Старшая школа Йокай (СИ) - Кемпф Станислав

— Так ты, скотина, еще и забыл меня?! — зарычала женщина.

Трансформация тела заняла долю секунды. Исполинская лисица высотой конкурировала с ближестоящим зданием, и ее вид не предвещал вообще ничего хорошего.

— Так, Костян, папа задержится. Жди меня на востоке с рассветом.

Кощей Кощеевич вытянул руку параллельно земле и выхватил из воздуха костяной полноростный посох. Длинные пальцы держали целый позвоночник.

— Потанцуем? — обратился он к огромной кицунэ, что хлестала в разные стороны многометровыми хвостами.

И меня выкинуло из барьера наружу, в реальный мир.

Отцу не требовалось рисовать руны в воздухе. Они сами возникали вокруг, сплетаясь в нужные знаки, окружая его тело. Лисица взмахнула хвостом — из щита выбило несколько вязей. На их место встали новые. Движение когтистой лапы — и в Кощея полетел сразу ворох волн кимэ. Он стукнул посохом и отбил их встречной волной. Утробный рёв недовольного зверя — и в воздухе зазвенели стальные цепи, материализованные из пустоты. Я был почему-то уверен, что звери не носят оружия. Ошибался.

Посох раскручивался, превращаясь в костяной щит. Цепи бились и стучались в этот щит, откалывая кусочки, изъедая его. На секунду отец будто стал нематериальным, и в этом месте цепи оплели пустоту. Фрагменты посоха, повинуясь заклинателю, встали на место. Цепи были целы. Костяной позвоночник был цел. Оба противника поняли, что этим оружием друг друга не пронять.

За спиной Кощея потоки мертвой воды сгущались, завихрялись и уплотнялись, пока не стали сферой. Он указал посохом, и новый снаряд разорвался над лисицей, прямо у ее головы. Богатая шерсть намокла. Ручьи Нави стекали по телу зверя, оставляя прорехи в меховой шубе, проедая бреши в обороне. Отец присел на колено, размахнулся рукой и впечатал ладонь в брусчатку, где вспыхнул мертвенным светом знак Призыва.

Перед ним выстраивались шеренги призрачных солдат. Чем они были вооружены? Что-то с крупным стволом, вроде огнестрельное, но… Как я ни прищуривался, так и не понял.

— Пли! — скомандовал Кощей.

Из неведомого оружия вылетели сотни фейерверков, огромных классических китайских хризантем, драконов, шаров. Над головой зверя расцвело небо, потемневшее было за барьером. Канонада слепила лисицу, жгла глаза, не давала нормально смотреть. Одну лапу она прижала к лицу, а второй отбивалась от дыма.

Завеса салютов закончилась быстро. Акустической волной лисица разогнала остатки атаки — и оказалась прикована к месту.

Каждый ее хвост был снабжен печатью о-фудо, висящей на огромной бумажной веревке.

Ее это опечалило, но не остановило. Перед отцом разворачивался лисий морок: огромная песчаная волна накатывалась, грозя погрести под собой и его, и весь город.

Барьер стал непрозрачным. Представление окончилось.

— Ну, значит, ожидать его с рассветом. На востоке. Ну и фигура речи. Ладно.

Я заметил собаку, дисциплинированно сидящую снаружи барьера в безопасном месте.

— Да ты подрос, красавец, — это точно был тот самый щенок, которого не так давно я сопровождал в ветклинику. Он посмотрел на меня умными глазами.

— У них эти игрища теперь надолго. Может, погуляем пока?

Судя по виду, пес никуда уходить не собирался.

— С твоей хозяйкой тоже всё будет хорошо, не сомневайся. У взрослых магов свои развлечения — надо же им как-то веселиться. Ну, раз не хочешь со мной гулять, будь здоров, — я почесал животное за ухом и отправился в направлении супермаркета. За батю волноваться не стоило, а вот еда, как уже упоминалось, сама за собой ходить отказывалась. Справлюсь как-нибудь.

Смартфон ожил. В мессенджере светились сразу два сообщения.

«Особое распоряжение. Руководство Старшей школы Сайтама настоятельно рекомендует учащимся воздержаться от посещения центра города Сайтама. Квадрат, нежелательный для посещений, очерчен Четвертым шоссе, железной дорогой, рекой Сиба и…»

Ну, здесь всё понятно. Надо бы сваливать из этого квадрата. Разумеется, руководство абы чего не посоветует. Второе поинтереснее.

