Германия глазами иммигрантки (СИ) - Окоменюк Татьяна

Но и это еще не все. В Германии существует достаточно VIP- салонов для собак и кошек. Вот далеко неполный перечень оказываемых там услуг: эксклюзивный уход за шерстью: стрижка, завивка, покраска в любой цвет, педикюр, уход за зубами, массаж, грязевая ванна класса люкс. О ценах даже говорить страшно, если простая стрижка собачьей шерсти обходится владельцу «модника» в минимум 70 евро.

Короче, жизнь-праздник. Смерть тоже. Немцы с должным почтением обставляют переход своих питомцев в мир иной. Заказывают соответствующие погребальные принадлежности и ритуалы, покупают могилы (ежегодно внося арендную плату за место) на кладбищах для животных, которых в Германии насчитывается более 130. Столица страны является рекордсменом в этом вопросе: здесь действуют семь подобных кладбищ. Отдельные оригиналы едут в Голландию на кремацию домашнего любимца, чтобы потом установить в своей гостиной урну с его прахом. Остальные хоронят животных в картонных гробиках, стоимость которых колеблется от 50 до 200 евро. Последнее зависит от размера «покойного». Кролики, коты и крупные собаки требуют более высоких затрат. Хомяки, попугайчики и рептилии отправляются в последний путь в более дешевой, но не менее красивой «упаковке», украшенной рельефами и яркими декоративными рисунками.

Психологи убеждены, что причиной непомерного ублажения домашних питомцев при жизни и неразумных трат после их смерти, является одиночество. Жители Германии редко могут похвастать широким кругом родственных и дружеских связей. Детей заводят поздно и мало, предпочитая им животных и, становясь все более одинокими, переносят на «братьев младших» свои нерастраченные чувства. Многие из них, умирая, завещают деньги и имущество не детским приютам, а своим котам и собакам. Помните, убитого любовником немецкого дизайнера Рудольфа Мосхаммера? В наследство своему йоркширскому терьеру он оставил целую виллу в Грюнвальде. Пример этот оказался заразительным.

На сегодняшний день полтора миллиона немцев имеют миллионные состояния. В то же время, два с половиной миллиона детей в стране считаются бедными. И эта пугающая цифра, представленная общественности исследователями немецкого фонда помощи детям Deutsches Kinderhilfswerk, продолжает расти. Наибольший рост получателей социальных пособий среди детей в прошлом году отмечен, как ни странно, в довольно богатых западных федеральных землях Баден-Вюртемберге и Баварии.

Не берусь никого судить. В конце концов, отношение к животным является показателем нравственного здоровья общества. Хочется только, чтобы при этом в Германии хорошо жилось не только тем, кого «приручили», но и тем, кого самолично произвели на свет.

Иммигрантский супермаркет под названием «Фломаркт»

Неместным поясняю: фломаркт – это блошиный рынок, попросту барахолка. Местные в пояснении не нуждаются: это понятие наш иммигрантский люд усваивает в первой обойме немецких слов и использует в дальнейшем исключительно в немецком варианте.

Место это, можно сказать, магическое. Сюда так и тянет иммигрантов всех мастей. И не только потому, что здесь можно по дешевке купить действительно дорогую вещь, поесть краковских колбасок с горчицей, попить пива, изучить пару-тройку новых немецких выражений, покатать детей на карусели, узнать последние новости, приобрести русскоязычную прессу. А еще и потому, что «новенькие» чувствуют себя на фломаркте в безопасности, вроде как дома: своих на рынке – выше крыши.

Русская речь звучит тут так же часто, как и немецкая. Так что, в случае необходимости, всегда можно тормознуть проносящегося мимо соотечественника-переводчика. Впрочем, торг вполне может обходиться без перевода. Даже если вы владеете исключительно языком племени бхуту, достаточно указать пальцем на приглянувшуюся вещь. Продавец напишет вам на бумажке свою цену. Дальше – по избитому сценарию: вы делаете огромные глаза (вскрикиваете «вау!», хватаетесь за голову, скептически хмыкаете или бросаете на родном языке своему спутнику что-то вроде «совсем оборзел») и обиженно положив на место товар, делаете попытку уйти. Как правило, в этот момент продавец говорит: «Stopp!» («Moment!», «Ihre Preis!») и протягивает вам карандаш. Вы пишете свою цену и наблюдаете, как торговец зеркально повторяет ваш маневр, что никак не отражается на конечном результате: написав еще пару цифр, вы таки приходите к компромиссу и становитесь счастливым обладателем какого-нибудь термоса, утюжка, а то и подержанного, но вполне приличного компьютера.

