Голограф (СИ) - Мусин Шамиль

Показывая в картинах, Лола рассказала, что эта станция – часть мировой сети, объединявшая те звездные системы, в которых зародилась жизнь. Разумная жизнь способна активно влиять на голограмму вселенной, поэтому для контроля над ней и была создана эта сеть. Гиперборейцы были выбраны из наиболее развитых племен первобытных людей, и за несколько поколений генетически изменены для несения контрольной службы на земле. На показанных картинах все гиперборейцы выглядели светловолосыми, с огромными голубыми глазами и правильными чертами лица. Красавцы и красавицы, одним словом. Хозяин станции промелькнул только один раз: человек, как человек, темноволосый, зеленоглазый, ничего особенного.

Хозяева создали на самых важных континентах планеты, в Азии, Африке, Европе и Америке, четыре контрольных модуля, которые мы называем Домами, и поручили гиперборейцам через них отслеживать злостные попытки перестройки мировой голограммы. Наиболее опасные из них разрешалось ликвидировать даже ценой гибели целых миров. Большинству миров досталось по одному – два модуля, моему родному миру – аж четыре. Станция имеет прямой доступ к Домам и способна полностью их контролировать. Между собой Дома связаны только через станцию.

Хозяева станции, закончив свои дела, улетели и больше не появлялись. Гиперборейцы тоже куда-то подевались, их уже несколько тысяч лет не видно. Станция законсервирована и давно бездействует, возможно, и сеть постигла та же участь. Лола считает, что мне следует, используя гиперборейку, восстановить сеть и систему контроля, иначе все, кому не лень, станут корежить мировую голограмму под себя, и кончится это хаосом или, еще хуже, гибелью вселенной.

Ничего себе, припахать меня решила, возмутился я. Всю жизнь мечтал контролером стать! Их пассажиры-то не любят, а уж во вселенной…. Нет уж, на мой век ее хватит, а с ней пусть разбираются те, кому по должности положено. Ладно, если стал владельцем недвижимости, надо хоть посмотреть, что мне досталось в наследство. Обремененное долгами и обязательствами брать не буду, лучше сразу откажусь.

— Показывай, — заявил я вставая, — раз стал новоселом, надо хоть взглянуть на свою хату, может, по хозяйству чего надо – забор там поправить или еще чего.

Хозяйство мне досталось знатное – за четыре часа и половины жилплощади не обошли. Уютные столовые, комнаты отдыха, спальни, пара баров, медицинский центр – это те просторные комнаты и залы, которым нашлись названия. Но там были и помещения, назначения которых даже невозможно было себе представить. Например, одна из комнат была заполнена колышущейся массой, в которой что-то обитало, причем, в открытую дверь эта масса выливаться не собиралась. Лола назвала это как-то, но пояснять не стала, видно, посчитав не достойным моего внимания.

Пока бродил по своему хозяйству, в голову лезли непрошеные мысли. Ну, хорошо, присмотрю я хотя бы за землей – на четыре дома у меня как раз четыре гиперборейки, есть ли они в других мирах, неизвестно. Две из них инициированы, что с оставшимися двумя, не знаю, надо бы их найти, инициировать и поселить в Домах, если согласятся. А если не согласятся? Чем я их буду увещевать? Моральным долгом перед человечеством? Я бы на их месте отказался.

Интересно, почему Лола признала меня хозяином? Может, не все они улетели, и один из них остался на земле, став моим дальним предком? Спрашивать не буду,а то, вдруг, решит проверить ДНК и, признав, что ошиблась, лишит наследства.

Женихов бы троим из гипербореек подобрать хороших, а то от недостатка личной жизни они на меня бросаться начнут. А я и с одной из них ложиться теперь боюсь. Ладно, надо посмотреть, как они там. Надя в Заречном, наверное, меня ненавидит, к ней потом подойду, а пока загляну в тот мир, в котором погиб.

— Лола, где у вас контрольная комната? — спросил я, нехотя вылезая из удобного кресла, в которое вполз из последних сил пять минут назад.

