Леди ведьма - Кристофер Сташеф

— Мне кажется, что ты вовсе не тот, кем хочешь казаться.

— А мой друг?

Она выразительно пожала плечами.

— А он, полагаю, еще больше притворяется. Я непременно это выясню.

— Неужели? — усмехнулся Джеффри. — А что у меня за Душой, ты тоже выяснишь?

Она невозмутимо смерила его оценивающим взглядом, и на губах ее заиграла недобрая улыбка.

— Если мне захочется; ведь тебе, я вижу, очень этого хочется.

После чего убежала.

Он понесся за ней, петляя между деревьями. На этот раз никто не смеялся, слышалось лишь горячее дыхание. Наконец Джеффри схватил красавицу за рукав. Она рванулась, споткнулась и упала на землю. Он, тяжело дыша, повалился рядом, пальцы лихорадочно пробежали по ее щеке, к шее и жарко вздымающейся груди.

— Так сделай же то, что хочется тебе! Осуществляй свои желания, не размышляя, подобает ли это! И знай, что о таком, как я, ты могла только мечтать!

— Да, возможно, ты таков, — вздохнула она, и дыхание ее оказалось благоуханным, будто курящийся, фимиам. — И все же я удержусь, пока не научу своего избранника наслаждениям, которые никогда не пресытят его!

— И он прилепится к тебе навсегда? — поднял бровь Джеффри.

— Воистину! Тогда и ты сможешь поухаживать за мной до победного конца! А пока, сударь, умоляю — прекрати!

Дорогой ценой, неимоверными усилиями, но он подчинился, ибо Джеффри давным-давно поклялся себе не преследовать женщину далее, чем она сама пожелает. С тяжелым вздохом он заставил себя отпустить красавицу, думая о том, что если на самом деле она желает продолжения, то пусть пеняет на себя. Ей следовало более пылко проявлять свои чувства и быть поискренней, если она хотела, чтобы игра закончилась по-другому.

— Что ж, как тебе угодно. Но посиди со мной немного.

Обещаю, что лишь возьму тебя за руку и ничего более.

— Зачем мне сидеть с тобой? — хмыкнула Далила, однако медленно приподнялась, не спуская с Джеффри подозрительного взгляда, оценивающего, непонимающего, недоверчивого.

— Да просто полюбоваться этим волшебным гротом в лунном свете, — прошептал он. — Только посмотреть!

Она села рядом с ним, оглянулась и, всплеснув руками, восхищенно ахнула.

Сделав полный круг, они вновь оказались у грота эльфов, что, разумеется, не было для нее сюрпризом. Пока они играли в нимфу и фавна, взошла луна. Теперь сад блистал, как россыпь башенок и шпилей волшебного замка.

Она смотрела, будто зачарованная, и волшебство сада охватывало ее, как разливался по телу жар его руки. Он держал слово — делал не более, чем обещал, но делал так, что заставил ее горько пожалеть о принятом решении. Она пообещала себе, что как только завоюет Алена, сразу исполнит все мечты Джеффри до последней капли и даже больше, много больше, пока не замучит его. Она использует его, иссушит, а затем воскресит, чтобы использовать снова — но исключительно для собственного удовольствия.

Возвращаясь к костру, они напустили на себя серьезный и целомудренный вид. Ален и Корделия, хоть и не выглядели такими же скромниками, но казались вполне довольными обществом друг друга.

Ален же, со своей стороны, недоумевал, действительно ли глаза Далилы блестят исключительно от лунного света. Далила, в свою очередь, торжествовала, заметив, что Ален с Корделией вовсе не увлечены беседой. Она дала сопернице шанс, но та, как и следовало ожидать, воспользоваться им не сумела. Далила села у огня со вздохом, в котором превосходно сочетались скука и злорадство.

Корделия, сверкнув глазами, спросила:

— Действительно ли сад так хорош?

— При лунном свете, — замурлыкала Далила, — кажется, будто ты у русалок в подводном гроте.

Корделия ощутила, как в ней загорается ярость. Что там вытворяла с ее братом эта похотливая кошка? Что она сделала с ним?

Впрочем, судя по его виду, такой вопрос стоило задать именно ему: что он сделал с ней? Во всяком случае, ощущалось в нем обостренное желание, бесшабашность, отчаянный и болезненный восторг. О том, чем они там вдвоем занимались, долго гадать не приходилось, неизвестно только, как далеко зашла эта игра. Не слишком далеко, судя по неутоленному голоду, блестевшему в глазах Джеффри. Но почему-то наблюдение это не очень утешило Корделию.

— Куда мы отправимся завтра? — спросила она.

Далила повернула голову и встретилась взглядом с Корделией. Это «мы» не прошло мимо ее ушей.

— Господа проводят меня домой, — проворковала она, — ведь они обещали.

— И выполним обещание, — решительно заявил Ален. — Не можем же мы разрешить столь кроткой особе держать путь домой без провожатых.

— О да! — чуть заметно усмехнулась Корделия. — Я составлю вам компанию.

— И на чем же ты поедешь? — игриво поинтересовалась Далила. — Насколько я вижу, у тебя нет лошади! Может быть, поскачешь на помеле?

— Может быть, — голос Корделии сочился медом. — А может, предоставлю это тебе.

Далила, заливисто хохоча, вскинула голову.

— Не беспокойся — у меня превосходная лошадь.

— Что ж, тогда поищу себе жеребца.

Корделия дождалась, когда остальные заснут, потом встала и бесшумно скользнула в сторону деревьев, но углубилась в лес всего на несколько шагов. Она устремила к своей спящей матери мысленную просьбу прислать ей отцовского вороного механического скакуна — великана Фесса, оседланного дамским седлом.

Гвен не возражала, охотно согласился и Род. Корделия не поняла, что родители сейчас всего в миле от нее.

Ее разбудил какой-то шорох. Она открыла глаза, но не шевелилась, боясь неожиданностей. Потом нахмурилась, ощутив туман в голове, прижала руку к виску, но обрывки сна не улетучились. Просто сна, отрывистого и смутного…

Справа от нее лежал Ален — очень хорошо. Она, будто бы не проснувшись, пробормотала что-то и повернулась на бок, а затем сквозь ресницы украдкой посмотрела на Далилу. Та лежала с закрытыми глазами, дышала глубоко и ровно.

«Не стоит притворяться, сестренка. Это всего лишь я тебя дожидаюсь».

«Это ты умеешь, — мысленно отозвалась Корделия. — Тут ты любого превзойдешь».

«В этом есть доля истины», — согласился Джеффри.

Корделия села, медленно, осторожно, и вновь прижала к голове руку.

«Мне приснился престранный сон…»

«Мне тоже. Пойдем».

Ожидая ее, он сидел на корточках у кострища, но теперь бесшумно встал и, протягивая руку, обошел тлеющие угли. Корделия тоже встала и шагнула в сторону от Алена и Далилы. Брат и сестра закутались в плащи, ибо утро было холодным. Они молча удалились в сторону леса, но так, чтобы не терять из виду место стоянки.

— Расскажи мне сначала свой сон, — сказал Джеффри.

— Мне снилась эта леди Далила, — начала Корделия, следя за его лицом — но он лишь кивнул. И никаких эмоций — ни вины, ни удивления, ни повышенного интереса. Приободрившись, Корделия продолжила: