Аика. Песня о любви. Книга 1 (СИ) - Божена Богинска

показывать свой страх. Особенно Франко. Но почему-то именно с ним все чувства выливались наружу, будто кто-то невидимой рукой открывал кран.

— Нам надо идти дальше. Если ты готова.

Он осторожно провёл ладонью по моей щеке, заглядывая в глаза с таким беспокойством, что я согласно кивнула.

— Давай я… — пальцы прошлись по надувшейся брови, перебежали на ноющую скулу и вернулись обратно. Все движения были лёгкими, танцующими и… забирающими боль.

— Так лучше?

— Где ты научился этому? — я наконец распахнула глаза, изучая его лицо.

— Это своеобразный бонус за ту жизнь, которой мы живём, — терпеливо ответил Франко, всё ещё водя пальцами по моей коже.

— Ты…маг?

Он тихо рассмеялся, и я впервые заметила ямочку на его левой щеке.

— О, нет. Хотя, думаю, это объяснение самое логичное. Прости, я всё расскажу, когда мы дойдём до дома.

Парень нехотя опустил ладони. Я пощупала бровь — от ушиба не осталось и следа.

— Не будешь от меня убегать?

Я помотала головой, плотно сжимая челюсть.

— Ты, кстати, ломанулась не туда, куда надо, — хмыкнул Франко, обходя меня и устремляясь в обратную сторону, — Ни назад, ни вперёд, а вбок. Было бы хреново, если бы ты заблудилась. В этих лесах не всегда…хм… безопасно.

— Именно поэтому мы тут… — саркастично заметила я, топая за ним следом, параллельно растирая по щекам слёзы.

— У нас нет других вариантов. Но, должен заметить, пока я рядом — с тобой ничего не случится.

Я проглотила рвущиеся из глотки слова о том, что пока всё, что происходит непонятного и страшного связано именно с ним. Потому что, кажется, он сам это понял.

— Спасибо за лечение, — прошептала ему в спину.

Франко повернулся ко мне профилем, не сбавляя шаг, и, грустно усмехнувшись, кивнул.

Глава 32

Всю дорогу до места ночёвки мы снова молчали, концентрируясь на собственных мыслях. Но сейчас, отдышавшись и напившись воды, я наконец нарушила тишину. — Ты часто ночуешь в лесу?

Франко удивлённо вскинул брови, поворачиваясь ко мне лицом, не переставая вытаскивать из огромного рюкзака складную палатку.

— Нет, — пожал он плечами.

— Нет? — ошарашенно повторила за ним.

— Нет.

Я поёжилась.

— Думала, ты…

Франко выпрямился и уставился на меня.

— По-твоему, я что-то делаю неправильно?

— Я не знаю!

— Ты никогда не ночевала в палатке?

Я медленно покачала головой, поджимая губу.

— Серьёзно?

— Как-то не довелось.

— А… а в детстве? — протянул он, недоверчиво глядя на меня, — Все в детстве ходили в походы. Даже мы.

— Что значит «даже мы»?

Парень проигнорировал мой вопрос и отвернулся к вырисовывающейся конструкции.

— Так или иначе, я уже говорил тебе, что со мной нечего бояться. Нас никто не тронет.

— Всё никак не пойму, с чего такая уверенность?

Франко хмыкнул, запуская пятерню в белые волосы.

— Просто поверь мне.

— Вот как, КАК я могу тебе верить, если я ничего о тебе не знаю. Да, да, — я спешно заговорила, не давая ему вставить слово, — я знаю, что ты всё расскажешь, как только мы дойдём до твоего дома. Но хоть что-то же можно сказать? Нет? Кто нас подслушает?

— Ну, к примеру, та глупая птица, — пожал плечами парень и накинул тент на каркас.

— Ворон? — округлила я глаза, — При чём тут он?

— Этот ворон — наш шпион.

Я застыла на месте.

— Шпион? — шёпотом прошептала, во все глаза глядя на Франко. Тот хмурился и пристально разглядывал палатку.

— Ага, — нетерпеливо кивнул он, заныривая в рюкзак.

— То есть он…

— Собирает для нас информацию и доставляет письма.

— Это нелепо.

Голова парня вынырнула из рюкзака, недовольно глядя на меня.

— Почему нелепо?

— Мы не в 19 веке, и это же не голубь!

Франко закатил глаза и снова полез внутрь рюкзака, выуживая наш ужин.

— Ладно, — сощурилась я, подходя ближе к палатке, — Почему этот ворон следитза нами?

Парень устало выдохнул и, распрямившись, направился в сторону леса.

— Он не следит за нами. Принёс мне письмо, — коротко кинул мне через плечо.

Я уставилась ему в спину.

— Ты куда? — я сделала шаг за Франко, но насильно остановила себя.

— Скоро вернусь.

Я резко зажмурилась, пытаясь отогнать нехорошее предчувствие: с приходом темноты лес не казался мне таким уж дружественным, а скорее наоборот. Несмотря на круглую серебристую луну, щедро освещающую поляну, на которой Франко организовал привал, мне было не по себе. В основном пугали мрачные деревья. Они словно приблизились друг к другу, образуя плотный круг, из которого можно было сбежать только если в зловещую западню.

Я понимала, что это лишь игры моего воображения. Понимала, что мне надо расслабиться и сделать что-то полезное, к примеру, распаковать спальные мешки. Но страх липкой субстанцией растёкся по венам, заставляя меня сесть между палаткой и старым пнём, чуть ли не зарываясь головой между коленок.

Именно в таком положении меня обнаружил Франко. Он притащил сухие ветки для костра.

— Аика? Ты что там делаешь?

Он снова назвал меня по имени. Внутренности затянулись тугим узлом, и я поспешила отвернуться, чтобы не доставить Франко удовольствия лицезреть меня, залитую густым румянцем. Черт. Снова эта дикая реакция. — Сижу, — буркнула, наконец вылезая из своего укрытия, полностью игнорируя взгляд парня.

Франко растерянно обвёл взглядом нетронутые рюкзаки. Очевидно, он полагал, что я помогу ему хоть в чём-то, но…

Ухватившись за спальные мешки, я ретировалась в палатку, лишь бы не чувствовать на себе настороженный взгляд.

— Ты долго там планируешь прятаться?

Из своего нового убежища я наблюдала, как Франко соорудил рогатку и разжёг небольшой костёр. Повесил походный котелок над разгорающимся пламенем и уселся рядом, наливая воду и следя за процессом.

— Ну правда, вылезай давай.

Я даже не шевельнулась. В палатке было так спокойно и безопасно, что я мысленно отругала себя за то, что не залезла сюда сразу.

— Ты хочешь, чтобы я тебя достал оттуда?

Это было сказано смешливо, играючи, но я уловила в голосе низкие ноты. Я видела, как он поднимается с места, делая шаг в мою сторону.

— Я уже иду! — пискнула, вскакивая с колен. Он распахнул импровизированную дверь раньше меня, резко нагибаясь. Я же, наоборот, выпрямилась, устремляясь ко входу изнутри. Мой лоб встретился с его подбородком, и мы завалились на расстеленные спальные мешки.

— Я же сказала, что иду! — заорала я, хватаясь ладонью за ушибленное место, — Сколько можно меня бить! Я всю жизнь получаю, надоело!

Франко навис надо мной, но быстро перекатился в сторону, усаживаясь и нахмурено глядя на меня.

— Прости, — коротко сказал он, растирая руки, — Давай помогу.

— Не нужно!

— Да я просто…

— Я сказала, отстать