Цветок пустыни - Уорис Дири

— Узнаете меня? — спросила я у него.

Старик взглянул на меня через плечо и сразу же отвернулся, уставившись прямо перед собой — на бутылки с горячительными напитками, выставленные на полках за стойкой. «Быстренько соображай, Уорис». Мне нужно было сказать ему неприятные вещи и уговорить пойти вместе со мной в иммиграционную службу. Я понимала, что просто так он туда не пойдет.

— Вот какое дело, мистер О'Салливан. Мой паспорт забрали иммиграционные власти. Прежде чем мне его вернут, они хотят побеседовать с вами — просто задать пару пустяковых вопросов. Понимаете, они должны убедиться, что мы действительно женаты. А я не могу отыскать этого проклятого юриста, он как в воду канул, так что помочь мне некому.

По-прежнему глядя перед собой, мистер О'Салливан сделал большой глоток виски и отрицательно покачал головой.

— Послушайте, за то, что вы помогли мне получить паспорт, я заплатила вам две тысячи фунтов!

Это привлекло его внимание: он повернулся и пристально посмотрел на меня, открыв рот от удивления.

— Милочка, мне ты заплатила сто пятьдесят. У меня в жизни не было двух тысяч фунтов, а то стал бы я ошиваться в этом Кройдоне!

— Я дала Гарольду Уилеру две тысячи фунтов для вас — чтобы вы на мне женились.

— Ну, мне-то он их не давал. Если уж ты такая дуреха, чтобы отдать тому типу две тысячи монет, это твои проблемы.

Я его упрашивала, умоляла помочь, но ему это было совершенно ни к чему. Я пообещала, что отвезу его на такси, ему даже не придется добираться до иммиграционной службы поездом, но мистер О'Салливан и с места не сдвинулся.

Стараясь нащупать то, что может подвигнуть его на действие, я предложила:

— Послушайте, я заплачу. Я дам вам еще денег. Когда мы выйдем от иммиграционных чиновников, то пойдем в паб, и вы сможете пить, сколько душе угодно.

Он повернулся ко мне и вопросительно поднял брови: предложение вызвало у него интерес, но он еще сомневался.

«Не останавливайся на полпути, Уорис».

— Виски, сколько угодно виски, хоть всю стойку уставьте рюмками. О'кей? Я завтра приеду к вам домой, и мы возьмем такси до Лондона. Это займет всего несколько минут, пара пустяковых вопросов — и мы отправляемся прямехонько в паб. Годится?

Он кивнул головой и вернулся к созерцанию бутылок на полках за стойкой.

На следующее утро я снова приехала в Кройдон и постучала в дверь старика. Никто мне не ответил. Пройдя пустынной улицей, я зашла в паб, но там никого не было, кроме хозяина в белом переднике. Он пил кофе и читал газету.

— Вы сегодня видели мистера О'Салливана?

— Для него еще слишком рано, милочка, — покачал головой хозяин.

Я быстренько вернулась к дому старого обманщика и забарабанила в дверь. Ответа так и не последовало, и я присела на крыльцо, вонявшее мочой, даже нос пришлось зажать. Я сидела и размышляла, что делать дальше, и тут ко мне подошли два крутых на вид парня лет по двадцать с небольшим.

— Ты кто? — неприветливо спросил один из них. — И чего это ты расселась у моего старика на крыльце?

— Ой, привет! — вежливо отозвалась я. — Уж не знаю, известно ли вам, но я замужем за вашим отцом.

Оба со злостью уставились на меня. Потом тот, что был повыше, заорал:

— Чего? Что за чушь ты несешь, мать твою?

— Послушайте, я попала в жуткие неприятности, понимаете? Надо, чтобы ваш отец мне помог. Все, что от него требуется, — это поехать со мной в город, в одну контору, и ответить на парочку вопросов. У меня забрали паспорт, а он мне очень нужен, поэтому, пожалуйста…

— А не пошла бы ты куда подальше, мать твою?

— Эй, послушай! Я отдала этому старику последние деньги! — сказала я, указывая на дверь. — И без него отсюда не уйду.

Однако у сынишки была своя точка зрения. Из-под пиджака он выхватил дубинку и угрожающе занес ее, словно собираясь раскроить мне череп.

— Вот как? Ну, сейчас мы тебя проучим. Мы тебе покажем, как приходить сюда и вешать нам лапшу на уши…

Его братец хихикнул и расплылся в улыбке. Я заметила, что у него не хватает нескольких зубов. Мне все стало ясно. Этим парням нечего было терять. Они могли забить меня здесь, на крыльце, до смерти, никто бы и не узнал. Да и дела никому до этого не было. Я вскочила на ноги и бросилась бежать. Они гнались за мной два квартала, потом отстали, довольные, что напугали меня до смерти.

