Чайная магия - Эмили Ллойд-Джонс

У Фин перехватило дыхание, она стала читать так быстро, что слова только что не расплывались у неё перед глазами.

«Арендатор сгоревшего сарая, Бен Бирн, отказался дать интервью „Оракулу“, заявив: „Это был не поджог, а неисправная проводка, и если вы не уберётесь с моей лужайки, я позабочусь о том, чтобы вы не смогли прийти на следующее заседание городского совета“.

Несмотря на нежелание свидетеля давать показания, бесстрашный репортёр…»

Фин глубоко, с облегчением, вздохнула. Прекрасно! Бен отказался разговаривать с репортёром «Оракула».

– Ты действительно это читаешь? – раздражённо спросил Эдди. – «Оракул» никогда ничего не писал правдиво, сколько я себя помню. Там только сплетни, которые пытается распространять мисс Кэтмор.

– Твоя мама читает эту газету.

– Она читает колонку советов. И ей нравятся рецепты. Но в новостях всегда одна неправда.

– Ну, газета права насчёт того, что на миссис Брэкенбери напали и кто-то поджёг сарай Бена, – сказала Фин и стала читать дальше, радуясь, что её не тошнит из-за крутых поворотов шоссе.

Эдди никогда не умел читать в автобусе.

Вдруг Фин коротко испуганно засмеялась.

– Что? – Эдди выпрямился на сиденье. – Что-то ещё сгорело?

Фин на мгновение прижала ладонь к губам.

– Нет… Но совершено ещё одно преступление. Кто-то испортил лужайку мэра Даунер.

– Да ладно тебе, – ошеломлённо сказал Эдди. – Она же поддерживает её в идеальном состоянии. Даже в засушливые месяцы, когда надо экономить воду и нельзя ничего поливать, трава там всегда зелёная и высотой три сантиметра.

– Да. – Фин быстро водила глазами по строчкам. – Очевидно, прошлой ночью кто-то пробрался во двор мэра Даунер и подстриг её газон так, что… Э-э, в общем, выстриг на нём очень грубое слово.

– Если бы я не видел свою маму вчера вечером за ужином, я бы подумал, что это её рук дело. – Эдди откинулся на спинку сиденья.

Фин скорчила гримаску.

– А может, это сделала Чайфин. Подожгла сарай, вломилась в дом мистера Мадейры, а теперь испортила лужайку мэра Даунер… Я бы не стала сбрасывать со счетов такой вариант.

– Но ведь шутка вроде как безобидная, – возразил Эдди. – Наверное, просто кто-то из соседских детей нахулиганил. Или близнецы Рейес. Я до сих пор не знаю, чего от них можно ожидать.

Фин посмотрела на фотографию сарая Бена.

– Интересно, почему Бен не рассказал репортёру «Оракула» о том, что…

Она не договорила, не захотев озвучивать свои мысли вслух.

У Эдди сделался задумчивый вид.

– Может, Бен не разглядел Чайфин как следует. Может, он видел её только мельком… А может…

Это предложение тоже повисло в воздухе, и Фин спросила:

– Может быть – что?

Эдди пожал плечами.

– Ты нравишься Бену. Может, он не хотел, чтобы у тебя были неприятности. И ведь твоя мама – его начальница. Он не стал бы обвинять тебя без доказательств.

Такое не приходило Фин в голову. Она представляла, как мама в своём кабинете управляется с гигантскими стопками бумаги и ублажает гостей, но никогда не думала о своей маме как о чьей-то начальнице.

Фин посмотрела на газету, так крепко зажатую в руках, что смялась бумага. Последняя строчка статьи гласила: «Жителям Старомирска придётся сегодня вечером запереть входные двери, подождать и проверить – продолжатся ли преступления».

Школьный автобус подпрыгнул, Фин скрипнула зубами.

– Не продолжатся, если я сумею этому помешать, – тихо сказала она.

Проблема заключалась в том, чтобы раздобыть спички.

Как и сказал Эдди, тётя Миртл спичек в доме не держала. Тем не менее, когда дети вернулись домой из школы, Фин добрый час обыскивала в большом доме мусорные баки, а Эдди наблюдал за этим с молчаливым неодобрением.

– Я всё ещё думаю, что твой план очень жестокий, – наконец сказал он. – Кроме того, мама не держит ни спичек, ни зажигалки. В продуктовом магазине их не продают.

– А как насчёт гостиницы? – спросила Фин, но тут же отбросила эту идею. – Нет, Бен уже что-то подозревает. И если он поймает меня на краже спичек…

– Тебе придётся плохо, – сказал Эдди, потирая затылок. – Послушай, Фин. Мне по-прежнему не слишком это нравится… В общем, пытаться преследовать комок чая в лесу – одно, но совсем другое…

– Талия, – перебила Фин, вдохновившись новой мыслью. – Ей ведь приходилось сжигать чай, значит, у неё должны быть спички.

– Хочешь вломиться в чайную в третий раз? – раздражённо спросил Эдди.

– Разве можно сказать «вломиться», если задняя дверь не заперта?

– Можно.

– Ну и пусть, – ответила Фин.

Ей даже слегка нравилось, что нарушать правила становилось всё легче. Возможно, это потому, что она становится немного храбрее… Или всё больше приходит в отчаяние.

– Нет, – сказал Эдди, скрестив руки на груди. Он редко бывал таким раздражённым. – Нет! Мы не будем сейчас этим заниматься. Нам надо закончить проект для научной ярмарки, помнишь? Даже если я не смогу победить Ривера с его чудовищной ветряной мельницей, я отказываюсь появляться на ярмарке без приличного террариума.

Фин окатила волна стыда. Она с самого начала была никудышным партнёром по научной ярмарке, а Эдди был таким жизнерадостным и покладистым, что его раздражение ранило ещё больней. Хаос, сопровождавший Чайфин, ввёл жизнь Фин в штопор: она так и не вернулась в «Тов», чтобы разнести заказы. Она почти не разговаривала с мамой. А теперь ещё Эдди на неё рассердился.

Надо вести себя лучше. Она позвонит мистеру Хардину и скажет, что зайдёт завтра… Тогда ей хватит времени, чтобы вместе с Эдди закончить работу над проектом научной ярмарки. Она стольким обязана двоюродному брату. Что касается мамы… Фин с ней поговорит. В конце концов. Когда-нибудь.

– Да, ты прав, – сказала она. – Давай поработаем над проектом.

И может быть (просто может быть), если они успешно выступят на научной ярмарке, если мама увидит, как хорошо справляется Фин, вопрос о консультанте-психологе отпадёт сам собой.

– Нужно добыть ещё несколько образцов растений, – сказал Эдди. – Я хочу прикрепить их к плакату и наклеить ярлыки.

Фин посмотрела на ящериц в аквариуме: одна из них грелась под лампой. Ящериц как будто ничуть не волновало, что они будут экспонатами на научной ярмарке. Правда, они не знали, что их ждёт.

– Держи, – сказал Эдди, протягивая Фин листок с нарисованным цветком. – Принеси несколько таких. Они растут на заднем дворе, за штабелем дров.

Фин кивнула и взяла листок, обрадовавшись возможности немного побыть одной. То мама, то Чайфин, то Эдди, то школа – уже некоторое время у неё не оставалось ни минутки для себя самой.

Она вышла через заднюю дверь. Тётя Миртл хранила дрова на