Ты — моя судьба - Дженис Кайзер

— Я попросила Силию положить несколько отцовских вещей — ну, там, рубашки… он их ни разу не надевал, — неуверенно проговорила она. — Я подумала, что тебе может понадобиться одежда.

— Это очень хорошо, Кэти. Хотя… ты бы лучше о себе позаботилась. Ты… сильно расстроена?

Она было хотела отвернуться, но он удержал ее, положив руки на плечи, затем взял за подбородок, чтобы заставить смотреть на себя.

— Тяжелый день, — неохотно проговорила она.

— И это все?

— А что, этого недостаточно? — вопросом на вопрос ответила она и заставила себя рассмеяться, чтобы не расплакаться. — Я упаковала вещи для себя и для ребенка, уехала из родного дома — а этот дом был единственным и для меня, и для Дэнни. Это еще не все. Я поссорилась с отцом, и теперь мы с ним… почти враги. И сейчас я в номере отеля, с мужчиной, которого знаю всего… три дня? Да-а-а, это большой срок!.

— Это действительно большой срок, Кэти, не иронизируй. А вообще, тот факт, что мы находимся здесь на третий день нашего знакомства, меня не шокирует. С одной стороны, три дня — это, конечно, мало, а с другой, в нашем случае, этого оказалось достаточно, чтобы узнать друг друга. Она украдкой улыбнулась.

— Я вообще-то не прыгаю в постель к мужчине так быстро, если ты это имеешь в виду.

— Нет, я не это имею в виду.

— Если ты намерен меня просто успокоить… Я не хочу, чтобы ты думал, будто я жалуюсь, но последние три дня действительно перевернули всю мою жизнь. И даже если предположить, что завтра ты исчезнешь, вернуть все на старые места уже не получится.

— Я не собираюсь никуда исчезать, — сказал он, держа ее за руку. — Так и знай.

Они улыбнулись друг другу. Глаза Итана будто говорили: «Ничего, все уладится». Он поцеловал ее, чуть прикоснувшись к губам. Она положила голову ему на плечо и обвила руками. Через несколько секунд, словно опомнившись, Кэт отошла от него на шаг:

— Уже поздно, я не знаю, как ты, а мне надо поспать.

— Я сначала приму душ, — сказал он, глядя на стопку приготовленной для него одежды. — Если б неделю назад кто-нибудь сказал мне, что я буду носить белье Джейка Ролли, я бы, пожалуй, ответил, что этот человек свихнулся.

— Неделю назад никто бы из нас не поверил, что мы окажемся здесь.

Итан, потрепав ее по щеке, пошел в ванную. Лежа на кровати, Кэти раздумывала: все еще очень сложно, на душе — предчувствие чего-то плохого. И все равно на сердце было тепло оттого, что Итан рядом. Есть у него какой-то особый дар сделать все так, чтобы женщина чувствовала себя хорошо, забыла обо всех тревогах… обо всем, кроме того, чтобы быть с ним.

Через несколько минут Итан вышел из ванной в старомодных боксерских трусах, с мокрыми волосами; он присел на кровать и взял ее за руку.

— Кэт, — начал он. — Я хочу тебе сказать, о чем я думал, когда сидел в тюремной камере.

Чересчур серьезное выражение лица немного напугало ее.

— О чем?

— Дело в том, что сейчас мне некуда идти, кроме резервации. Я хочу, чтобы ты и Дэнни были там вместе со мной.

Вот этого она не ожидала! Конечно, слова эти льстили ее самолюбию, потому что он как бы говорил, что неравнодушен к ней. Но… это невозможно.

— Итан, — проговорила она, беря его за руку и прижимая к щеке, чтобы смягчить свой отказ. — Итан, я тронута, я понимаю, ты хочешь, чтобы я была с тобой, но… я не смогу жить в резервации.

Он посмотрел ей в глаза.

— Значит ли это, что ты не хочешь меня или что я тебе не нужен? Я знаю, что ты — независимая женщина, что сама содержишь себя. И что нищета в резервации… что ты к этому не привыкла.

— Дело не в резервации… не в проблемах коренных жителей или в чем-то таком еще, Итан. Дело в том, что у меня здесь, в Бентоне, своя жизнь. У меня медицинская практика, и… да, я независимый человек. Я знаю, ты восторгался своей матерью, — продолжала она, — за то, что она сделала, чтобы быть с твоим отцом. Но я — другой человек, и вокруг — другой мир. Вопрос не в моих чувствах к тебе — я надеюсь, ты это понимаешь. Потому что… я хочу тебя, и ты нужен мне, ты, твоя сила, твоя защита. Ты даже представить не можешь, как ты мне нужен!

Он молча провел большим пальцем по ее щеке и кивнул.

Однако Кэт была уверена, что обидела его отказом. Он так много страдал, а просил так мало. Но притворяться она не могла. Это слишком важно.

— После того как я опять побывал в тюрьме, я что-то перестал понимать.

Не вставая, она взяла его лицо в ладони и потерлась носом о его нос.

— Пожалуй, я тоже приму душ, — сказала Кэт и, достав из чемодана ночную рубашку, направилась в ванную. Когда она вернулась в комнату, Итан лежал, уставившись в потолок, руки поверх одеяла.

— Так лучше, — сказала она, скользнув под одеяло и прижавшись к нему всем телом.

Итан обнял ее одной рукой и притянул к себе, так что носом она уткнулась ему в шею. От него пахло чистотой — это был завораживающий запах мыла, смешавшийся с легким запахом его тела. Кэт прижалась влажными губами к его коже.

— Я должна тебе кое-что сказать. Мой отец и Майк Колдуэлл хотят сделать нас несчастными. Они угрожали мне, и тот, и другой. — И она рассказала Итану о возможности пересмотра решения об освобождении его под честное слово.

— Они не смогут ничего сделать без слушания, а это займет время. Кроме того, со свидетельскими показаниями с твоей стороны им придется туго.

— Я тоже не очень-то боюсь их угроз подать исковое заявление о похищении ребенка, хотя это, возможно, еще одна причина, почему Дэнни и я не должны ехать в резервацию. Чем меньше поводов мы дадим им, тем лучше.

— Я больше беспокоюсь о тебе и Дэнни, чем о себе, — сказал Итан. — Надо бы подумать, где нам остановиться.

— По-моему, надо снять какой-нибудь домик, — сказала. Кэт. — Нам действительно нужно такое место, где ты мог бы нас навещать.

Он промолчал и поцеловал ее в висок — она придвинулась ближе. Он провел рукой по ее телу — вниз, туда, где кончается ночная рубашка. Просунул руку под рубашку, накрыл ладонью заветный холмик, и Кэт напряглась. Итан поцеловал ее — она горячо ответила; в одно мгновение сон слетел и тело было готово принять его. Итан тоже загорелся, стал с упоением целовать и ласкать ее, Кэт, приподнявшись, одним рывком, сняла ночную рубашку, и он впился в ее соски.

— О-о, Итан… — простонала она. Запустив руку в его влажные волосы, она принялась наматывать их на палец. — Итан… Ну-у-у… — и укусила его в краешек губ.

Утром они завтракали в кафетерии Смитти. Кэт подумала, что если полгорода знает о них, то и скрываться нет смысла. Несколько человек с любопытством смотрели в их сторону. Те, кого она знала, здоровались с ней как ни в чем не бывало. Кэт с облегчением подумала, что никто не относится к ней враждебно.