Реконструктор. Дорога в один конец - Александр Конторович

Одиннадцать артиллеристов – это раз!

У вагонов прихлопнуло хоть кого-нибудь? Да фиг его знает… я вообще-то там людей никаких не видел рядом. Но жахнуло-то как! Быть не может, чтобы хоть кто-то да под такую раздачу не попал. Ладно, приплюсуем еще десяток, для полноты картины, так сказать. И это будет – два!

Далее.

Пулемет наш, он тоже, я полагаю, не в воздух стрелял? Да и снаряд мы куда-то там вломили, тоже, надо думать, не совсем впустую… Так что десятка три фрицев мы, в общей сложности, как я думаю, уконтрапупили.

Но главное все же не в этом!

После такой явной демонстрации серьезности своих намерений не будут немцы своими солдатами разбрасываться – стянут их сюда! Здесь у русских главная цель, и именно по этой причине надо все вверх дном перевернуть, а диверсантов найти!

А раз так – не будут у наших на хвосте преследователи висеть. Может, кто и останется… только уж не в прежнем количестве, зуб даю!

И с этой стороны мы можем считать свою задачу выполненной. Надо, однако ж, мужикам все растолковать, вон как они на меня все уставились.

– Значит, так, ребята! Слухайте сюда!

Как правильно когда-то заметил великий полководец Суворов (тот, что Александр Васильевич – помню ведь!), всякий солдат должен знать свой маневр. Тогда и воевать ему проще. Держать бойцов за тупых исполнителей – глупость несусветная!

Именно поэтому я обстоятельно излагаю ребятам все свои соображения. Не скрываю ничего, даже самых неприятных вариантов развития событий. Как бы ни был высок соблазн сейчас оторваться от преследования и ломануть куда-нибудь в чащобу, увы… для нас это роскошь непозволительная. Мы-то, может быть, и уйдем – слишком мала наша группа, есть шанс проскочить незамеченными. А вот остатки роты, да с ранеными на руках, такой возможности лишены.

– Да, старшина… задал ты нам задачку… – чешет в затылке Охримчук. – Я так понимаю, что мы навроде приманки для фрица будем нонеча?

– Где-то так… – неопределенно верчу в воздухе пальцами. – Сейчас-то немцы поверили в то, что мы всерьез на склады нацелились. Помощь они себе затребуют – и к бабке не ходи! Да не каких-то там тыловиков, а егерей, что нас в лесу прижали. Прочие тут не пляшут, супротив нас у них выучка не та. Танк ведь в лес не погонишь, толку-то там с него?

– Дык, слепой он там станет…

– Значит, пехотой работать будут. Сам посуди, как далеко немец отойти отсюда успел?

– Ну… – задумывается мой собеседник, – к вечеру-то точно добегут!

– Верно! И будут весь день завтра тут лес чесать, не ночью же они в чащобу полезут? А потом?

Неожиданно в наш разговор встревает Казин:

– Если никого не найдут немцы, завтра к вечеру они опять нашим в загривок вцепятся. Их-то, фрицев, на машинах небось перебросят?

– Правильно соображаешь! – киваю я. – А до линии фронта ребятам еще дня два топать, это при самых удачных раскладах!

Как ни крути, а минимум день нам надобно выиграть! Иначе роту зажмут на отходе, и все.

Черт его знает, может быть, есть и еще какие-то возможные варианты? Вполне может быть – только я про это не осведомлен.

Но здесь и сейчас – вижу только один. Убедить фрицев, что около склада отирается большая группа диверсантов. Только при таком раскладе они будут держать тут большую часть своих солдат.

А как это сделать?

То, чего нельзя взять в руки, – не существует. Тот диверсант, которого не видишь, – он всегда кажется кем-то нереальным. Вроде лешего. Он вроде бы и есть – только его никто не видел.

Что-то там ухает в кустах и ветками трещит… Ну и что? Медведь тоже так может. А это – персонаж куда как больше предсказуемый, чем злой русский диверсант. И более желательный, нежели русский с гранатой в руках.

Медведя-то еще можно напугать, а вот диверсанта – только убить. И не факт, что малой кровью сидящие за забором солдаты уже полной мерой хлебнули от этих спрятавшихся в лесу русских. Недешево они фашистам дались… те, кто уйти не смог. Так ведь многие-то из диверсантов так и ушли! Злыми ушли и сильно на немцев обиделись.

Неприятное соседство получается.

Того и гляди, прилетят из лесу свинцовые «подарочки» – и не только одним растяпой-часовым меньше станет… и еще кто-нибудь под раздачу попадет.

Хочешь или нет, а изживать русских надо. Но и охрану ослаблять – тоже не вариант. Мало ли…

По моим прикидкам, чтобы прочесать только близко расположенные леса, немцам потребуется не менее двух дней. А ведь неподалеку еще какие-то объекты есть, помимо склада… Их тоже негоже вниманием обходить.

Ну, что ж… если немцам надо обязательно увидеть русских диверсантов – они их увидят…

После всех моих объяснений наступила тишина. Сидя на траве, ребята переваривали услышанное. В общем, совершенно понятно было всем, что шансов уйти живыми из этих мест у нас очень немного. Бессмысленно будет нападать из кустов на каких-то одиночных фрицев. Это не будет воспринято серьезной угрозой основному объекту. В то же время мы все хорошо понимали, что повторить только что закончившуюся вылазку у нас просто не хватит сил. Да и немцы уже наверняка предприняли все возможное для того, чтобы исключить подобные фокусы в принципе. Зуб даю, на подступах к пушкам уже выставлена густая сеть постов. И даже просто подойти к любому орудию нам уж совершенно точно не дадут. Сил же для того, чтобы напасть непосредственно на склад, явно недостаточно. Надо думать, немцы уже оперативно восстановили минное поле, и даже просто проползти через него к забору – задача абсолютно невыполнимая. Я, конечно, могу рискнуть и попробовать вспомнить все свои навыки по работе с этими взрывоопасными бяками. Но, положа руку на сердце, не возьмусь утверждать, что смогу сравниться в этом мастерстве с любым из тех саперов, что шли с нами рядом. Нет, поставить-то мину я смогу, здесь никаких сомнений нет. А вот найти да снять… Так, чтобы она при этом не жахнула на всю ивановскую, – это вряд ли. Есть, конечно, вариант обойти склад, пересечь железную дорогу и попробовать устроить какую-нибудь бяку уже с противоположной стороны.

Но!

Во-первых, для этого надо иметь хотя бы миномет. Потому что пересечь железнодорожную насыпь нам в любом случае не дадут, а паля навесным огнем по складу из винтовок, мы никакого ущерба ему не нанесем. Даже почти два десятка снарядов, которые мы туда вкатили, и то ни к какому особенному эффекту не привели. Такие сооружения вообще-то строятся с расчетом на то, что их будут не только обстреливать, но и бомбить. И даже в этом случае результат не гарантирован. Ну не может зенитка пробить земляной вал толщиной в несколько метров! Миномет – этот может уложить мину прямо в крышу. Но не далее как утром целый взвод минометчиков хреначил по складу минут двадцать и тоже ничего не добился.