Запретная пара - Витания

жизнь, Элис. Свою позицию альфы, свой долг перед стаей. И всё ради того, чтобы они увидели правду. А они…

Он замолчал, его кулак ударил по дереву с такой силой, что кора треснула. Элис вздрогнула, но не отошла. Вместо этого она осторожно коснулась его плеча, её пальцы слегка дрожали.

— Ты сделал то, что должен был сделать, Каэл. Ты говорил от сердца. И даже если они сейчас не готовы услышать тебя, это не значит, что ты был неправ.

Каэл повернулся к ней, его взгляд смягчился, но боль всё ещё читалась в его глазах.

— А если я ошибся, Элис? Если всё это только усилило раскол? Я поставил тебя под удар. Теперь они будут винить тебя во всём, что происходит. Даже если я потеряю всё, я не могу позволить им причинить тебе боль.

Элис сделала шаг вперёд, её руки легли на его плечи.

— Послушай меня, Каэл, — сказала она, её голос был мягким, но решительным. — Я знала, на что иду, когда осталась здесь. Я знала, что это будет непросто. Но я здесь не из-за пророчества или своих сил. Я здесь ради тебя. Ради нас. И я не позволю страху остановить нас.

Каэл опустил голову, его дыхание стало глубоким и неровным. Она чувствовала, как он борется с собой, как отчаянно он пытается найти ответы, которых, возможно, просто не существует.

— Ты заслуживаешь большего, чем это, Элис, — наконец прошептал он. — Ты заслуживаешь мира, где тебя принимают, где тебя не считают угрозой. А я привёл тебя в место, где тебя ненавидят только за то, кем ты являешься.

Элис улыбнулась, её пальцы чуть сильнее сжали его плечи.

— А я привела себя сюда, потому что ты дал мне надежду. Ты показал мне, что даже среди всего этого хаоса есть что-то настоящее. И я не собираюсь отступать, Каэл. Если нам придётся бороться, то мы будем бороться вместе.

Его взгляд смягчился, и он поднял руку, осторожно убрав выбившуюся прядь волос с её лица.

— Элис… ты понимаешь, что если они отвергнут нас, нам придётся уйти? Нам придётся оставить всё это позади?

Она кивнула, её глаза были полны решимости.

— Если это то, что нужно, чтобы мы были вместе, я готова. Но я верю, что мы найдём путь. Ты дал им возможность услышать правду. Теперь их очередь выбрать, что с ней делать.

Каэл смотрел на неё, его лицо постепенно расслаблялось, а затем он притянул её к себе. Их лбы соприкоснулись, и на несколько мгновений весь мир исчез. Остались только они — два человека, которые нашли друг друга среди хаоса, которые решили бороться за своё место в этом мире.

— Ты — моя сила, Элис, — тихо сказал он. — И я не отпущу тебя. Никогда.

Элис подняла глаза, её взгляд был наполнен уверенностью.

— И я не отпущу тебя. Что бы ни случилось.

В следующий момент их губы встретились в поцелуе, который был не просто выражением чувств. Это было обещание, данное в самый тёмный момент их жизни. Их поцелуй был бурным, наполненным всей болью, страхами и надеждами, которые они несли в себе.

Когда они наконец отстранились, Элис посмотрела на него и улыбнулась.

— Мы справимся, Каэл. Вместе.

Он кивнул, а затем обнял её, прижимая к себе так крепко, как будто хотел защитить от всего мира. Ночь была прохладной, но рядом с ним она чувствовала только тепло.

И хотя в глубине леса ещё можно было услышать тревожные звуки стаи, их сердца уже знали ответ: их любовь была сильнее страха, сильнее ненависти и сильнее любых законов. Это был их последний аргумент, их последняя борьба.

Глава 25. Вызов судьбе

Солнце клонилось к закату, окрашивая деревню в багрово-золотые тона. В воздухе витало напряжение, словно сама природа чувствовала, что надвигается нечто важное. Элис и Каэл стояли в центре площади, окружённые членами стаи, которые собрались, чтобы услышать решение Каэла. Старейшины, как и раньше, занимали свои места на возвышении, их лица были мрачными и непроницаемыми.

Аэрон, главный старейшина, скрестил руки на груди и прищурился, глядя на Каэла.

— Итак, Каэл, ты говоришь, что готов бросить вызов традициям. Ты утверждаешь, что эта девушка — ключ к нашему спасению. Но слова — это всего лишь слова. У тебя есть доказательства, или ты продолжаешь питать свою стаю пустыми надеждами?

Его голос был резким, но в нём звучала скрытая насмешка. Элис почувствовала, как взгляд Аэрона буквально пронизывает её, но она сдержала дрожь, стараясь выглядеть уверенной.

Каэл сделал шаг вперёд, его фигура была напряжённой, но в каждом движении читалась сила.

— Слова могут быть пустыми, Аэрон, если за ними ничего не стоит. Но я принёс вам доказательства. Мы нашли артефакт, который подтвердил пророчество. Мы видели будущее, в котором наша стая объединяется с людьми. Но вы не хотите верить. Вы отказываетесь принять истину, потому что боитесь перемен. Поэтому я предлагаю вам то, от чего вы не сможете отвернуться. Древний ритуал.

Шёпот пробежал по толпе. Многие оборотни переглядывались, их лица выражали смесь удивления и тревоги. Даже старейшины замерли на мгновение, а затем Аэрон сузил глаза, его голос стал низким и угрожающим.

— Ты хочешь провести ритуал, который не выполнялся столетиями? Ты понимаешь, что говоришь? Этот обряд ставит под угрозу не только её жизнь, но и жизнь всей стаи. Если ты ошибаешься, это будет на твоей совести.

Элис почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она слышала о древнем ритуале только из рассказов Каэла, но даже этих упоминаний было достаточно, чтобы понять, насколько это опасно. Это был магический обряд, который требовал высвобождения древних сил, и если её природа не соответствовала пророчеству, последствия могли быть непредсказуемыми.

Каэл встретил взгляд Аэрона, не отступая ни на шаг.

— Я понимаю, что это риск, — сказал он, его голос был ровным, но в нём звучала сталь. — Но если вы не готовы поверить в слова и доказательства, то мы пойдём дальше. Этот ритуал покажет вам правду. Он докажет, что Элис связана с пророчеством. А если нет… я приму все последствия.

Слова Каэла вызвали новый всплеск эмоций в толпе. Некоторые оборотни начали спорить между собой, кто-то шёпотом осуждал его, другие выглядели обеспокоенными. Но старейшины всё ещё молчали, их лица были похожи на каменные изваяния.

Наконец, Аэрон поднял руку, призывая к тишине.

— Ты ставишь на кон всё, Каэл, — произнёс он медленно, словно каждое слово весило тонну. — Ты хочешь доказать, что этот человек —