Шанхайский регтайм - Picaro

Александр, читавший, как красный "рено" за три вечера трижды проделал путь от его гостиницы к вилле некоего господина Лана, только молча кивнул в ответ на ностальгические воспоминания полицейского. Из наблюдений исполнительного Петра Евгеньевича получалось, что объект слежки — девица Наталья Сергеевна Губкина. Мадемуазель Губкина каждый вечер покидала Сашину гостиницу и совершала поездку на окраину Шанхая. Высаживалась она у ворот виллы господина Лана. К отчету была приложена фотография небольшого бунгало, окруженного стеной. Над воротами красовался выложенный смальтой дракон. На следующее утро девицу отвозили обратно в город к общежитию в китайском районе, где она снимает комнатку на третьем этаже. Через шесть-восемь часов Губкина снова садилась в машину и на этот раз ехала в гостиницу к Саше.

— Кто такой Лан? — Александр хмуро посмотрел на наслаждавшегося пломбиром Боярышникова. — Вы о нем…

— Узнал, узнал, — полковник промокнул губы салфеткой. — Сорок шесть лет, владелец маленькой киностудии. Сам снимает фильмы. Друг детства господина Лю, — голубые глаза поймали взгляд молодого человека. — Не знаете такого?

— Нет. Первый раз слышу… Хотя, подождите, — Саша задумался. — Да, Наташа мне как-то говорила, что фирма мадам Лихуа получила важный заказ от какого-то Лю, — вспомнил он. — Это о нем шла речь? Кто это?

— Скорее всего о нем, — ответил Боярышников, вычерпывая остатки мороженого из мельхиоровой чаши. — Очень богатый человек. Бизнес, политика, незаконные сделки и тайные общества. Разносторонний человечек, — усмехнулся полковник. — Сам он к женщинам равнодушен: содомит. Но любит "угощать" друзей и нужных людей красивыми девушками. Я думаю, мадемуазель Губкина познакомилась с Ланом на такой вот интимной вечеринке у господина Лю.

— Понятно, — Саша заглянул в отчет вахмистра и, прочитав бумажку до конца, сунул в папку. — И что господин режиссер такой же влиятельный, как и его друг-содомит?

— Нет, — Иван Всеволодович взялся за чашечку с кофе. — Мелкая рыбешка, но плавают они в одной луже. Вырос вместе с Лю в деревне. Оттуда перебрались в Шанхай… Начинали контрабандой и сводничеством. Потом Лана стали приглашать в массовку на съемки. Затем он играл незначительные роли в китайских фильмах. Лю тем временем быстро пошел в гору, разбогател, — полицейский закурил папиросу и задумчиво выпустил колечко дыма. — Дал приятелю денег, чтобы тот открыл свою киностудию.

— Понятно, — повторил Саша и сжал кисти рук, лежавшие на коленях в кулаки. — А что вы узнали про Наталью? Про фирму, где она работает?

— Фирма уважаемая, — усмехнулся полковник. — Работает около сотни девушек, много белых. Если ваша пассия захочет оттуда уйти, то больших препятствий ей чинить не будут. Тысяча мексиканских долларов и она свободна.

— Ну и порядки, — заметил Саша.

— Уж какие есть. Отец и мать вашей Натальи, — продолжал Боярышников, — умерли в Харбине несколько лет назад. Папаша работал на железной дороге, мать вела домашнее хозяйство. Ни там, ни здесь девчонка полицией не задерживалась. Есть старший брат, остался в Харбине. В ее личном деле имеется бумага… сообщение одного харбинца, что старый железнодорожник имел совпаспорт, — помрачнел инспектор. — У нас таких "редисками" называют: внутри "белые", а сверху "красные". И сыночка воспитал в любви к Советам. Поэтому, тот в Харбине и остался, когда "красные" КВЖД забрали.

— Это не важно, — скривился Саша. — Наталья то уехала сюда.

— Хорошо вам, — потемнел лицом Боярышников. — Между вами и "красными" целый океан. Можно и не замечать… А вот у нас Совдепия под боком. И среди китайцев коммунистов, как собак нерезаных. Нам все важно, — подытожил полицейский.

Он раздавил окурок в пепельнице и одним глотком допил кофе. Демонстративно посмотрел на часы.

— Большое спасибо, господин Боярышников, — сказал Александр. — Вы мне очень помогли. Сколько я вам должен?

Инспектор назвал сумму — двести долларов, получил деньги. Взял с соседнего кресла шляпу и поднялся.

— Не собираюсь совать нос не в свое дело, — сказал он на прощание, — но хочу предупредить… Не наделайте ошибок. Любое нарушение закона и вас, в лучшем случае, вышлют из Шанхая.

— Не беспокойтесь, — небрежно ответил Александр. — Я — законопослушный человек.

— Не сомневаюсь, — Боярышников поправил на голове шляпу. — Честь имею.

Полицейский ушел. Саша заказал мартини с лимоном и, попивая горьковатый вермут, перечитал отчет вахмистра. Несмотря на полученную информацию, он так и не знал, что ему делать дальше.

Ничего, кроме раздражения, фильм у Александра не вызвал. Слащавая мелодрама с китайскими актерами. Главный герой — трудолюбивый молодой клерк, героиня — продавщица в магазине готового платья. Магазин принадлежит белому господину лет пятидесяти, и тот, пользуясь каждым удобным случаем, пристает к девушке. А когда молодой человек пытается вступиться за честь подруги, вышвыривает его на улицу и увольняет продавщицу. Клерк делает подруге предложение, но злобный хозяин магазина клевещет на жениха владельцу фирмы, где тот работает, и глупый китайский бизнесмен выгоняет преданного служащего. Молодые люди оказываются на улице, без денег, а свадьба, становится недосягаемой мечтой. Но фильм заканчивался вполне американским "happy-end": главный герой, подрабатывавший в порту носильщиком случайно встречал вернувшегося из Америки дядюшку-миллионера. Богатый старик, узнав в смазливом юноше, сына покойного брата, тут же устраивал будущее парня и его невесты. Фильм завершала сцена, в которой дядя вручал молодоженам ключи от магазина, где раньше работала девушка. Он выкупил его у проигравшегося в карты европейца и подарил племяннику.

Актеры играли гротескно, заламывали руки и становились в позы. Главная актриса с глупым, кукольно-безжизненным лицом семенила ножками, сюсюкала и жеманничала. Европеец лапал ее за талию, тонкие запястья и, затащив в кабинет, пытался повалить на диван. При этом он свирепо таращил глаза и плотоядно ухмылялся. Голос белого звучал резко, а хохот и вовсе демонически. Когда появлялся отрицательный персонаж, то в зале среди зрителей поднимался возмущенный шепот на китайском.

Саша следил за происходящим на экране вполглаза: он купил билет на "Странности судьбы" не для того, чтобы насладиться фильмом. Его интересовал актер, игравший дядюшку. Фильм был снят на киностудии "Шанхайский Дом", принадлежавшей мистеру Лану, и владелец сыграл миллионера, осчастливившего молодую пару. Среднего роста, полный, с двойным подбородком. Гладкое лицо украшено усиками и бородой. Хотя бороденка скорее всего относилась к гриму.