прямо спросить Астианда, потому что он всегда казался ей подозрительным. Он постоянно уклонялся от вопросов и менял тему.

Брайанд попытался вздохнуть, но тут же закашлялся.

— Волшебный предмет, не имеющий большого значения, — сказал он, когда пришел в себя. — Астианд прав во многих вещах, сейчас он прав и в этом. То, что ты теперь часть клана, не означает, что ты имеешь отношение к делам, которые ведутся в нашем аллиадо.

— Конечно нет, — сказала Нева, выдавливая из себя притворную улыбку. — Я больше не буду беспокоить тебя по этому поводу.

Она ушла, чтобы Брайанд мог спокойно отдохнуть. По крайней мере, он не знал, насколько она осведомлена о делах донажи.

Неве хотелось бы понять заинтересованность донажи кубком. Тем не менее, Нева знала больше, чем считали в аллиадо донажи. Она держала кубок и испытала на себе его силу. Воспоминания все еще проносились в ее мыслях, особенно потому, что первые два видения сбылись. Что касается последнего… Она не хотела становиться той Да'Валиа.

Если донажи вернет кубок, покажет ли он ей Неву на холме, готовую обрушить волну смерти? Или покажет донажи очередной набор не менее опасных пророчеств? Такой инструмент будет устрашающим в плохих руках, а судя по обрезанным рогам Миланда, руки донажи как раз и были плохими.

Нева вернулась в свою комнату, чтобы дочитать дневник своей матери. Монажи процветала среди Да’Вода, и Нева поняла, что может кое-чему научиться из дневника матери. В дневнике было описано путешествие вдоль побережья к Да’Ксана. Монажи и ее наставница-колдунья Алижи путешествовали с отрядом солдат Да'Валиа. Когда-то с другим кланом маджилы работали в великих библиотеках, где они изучали самую большую из существующих коллекций клановых историй.

Монажи не говорила напрямую о цели своего визита — на самом деле, она вообще не упоминала о каких-либо политических вопросах — но Нева подозревала, что ее мать должна была объединиться с могущественным хиланом Да’Ксана для укрепления клановых отношений. Монажи часто намекала на назревающую войну. И как знала Нева, это будет Великая Война.

Тем временем Монажи разрешили просмотреть библиотеку Да'Ксана. Монажи и ее наставница изучили подробные тексты, задерживаясь на всех подробностях о Дианце и его усилиях, но в конечном итоге так и не нашли то, что искали. В свободное время Монажи подружилась со многими из Да’Ксана и познакомилась с бывшими хиланами Да’Вода. Днем она часто совершала поездки, чтобы исследовать прибрежную местность или посещала близлежащие города, а по ночам читала.

Монажи так красочно описывала пейзажи, что Нева словно видела их наяву. Море Тывсе плещется в белых песках Цирандрела, а воды уходят вдаль, насколько хватает глаз. Древняя крепость Да'Ксана словно выросла из самих скал. Закаты цвета экзотических фруктов. Морские существа, которые могли выходить из воды, чтобы бродить по суше. Когда она прочла о них, ей захотелось увидеть их такими, какими видела ее мать.

Когда наступил полдень, Нева закрыла книгу в кожаном переплете. У нее было достаточно времени, чтобы немного поесть, прежде чем Эмилианд отведет ее на встречу с Вивижи. Нева спустилась вниз и пообедала с Миландом. И Астианд, и Брайанд остались отдыхать в своих комнатах. Миланд предпочел не разговаривать во время обеда, а Нева не могла найти в себе силы вести односторонний разговор, поэтому между ними висело молчание. Она чувствовала себя чужой в этом доме.

После ужина Нева сняла плащ с крючка у двери и вышла на улицу, чтобы незаметно для всех в доме дождаться Эмилианда. Волосы Эмилианда были влажными после мытья и вились у воротника. Он был одет в такую же зеленую солдатскую форму, которую носил днем, но более чистую.

— Готова? — спросил он.

— Готова как никогда.

Глава 19

Шестой Кравелл, 1632 год

Не могу поверить, что никогда не замечала этого раньше. Сегодня вечером мы с Бенжамандом снова корпели над текстами при свечах, и я поймала его взгляд на себе. У него было то же выражение лица, что и у меня, когда я смотрю на Шона. Интересно, стал бы для меня Бенжаманд Да’Вода… Это укрепило бы мои позиции при выходе на вершину. Я горжусь, что я способная ученица, но он просто потрясающий.