Хранитель Мечей. Одиночество мага. Том 2 - Ник Перумов

Пламя факелов ощутимо тянуло вперёд. Где-то там крылась обширная каверна, куда и пытались пробиться двое путников. Видно было, что тоннель проложен отнюдь не гномьими руками – стены неровные, на камне остались следы громадных зубов.

– Помню, помню, как этих тварей ловили… – пробурчал ползший первым Север.

– Молчи! – шикнула на него Эйтери. – Я… что-то чувствую.

Они замерли. Потянулись томительные минуты; охотник за зомби лежал, не шевелясь, пока маленькая чародейка наконец не вздохнула, шепнув ему:

– Вперёд. Думаю, в пещере сразу драться придётся.

– С кем? – тотчас повернулся Север.

– Знала б, сказала, – сердито ответила Эйтери. – Не знаю пока. Молчи давай да ползи! Как доберёмся, увидим.

…Они добрались. Крысиный лаз кончился, открывшись в просторную пещеру, по дну которой тёк неглубокий ручей. Свет факелов не достигал стен и потолка. Здесь уже не осталось никаких следов работы подземных мастеров – даже в период наивысшего расцвета царства гномов они старались держаться подальше от этих мест. Система пещер, оставленных древней подземной рекой, не случайно именовалась Драконьими Зубами. Вода промыла себе путь в более мягких породах, но даже её неиссякаемая мощь не смогла ничего сделать с громадными чёрными заострёнными глыбами, поднимавшимися над полом, свисавшими с потолка, торчавшими из стен; эти смахивавшие на копейные наконечники камни и в самом деле очень напоминали зубы какого-то исполинского чудовища.

– Сюда гораздо больше подошло бы название «Драконья Глотка», – мрачно заметила гнома.

Север не ответил. Гном уже держал фальчион наперевес, напряжённо вглядываясь в окружавший их мрак.

– Верно, – немного погодя негромко сказала Эйтери, в свою очередь вслушавшись в звенящую тишину вокруг. – Летяги, выползни, мерзяки подкаменные и, если не ошибаюсь, дутень двухвостый. Милый набор. Что они тут жрут, хотела бы я знать?..

– Они тут, знацится, никого не зрут, – поправил её Север. – Они сюда с верхних уровней приползают, от Тёплого озера. Там они и кормятся. А тут – лёзка. Говорил я, что не…

Он осёкся, едва только заметил разъярённый взгляд маленькой волшебницы.

– Нам надо пройти – и мы пройдём, – свистящим шёпотом впечатала гнома. – Давай вперёд. К самому краю.

– К краю цего?

– К пределу их слуха или нюха там, Север! Ужель непонятно? Так близко, как только возможно, но чтобы они нас не учуяли? Я понятно объясняю?

– Куда уз тут понятнее… – проворчал гном, делая первый осторожный шаг. – По воде пойдем. Они насы саги на камне за версту уцмакают.

Путники спустились к ручью. Вода забурлила вокруг крепких сапог, но мастера ладили обувку на совесть, ноги оставались сухими.

– Таперица, – обернулся Север, – слухай меня, цародейка. Как я сказу «стой!», так долзна ты, твоя милость, замереть и стоять так, покуда я не сказу…

– Знаю! – недовольно прошипела Эйтери. – Шагай, а не болтай! И если я скажу: падай, голову закрыв, – ты, Северок, где б ни стоял, хоть в воде, хоть на камне, должен будешь упасть, потому как иначе с тобой всякие неприятности могут случиться – из тех, что я летягам да выползням предназначаю. Всё понятно?

Север уныло кивнул.

Они в последний раз проверили оружие и доспехи. Гнома надела шлем, только оставив неопущенным забрало. Так, в молчании, они пробирались по бурлящему ручью ещё некоторое время.

– Стой! – шепнул вдруг гном. – Всё. Дальсе никак нельзя. Уцуют. Выползни, сама знаес, у них такой нюх…

– Молодец, Северок, – гнома перевела дух. – Молодец. Лучшего и не пожелаешь. Как на ладони вся компания…

Их по-прежнему окутывала непроглядная тьма, в которой не было видно ни летяг, ни выползней, ни даже дутня двухвостого. Север воткнул оба факела в трещину на берегу ручья. И он, и гнома остались в воде.

– Ну, Северок, теперь держи лепесток наготове. Сейчас я их кой-чем угощу, после чего они, как ошпаренные, во все стороны кинутся. Тут уж не подкачай, руби так, чтобы после первого взмаха второй раз меч поднимать уже не пришлось.

– Не изволь беспокоиться, Сотворяюсцая, – гном взялся обеими руками в латных перчатках за рукоять своего фальчиона. – Второй раз бить не придётся. Ну, давай, цем ты их там угосцать ресыла?

Эйтери не торопясь, подчёркнуто аккуратными, чёткими движениями расстегнула сумку, извлекла оттуда три плотно закрытых флакона. В одном жидкость была черна, как ночь, в другом – слабо опалесцировала, а в третьем словно бы кипел жидкий огонь, в ярости бросаясь на толстые стенки склянки.

– Для начала пусть у них головки закружатся… – прошептала гнома, капая несколько капель в воду ручья у себя под ногами – вода текла по направлению к лежке подземных тварей. Север жадно уставился во тьму, однако шло время, а оттуда не доносилось ни звука.

Вдруг тишину нарушило жуткое многоголосое завывание.

– Хорошо… – продолжала шептать гнома. – Теперь вот это… пусть вам очень-очень кушать захочется… – в воду упало несколько капель опалесцирующего снадобья.

На сей раз результатов пришлось ждать гораздо меньше. Тишина пещеры внезапно взорвалась какофонией визгов, рыка, скрежета и воплей.

– Теперь они друг за дружку принялись, – невозмутимо сообщила гному Эйтери. – Но это скоро пройдёт… первый мой состав – он долго не продержится. Сейчас… пять… четыре… три… два… один! – Она резко плеснула в ручей огненно-красное снадобье. Взвились языки пламени, на поверхности воды распустился причудливый огненный цветок и так поплыл, словно речная лилия, ярко полыхая и разгоняя тьму.

– К бою, – коротко скомандовала гнома, выхватывая секиру и становясь в позицию. Север мгновенно последовал её примеру.

Впереди внезапно полыхнуло, пещеру сотряс тяжкий гром, с потолка посыпались мелкие камушки. Хруст и визги впереди резко стихли, сменившись жутким, режущим слух воем. Тяжело затопали лапы, в воздухе захлопали крылья.

– Север! – взвизгнула гнома, но тот был наготове.

Над головами мелькнуло нечто чешуйчатое, крылатое, вроде большой летучей мыши. Свет факелов блеснул на снежно-белых иглах клыков, густо усеявших необычайно широко распахнутую пасть. Бок твари был жестоко обожжён, свисали клочья разорванной чешуи, кожи и мяса, но рана, похоже, только добавила чудищу ярости и проворства. Зубы мелькнули возле самой головы Севера, однако гном очень чётко сделал всего один шаг в сторону и один шаг вперёд, подныривая под брюхо твари, после чего его фальчион коротко и мощно рубанул. Один-единственный раз. Рассечённая надвое туша по инерции пролетела ещё десяток шагов и шлёпнулась на другом берегу ручья, так, что веер кровяных брызг взлетел до самого потолка.