Но я, вернувшись домой, решила снова отправиться в Кройдон и ездить туда до тех пор, пока не найду старикашку. У меня не было другого выхода. На этот момент Фрэнки не только позволял мне жить у него бесплатно, но еще и еду мне покупал. Мало того, у многих друзей я занимала деньги на текущие расходы, и так не могло продолжаться бесконечно. Я потратила все деньги на того мошенника, который выдавал себя за юрисконсульта по иммиграции, а без паспорта я не могла работать. Так что мне было терять? Разве что два-три зуба, если я не буду осмотрительна. Но я решила, что сумею перехитрить этих хулиганов, для этого и напрягаться-то не особенно придется.

Я отправилась в Кройдон назавтра после обеда и не спеша стала бродить по всему району, стараясь не задерживаться у дома старика. Мне встретился небольшой скверик, и там я присела на скамейку. Буквально через несколько минут на горизонте показался не кто иной, как мистер О'Салливан. По какой-то загадочной причине он был в отличном расположении духа и очень обрадовался, увидев меня. Почти сразу он согласился сесть в такси и отправиться со мной в город.

— Ты же собираешься мне заплатить, а? — Я кивнула. — А потом заплатишь за выпивку, душенька?

— Когда сделаем дело, я куплю вам столько выпивки, сколько будет нужно. Но сперва надо, чтобы вы были хоть чуть-чуть в норме, когда станете беседовать с чиновниками в иммиграционной службе. Знаете, они редкие сволочи. А уж после этого мы пойдем в паб…

Когда мы пришли в иммиграционную службу, сотрудник окинул мистера О'Салливана быстрым взглядом и мрачно спросил меня:

— Это и есть ваш муж?

— Да.

— Ладно, миссис О'Салливан, хватит притворяться. Рассказывайте все как есть.

Я вздохнула, понимая, что нет никакого смысла ломать комедию дальше. Я чистосердечно выложила им все: о работе фотомоделью, о Гарольде Уилере, о своем, так сказать, замужестве. Мистер Уилер их очень заинтересовал. Я рассказала все, что мне было известно о нем, назвала адрес.

— Через несколько дней, когда закончим расследование, мы свяжемся с вами и скажем, что с паспортом.

С тем меня и отпустили. Вот так.

Оказавшись на улице, мистер О'Салливан загорелся желанием идти в паб.

— О'кей, вам нужны деньги? Нате… — Я порылась в сумочке, вытащила оттуда последние двадцать фунтов и протянула ему. — А теперь сгиньте с глаз моих! Видеть вас больше не могу!

— И это все? — помахал купюрой мистер О'Салливан. — Больше ты мне ничего не дашь?

Я повернулась и пошла прочь от него.

— ШЛЮХА! — завопил он. — АХ ТЫ Ж, РАСТАК ТВОЮ МАТЬ…

Прохожие оборачивались и смотрели мне вслед. Наверное, им было непонятно: если это я шлюха, почему же тогда я заплатила ему?

Прошло несколько дней, и мне позвонили из иммиграционной службы, снова приглашая меня прийти. Там мне сказали, что по делу Гарольда Уилера проводится расследование, но пока оно топчется на месте. Его секретарша сказала, что он уехал в Индию, а когда вернется — неизвестно. И все же мне выдали временный паспорт сроком на два месяца. Это был первый прорыв из той трясины, в которую меня затянуло, и я поклялась, что выжму из этих двух месяцев все, что только можно.

Я решила, что сначала поеду в Италию, — ведь я выросла в бывшей итальянской колонии и немного говорила по-итальянски. Правда, почти весь мой словарный запас состоял из ругательств, которые я слышала от мамы, но как раз они-то и могли пригодиться. Я влюбилась в Милан. Там я выступала на подиуме, на показах мод. В то время я познакомилась с другой моделью, Жюли. Это была высокая блондинка с волосами до плеч и потрясающей фигурой, она демонстрировала белье. Мы вместе бродили по Милану и так славно развлекались, что решили поехать и дальше, в Париж, — попытать счастья там.

Для меня эти два месяца были настоящей сказкой: я путешествовала по новым для себя странам, знакомилась с новыми людьми, пробовала новые блюда. Пусть заработки были невелики, на поездку по Европе этого хватило. А потом, когда работа в Париже подошла к концу, мы с Жюли вернулись в Лондон.

По возвращении я встретила одного агента из Нью-Йорка — он приехал в Англию искать новые таланты. Он уговаривал меня поехать в Штаты, обещал, что завалит меня там заказами. Конечно, мне и самой очень хотелось этого, ведь все говорили, что Нью-Йорк предоставляет самые богатые возможности, особенно для чернокожей модели. Мое агентство заключило договор, а я обратилась за американской визой.