Дверь в стене - Alexandrov_G

Вот как вам такой, например, штришок - в Нью-Йорке Хо Ши Мин был удостоен знакомства и последующих контактов с Маркусом Гарви. Как, вы не знаете кто это такой? Ну, да не переживайте, ничего страшного, в конце концов вон даже и Винстон Родни (интересно, в честь кого бы его могли назвать Винстоном, учитывая то обстоятельство, что родился он в 1945 году?), более известный миру как "Пылающее Копьё", сокрушается что вот, мол, no one remembers old Marcus Garvey:

«видео опущено»

Хорошо поёт. Да и попробуй, спой плохо, когда Маркус Гарви не больше и не меньше как один из пророков (настоящих, религиозных пророков) движения Растафари, известного сегодня по всему миру.

Но в начале ХХ века было не так, и Маркус Гарви пророком ещё не был, ни в своём отечестве, ни в чужом, а был он "издателем, журналистом и оратором". Прям как сегодня, когда в кого пальцем ни ткни, так непременно окажется журналист и оратор. Но сегодняшним журналистам и ораторам до пророков далеко, а вот Маркусу Гарви этот фокус удался.

Родился он на Ямайке, там же учился понемногу, там же, испытывая врождённую тягу к печатному слову, пошёл в наборщики, а из наборщиков начала любого века прямая дорожка ведёт к забастовкам и прокламациям, так что когда угодил он в чёрный список (на Ямайке это нетрудно), то плавно перешёл к выпуску собственной газеты под названием The Watchman. Какая, однако, перекличка с нашими последними временами! Ну и вот, на свободе человек с такими талантами не мог не привлечь внимания и эта стезя привела Маркуса в Лондон, где он не лоботрясничал, а изучал право и философию, не забывая также оттачивать в свободное время ораторское мастерство не на talk show, а в Гайд-Парке, где речи не монтируются, но зато легко можно получить кулаком в пятак от полоумного слушателя или зонтиком от недовольной слушательницы, так что мастерство живой речи доходит там до степени необыкновенной.

Ну, а когда Гарви достаточно образовался и до нужной степени навострил свой язык, то англичане выслали его обратно на Ямайку, поставив на нём клеймо охочего до правды "издателя, журналиста и оратора". А уж с Ямайки он отправился издавать и ораторствовать в Америку. А Америка это страна возможностей и способный Гарви очень быстро превратился в ведущего "чёрного националиста", что американскому правительству никак не могло прийтись по вкусу. Национализм это всегда хорошо для других, но никогда для себя. Почему Гарви тут же не депортировали? Хороший вопрос. Но на хороший вопрос есть и хороший ответ:

Люди не помнят не только кто такой Маркус Гарви, но они не помнят и того, что СаСШ начала ХХ века это вовсе не те США, которые мы знаем сегодня, как не помнят они что тогда, в предверии Первой Мировой, главные игроки в лице англичан и немцев шуровали на территории СаСШ как хотели - шпионили, взрывали, саботажничали, резвились по-всякому и вообще чёрт знает чем занимались. Мало кто понимает в каких условиях появлялись, росли и крепли американские спецслужбы, у которых были очень хорошие учителя, да притом такие, что не только собственным примером учили, но ещё и очень больно дрались. А ученик сызмальства понимал, что хорошо усвоенный урок в первую очередь в его же собственных интересах, и если сегодня в учении трудно и больно ему, то завтра больно будет уже кому-то другому. "Дайте только вырасти!"

Ну и вот то, чем занимался на улицах Нью-Йорка Маркус Гарви, на первый взгляд было совсем не в интересах СаСШ, зачем им "чёрный национализм"? Но прошёл день, прошёл другой, прошёл месяц, Гарви поораторствовал, поораторствовал, поиздавал, поредактировал, а потом вдруг вышло, что он не только "националист", но ещё и "панафриканист". Если кто думает, что объединять можно только тюрков или славян, то это не так, ничего особо оригинального в слове "пан" нет, пан на то и существует, чтобы чубы трещали не у панов, и если есть на свете "пантюркизм" и "панславизм", то почему бы не быть и "панафриканизму"? Ну вот он и появился. И если "чёрный национализм" был невыгоден американцам, но зато выгоден гордым бриттам, то с "панафрикой", требующей немедленно освободить и объединить обитателей Чёрного Континента, дело выходило прямо противоположным образом - Африка с приставкой "пан" была очень выгодна американцам и крайне невыгодна англичанам.