Контрольная комната – такая же, как комната отдыха, только на подлокотниках кресел есть выключатели. Шлемов и перчаток здесь нет. Сажусь, включаю, перед носом появляется меню. Потыркавшись пальцем туда-сюда, нахожу нужный мир и подтверждаю выбор. В центре комнаты разворачивается трехмерный фрагмент кладбища.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Могила с мраморным надгробием. Читаю надпись – ага, моя могилка. Букетик цветов в вазочке, рядом скамейка, на скамейке сидит грустная Надя. Черт, как же стыдно, мог бы хоть весточку подать, что жив, хотя, этим бы я только испугал ее. Смотрю вокруг. Рядом еще одна могила, перед ней спиной ко мне, сгорбившись, сидит мужчина, видно, оплакивает кого-то. В тишине проходит несколько минут, и мужчина поворачивает голову.

Да это же Николай! Вот гнида, не случайно он там – уверен, на Надю охотится. Зря я тогда не зарезал его, как барана. «Резать спящего не по-мужски», подумал было, но тут же одернул себя: «слюнтяй хренов, любуйся теперь, что он с твоей Надей будет делать». Обидно-то как. Быстро добраться до них невозможно, и сейчас на моих глазах он будет из моей женщины делать зомби, а мне останется только, стиснув зубы, выть от ярости и бессилия.

Глава 10

Глава 10

Ну, уж, нет, решил я, если не успею спасти Надю, хоть удавлю гниду.

— Лола, что случится, если здесь одновременно окажутся гиперборейки из разных миров?

— Ничего интересного не произойдет, — заверила она, — они уже бывали здесь.

— Позаботься о моих друзьях, если меня не станет, — попросил я и уставился в изображение кладбища, отчаянно желая попасть туда.

— Необоснованный риск, — услышал я затихающий голос Лолы, постепенно теряя ориентацию.

Еще не погасла улыбка Николая, когда перед ним внезапно возник я. Отшатнувшись, он попытался вскочить на ноги, но я с разворота въехал ему ногой в челюсть. Сидя на низенькой скамейке вполоборота ко мне, он, как нельзя лучше, принял удар и слетел на землю. Я прыгнул на него, рассчитывая попасть каблуком в горло, но приземлился на пустой газон. Николай исчез. Слинял, гнида.

Хорошо, что в этот раз пришел в себя сразу, если бы чухался, как в прошлый раз, он бы меня прикончил. Медленно, чтобы не испугать, поворачиваюсь к Наде. Полными ужаса глазами она смотрит на меня, готовая упасть в обморок.

— Не пугайся, это я, — как можно мягче говорю и перешагиваю оградку.

Это еще больше пугает ее, и, выставив перед собой руки, она отходит к другому ее краю. Я сажусь на корточки, и, глядя на нее снизу вверх, пытаюсь успокоить:

— Все хорошо, родная, я, ведь, клялся, что никогда не брошу тебя.

— А кто же тогда там? — спросила она, кивнув на могилу.

— Помнишь, я рассказывал тебе, как оказался в твоем мире? Я попал в тело человека, идентичного со мной физически, но противный мне и тебе духовно. Так вот, после того, как в меня попала пуля, я переместился в свое же тело, заместив личность человека, который был бы тебе еще более противен. Если не веришь, хочешь, я напомню тебе все, что между нами было?

— Не надо, я верю. Что же ты творишь со мной? Я, ведь, тебя оплакала уже. Почему ты не пришел раньше?

— Тогда я не умел это делать. Теперь умею.

— Кто был тот человек, которого ты избил, и куда он пропал?

— Этот человек родом из безобразного мира, в котором все или зомбированы или моральные уроды. Он пришел за тобой. Ты потомок великой расы гиперборейцев. В тебе скрыта огромная сила, которую он собирался разбудить и использовать для себя. Позже я расскажу тебе об этом.

— Во мне – сила? Ну, хорошо, я подожду. Где ты был все это время?

— Я был с тобой в двух вариантах твоей судьбы. Помнишь, я рассказывал про Сан-Ремо? И еще с одной тобой, но там у нас только дружба.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты пришел, чтобы рассказать мне об этом?

— Нет, я пришел за тобой. Ты нужна мне. Я люблю тебя, и ты нужна мне для важной, но трудной миссии – охранять землю от моральных уродов.

Я подошел к ней и, взяв за плечи, посмотрел в глаза:

— Ничего не бойся, я разбужу в тебе великую силу, ты будешь вершить судьбы цивилизаций, миллионы людей будут бояться и боготворить тебя. Тяжелый груз ответственности за судьбу Земли ляжет на твои плечи, и временами будет горько принимать решение, но, кроме тебя, больше некому нести этот крест. Я знаю, ты справишься. Если согласна, кивни или скажи «Да», и я уведу тебя в другую жизнь.