Воздушный замок с видом на пропасть - Нина Николаевна Дитинич

Сконфуженный Альберт виновато взглянул на Марфу. Бесстыдно улыбаясь, она вызывающе облизнула губы. Он отвел глаза.

– Вот вы где? – послышался голос Наденьки. Она обвела их проницательным взором. – Что это у вас руки дрожат, цыплят, что ли воровали?

Уставившись на подругу простодушным взглядом, Марфа кротко проворковала.

– Задрожат тут руки, фонарик искали.

Помрачнев, Наденька грубо отрезала.

– Шла бы ты домой Марфа, поздно уже.

Трусливо вжав голову в плечи, Альберт шмыгнул к лестнице и, перепрыгивая через ступени, быстро побежал по лестнице.

Криво усмехнувшись, Марфа бросила.

– Это не то, что ты думаешь.

– Откуда тебе знать, что я думаю, – подталкивая Марфу к выходу, процедила Надя.

Глава 42. Страсть Марфы

Несмотря на трудности в семье Барятьевых Наденька с Альбертом иногда даже чувствовали себя счастливыми, но тут стряслась беда, сначала умер отец Нади, затем слегла мать.

Наденька уговорила Альберта забрать мать к себе.

Альберт оказался заботливым, нежным зятем и ухаживал за Зоей Валериановной, словно за своей матерью.

Тем не менее, несмотря на прекрасный уход, мать Наденьки постепенно угасала и одним зимним утром они нашли ее в постели без сознания. Через несколько дней она умерла у них на руках.

Только сейчас Наденька поняла, как много значила для нее мать. Только сейчас она осознала, как глубока и безвозвратна потеря.

Теперь она поняла, насколько тяжело было Альберту. Боль от того что она никогда не увидит живой мать, никогда не услышит ее голоса приводила в безысходное отчаяние. И она блуждала между реальным миром и сумеречным миром теней, в котором ощущала присутствие матери, отца и еще каких-то других умерших людей.

Наденька на время бросила заниматься спиритизмом. У нее не было на это ни физических, ни душевных сил.

Соответственно их финансовое состояние ухудшилось, так как в театре платили немного, а сниматься в кино Альберт стал реже. Все драгоценности, оставшиеся от Беллы Борисовны, продали.

А деньги были необходимы позарез, так как дом требовал немалых расходов. То крыша прохудилась, то трубы проржавели, то канализация протекать начала и так до бесконечности. Не говоря уже о коммунальных платежах, которые росли с катастрофической быстротой, словно опара на добрых дрожжах.

Альберт целыми днями сидел за компьютером, проектировал живой музей. Наденька радовалась, что он занят делом.

Наконец, он оторвался от компьютера и с азартом начал рассказывать о своей задумке.

– Мы теперь деньги будем грести лопатой. Опять начнем проводить спиритические сеансы. Надо к этому делу привлечь Марфу.

– Марфу?! – взвилась Наденька. – Зачем нам Марфа, я сама со всем справлюсь.

– Марфа женщина активная, приведет много состоятельного народа, и не возражай, – заметив на ее лице негодование, произнес он. – Мне Марфа самому не нравится, но она нужна для дела.

Нахмурившись, Наденька недовольно кивнула.

– Ладно, если ты уверен, что так лучше, приглашу.

На спиритический сеанс Марфа явилась в черном, облегающем длинном платье с глубоким декольте, в изящной шляпке с вуалью и черными ажурными перчатками до локтей. Загадочное, томное выражение глаз, благодаря обильным темным теням, завораживало, а бледное напудренное лицо с кроваво—красными губами роднило Марфу с героинями фильмов ужасов. Слегка напуганные предстоящим ритуалом новички – участники оккультного действа не могли оторвать взгляда от Марфы. Наденька напротив своим нарядом напоминала монашку. Черное, скромное платье, отсутствие макияжа и украшений делали ее незаметной. Но это как раз более всего выделяло ее среди нарядно одетых участников мероприятия. Альберт тоже был одет во все черное. Черная рубашка, черный бархатный пиджак, черные брюки, а на груди, на толстой, золотой цепи висела круглая, серебряная бляха с таинственным знаком. Старинный, золотой с огромным алым камнем перстень на руке дополнял магический облик Альберта. Несмотря на возраст, он был еще очень хорош собой. Седина придавала ему благородство и особую импозантность.

Увидев Альберта, Марфа застыла. Ее сердце часто застучало, к щекам прилила кровь. Она жадно облизнула губы. «Боже мой, я давно бы захомутала его, но Надька близко к нему не подпускает. После того случая она несколько месяцев со мной не общалась, а тут вдруг позвонила и пригласила, – и у нее сладко зашлось сердце, – неужели Альберт приказал, неужели я все—таки не безразлична ему?! Ну, все, теперь он точно будет мой!».

Те временем настала полночь и все стали шумно усаживаться за длинный, овальный стол, на котором стояли зажжённые свечи.

Альберт выключил свет и открыл форточку. Затем пробрался на свое место и уселся между Наденькой и Марфой.

Марфа придвинулась к Альберту, прижалась к его боку и забыла обо всем на свете.

Наденька в этот момент замогильным голосом взывала к духу умершего родственника одной из участниц.

– Если ты здесь дай нам знать.

Все за столом затаили дыхание, лишь Марфа не видела и не слышала ничего, она с блаженным видом предалась, волшебным, любовным мечтам.

Внезапный, громкий всеобщий возглас изумления застал Марфу врасплох. И только тогда она увидела над столом светящееся, прозрачное облако, смутно напоминающее по форме человеческую фигуру.

От страха у Марфы исказилось лицо, и она закрылась руками, защищаясь. Из ее горла непроизвольно вырвался крик, затем она прошептала.

– Что это?!

Альберт произнес.

– Думаю, это призрак.

Облако вознеслось к потолку и мгновенно растаяло. В наступившей тишине, пронесся легкий вздох. Оцепеневшие от ужаса участники мероприятия, кажется, даже забыли, зачем они здесь и сидели молча, выпучив от ужаса глаза.

Первой в себя пришла Наденька.

– Позвольте господа закончить сеанс.

Пока Наденька завершала общение с потусторонними силами, Альберт закрыл форточку и включил свет.

Насмерть перепуганные гости сидели, не шевелясь и только Марфа, опомнившись, пролепетала.

– Что это было?

– Приведение, – произнес Альберт. – Здесь живут духи.

– Духи? – боязливо произнесла одна из присутствующих дам. Ее худое лицо страдальчески исказилось. – Значит, здесь действительно был астрал моего мужа? – Она вытащила кружевной платочек и вытерла несуществующие слезы. – Я бы хотела задать ему очень важный вопрос, но не при свидетелях.

– Конечно, это можно сделать, но в другой раз, – участливо ответила Наденька. – Духи не любят, когда их часто тревожат.

Сбоку подлезла еще одна дамочка.

– Я тоже хотела вызвать дух своей матери.

Очередь быстро росла. Желающих пообщаться с умершими оказалось немало. В эту ночь Наденька получила много заказов на общение с духами, и казна пополнилась солидными благотворительными взносами.

Глава 43. Ночной гость Марии

Александре приснился дурной сон, она проснулась и открыла глаза.

Сквозь не плотно прикрытые шторы лился слабый, лунный свет. Откуда—то тянуло холодом, и она стала кутаться в одеяло. И только тогда заметила, что