А между тем генератором на американской почве этих двух вроде бы взаимоисключающих идей являлся один и тот же человек - Маркус Гарви! Будучи по сути врагом и СаСШ и БИ он умудрился быть одновременно им обоим полезным. И по этой верёвочке или, точнее, по этому лезвию бритвы Маркус Гарви умудрился бегать туда сюда почти пятнадцать лет. Только в 1925 году "английская составляющая" в его идеологическом двуединстве перевесила американский интерес и под личным патронажем Эдгара Гувера был сфабрикован судебный процесс, на котором, лишь прибегнув к лжесвидетельству, удалось выставить Гарви виновным и засадить его на пять лет. Отсидел он полтора года, после чего его выпустили и выслали на Ямайку, откуда он прямым ходом отправился в Лондон и продолжил делать там то, что он умел, а умел он издавать, писать и ораторствовать. Вновь востребованным государством он оказался в 1936 году после начала "итальянской агрессии" против Абиссинии, когда Маркус Гарви занялся идеологическим обеспечением сопротивления "древнего африканского народа, сражающегося с итальянскими фашистами". Словом, очень, очень способным и очень, очень ловким человеком был Маркус Гарви.

Вернёмся к Хо Ши Мину и его неожиданным контактам с проживавшим в Нью-Йорке ямайским ловкачом. Мог ли он выйти на Гарви сам собою? Нет, никак не мог. А между тем именно у Гарви будущий Хо Ши Мин мог бы многому научиться, мог бы "нахвататься идей", ведь как раз Гарви умудрялся сочетать взгляды националиста и империалиста, что так пригодилось Хо Ши Мину в дальнейшем. Но Гарви, именно потому, что был таким способным и таким ловким, ни за что не позволил бы даже и приблизиться к себе абы кому, не говоря уж о том, что зорко следившие за его окружением англичане и американцы на пушечный выстрел не подпустили бы к такому ценному человеку никому не известного помощника корабельного кока по имени Ба.

Но Ба препоны преодолел и к Гарви он приблизился. И означает это, что времени в своих странствиях ещё не ставший Хо Ши Мином Ба даром не терял и что к берегам Америки он, в отличие от берегов Франции, приплыл не с пустыми руками. Для того, чтобы, оказавшись в Нью-Йорке, отправиться в Гарлем и встретиться с Маркусом Гарви ему не только нужно было знать чего он хочет и кого он ищет, но ему было нужно ещё волшебное слово, ему нужен был мандат.

38

Для того, чтобы пообщаться с чёрными активистами Хо Ши Мину приходилось добираться до Гарлема (лишний раз напомню, что не только СаСШ начала ХХ века не были тем, чем они являются сегодня, но и Гарлем тогда был не "чёрным гетто", а вполне себе респектабельным районом Нью-Йорка), где располагался Universal Negro Improvement Trust, так пышно называлось основанное Маркусом Гарви заведение (почти так же пышно как принято называть подобные заведения в современной нам Москве), но с точки зрения начинающего вьетнамского националиста и дорога была ему не в тягость и овчинка выделки, безусловно, стоила. Многому, ох, как многому мог он научиться у более опытных товарищей.

Судите сами. Вот какие речи мог, развесив уши, впивать всеми фибрами своей молодой души любой борец, оказавшийся под сводами "Траста":

"Мы ничего не имеем против белого человека[2]. Мы всего лишь раса, желающая обрести своё место под солнцем. Нас четыре миллиона и мы слишком многочисленны, чтобы не иметь под солнцем своего места (крики с мест "слушайте! слушайте!")…

В этом месте может возникнуть вопрос это каким же таким образом американские власти терпели подобную подрывную деятельность у себя под носом? Но вы с выводами не торопитесь, а дослушайте Маркуса до конца, начинает-то он во здравие и во первых строках говорит он об американских афро-американцах, которых тогда ещё так не называли, но вот заканчивая он уводит слушателей немножко не в ту сторону, куда они так дружно устремились:

"…если шестьдесят миллионов англо-саксов могут иметь своё место под солнцем, если шестьдесят миллионов немцев могут иметь своё место под солнцем, если шестьдесят миллионов японцев могут иметь своё место под солнцем, если семь миллионов бельгийцев (по залу проносится стон) могут иметь своё место под солнцем, то я не вижу причин почему бы, руководствуясь теми же самыми принципами, четыреста миллионов чёрных не могут тоже заполучить место под солнцем и место большое (бурные аплодисменты). Если вы верите, что Африка может быть объединена в единую Империю, контролируемую африканцами, встаньте и пойте вместе со мною наш Гимн! (аудитория поднимается на ноги и запевает вместе со спикером)."