Вот две пожилые тетушки, наши землячки, примеряют разноцветные парео, надев их задом наперед в виде кухонных передников. Продавец, молодой турок, пытается внести ясность: «Das ist Pareo». Тетушки презрительно отмахиваются: «Пару берем, пару. Отвяжись». И никакого напряга, сопровождающего общение «новичков» с хозяевами бутиков и назойливыми продавцами- консультантами в магазинах. Здесь можно часами рыться в кучах выставленного продавцами добра. Можно до хрипоты торговаться, несмотря на то, что любая мелкая вещь стоит от одного до двух евро, а крупная – не больше полтинника. Можно все трогать, рассматривать, примереть. Одним словом, приволье.

Многие из нас именно на фломаркте купили свою первую посуду, кухонную утварь, электробытовые приборы. Это потом мы освоились с бутиками, каталогами, аукционом Ebay. А в начале был он, родимый, – иммигрантский супермаркет под названием «Фломаркт».

Это – целое поле чудес, раскинувшееся на несколько гектаров! Чего здесь только нет! Ветхозаветная тирольская шляпа с выцветшим зеленым пером. Изъеденный молью прикроватный коврик с изображением Будды. Рассчитанная на вкус папуаса китайская бижутерийка. Боа из фиолетовых перьев одна тысяча лохматого года рождения. Искореженная груда металла, бывшая при жизни печатной машинкой фирмы «Ундервуд». Развесистые оленьи рога (чудный подарок какому-нибудь семейному юбиляру). Советский вымпел «Ударник коммунистического труда» в компании с погонами эсэсовского унтер-офицера. Чугунные утюги и сковороды времен Второго интернационала. Дешевые польские духи, выдающие себя за французские. Понюхав одни такие (уж очень продавец настаивал), я вспомнила анекдот: «Мадам, Вам духи для атаки или для самозащиты?». Так вот предлагаемый мне «французский аромат» был однозначно для атаки. Газовой.

А вот и совсем родное: матрешки, самовары, палехские подносы, деревянная расписная утварь, закарпатские сувениры, прибалтийский янтарь. Не нашедшие применения в хозяйстве аборигенов подарки русских друзей сбываются за бесценок. Справедливости ради, надо отметить, что с ними благополучно соседствуют и подарки иных иноземных приятелей: сине-белая голландская керамика, венецианские маски, испанские веера и кастаньеты, бельгийские кружева, кожаные арабские верблюды…

Ох, как же нам все это нравилось в начале иммиграции! Удивляло своей «эксклюзивностью», поражало дешевизной. Наш люд пер с фломаркта такие торбищи – лошади оборачивались.

Со временем мы пресытились, удивляться стали все меньше и на фломаркт стали ходить как на экскурсию, в конце которой вдруг да что-то и прикупим. Как правило, это что-то совсем не является предметом необходимости, но не уходить же с барахолки с пустыми руками – зря что ли, в такую рань просыпались!

Первые фломаркты современного типа появились в Германии в начале семидесятых годов прошлого века и быстро завоевали популярность широких народных масс. Когда-то их посещали те, кто страдал дистрофией кошелька: бедняки, студенты, гастарбайтеры. Сегодня среди посетителей блошиных рынков можно встретить представителей всех слоев общества. Для многих – это не просто шопинг, это – спорт, охота, хобби, один из любимых видов досуга. Заядлые фломарктовцы всегда придерживаются следующих «золотых правил»:

1) Наряжаться и расфуфыриваться сюда не стоит. Цену продавцы назначают, оценив ваш «прикид».

2) Хочешь приобрести что-то оригинально-дефицитно- эксклюзивное, приходи к открытию торгов, когда товара много и все хорошее еще не разобрали.