«Привет, Константин-кун! У меня сегодня Гражданский турнир по боевым искусствам. Сначала думала, что не хочу позориться при всех, а теперь уверена, что без группы поддержки жизнь моя — полное говнище. Подойдешь вечером в Золотой спортивный зал? Начало с 18 часов». И селфач в тренировочной одежде.

Подойду, Томоко-тян. Конечно, подойду. Сразу надо было звать всю толпу, собрались бы, никуда не делись. И с чего бы в ней такая скромность?

Глава 17

— Привет, Изаму-кун, Кавагути-кун.

— Привет. Мы тебе даже писать не стали — сразу подумали, что встретимся у входа. Что-то ты выглядишь немного помятым.

— Да ничего особенного. Из супермаркета сегодня пакеты таскал, всю дорогу делал ставки — какой из них порвется. Батя утром приехал. Ауру мне почистили от лишнего.

— Так, — наморщил лоб Ханаваро. — Если ты Константин, сын Кощея, то хочешь сказать, что лично Кощей Бессмертный собственной персоной бродит где-то по Сайтаме, и это типа нормально?

Вместо ответа Изаму достал смартфон с открытым мессенджером и помахал им.

«Особое распоряжение. Руководство Старшей школы Сайтама настоятельно рекомендует учащимся…»

— Ааааа, — протянул недзуми. — Ну да. А чем он там вообще занят?

Я очень вкратце объяснил.

— Подожди-подожди. Я правильно понимаю, что у тебя завелась девушка, но она об этом не знает, и ты вызвал целого Кощея, чтобы проверить, та ли это девушка? — у Изаму данные не стыковались.

— Типа того.

Танака-сан-папа и Танака-сан-мама в окружении толпы младших они были заметны издалека. Мы пробрались на трибуну Золотого зала и оказались в самых задних рядах.

— Привет, молодежь, — отец семейства явно был стеснен нахождением в человеческой форме, но вида не показывал. — Она вас почему-то звать не хотела.

— А я ей намекнула, что поддержка друзей — это важно, — мама сияла как хорошо начищенный медный чайник. — Вот наша Томоко, скоро выходит на ринг.

— Какая секция? — полюбопытствовал Изаму. — Томоко-тян очень многими вещами занимается.

— Сегодня оперативное карате, — не без гордости сообщил старший они. — В самом начале идут.

Ага, значит, мы здесь не до ночи.

Первым противником Томоко стала высокорослая девушка абсолютно треугольного внешнего вида. Широченные плечи образовывали ярко выраженную трапецию с узкими бедрами. Создавалось ощущение, что если ее правильно ткнуть пальцем в плечевой пояс, она потеряет равновесие. Я ценителем странных фигур не был.

Впервые за всё время знакомства я решил рассмотреть саму Томоко. Ладно скроенная, с атлетичной фигурой, она в белом тренировочном кимоно выглядела… уместно. Волосы гладко убраны. Кожа чуть бледнее обычного, скулы немного заострились — сказывался стресс перед турниром. Черный пояс, сверкая новизной, перетягивал ее талию.

Старший они проследил мой взгляд:

— Новый подарил. У нее давно черный пояс, но предыдущий выцвел. Она расстроилась, сказала, что в таком соревноваться не пойдет, ей стыдно за внешний вид.

Девушки…

Изаму и Кавагути за моей спиной что-то разворачивали. Младшие они помогали им по мере сил. Это оказался огромный транспарант, на котором все слова были стандартными японскими буквами, а одно латиницей. Я прочитал и прыснул в нос.

ВСЕ KOZLY, А ТЫ ХОРОШАЯ!!!

Томоко, готовясь внизу к своему спаррингу, глазами нашла нас и быстро прочитала написанное. Ее сложило пополам, а когда она отсмеялась — показала нам знаком, что всё увидела.

— Между прочим, Гражданский турнир — это не менее важно, чем поддержка друзей, — мы провожали семейство они до их жилья, чтобы потом разойтись по домам, и мама Томоко рассказывала, что было не так с последним спаррингом. — Дает опыт социального взаимодействия и позволяет и других рассмотреть, и себя показать.

— Мам, а второе место — это хорошо?

— Конечно, хорошо, — Танака-сан положила руку на пояс дочери. — Ты достойно продемонстрировала все навыки, была вежлива, соблюла регламент и субординацию, оценила соперников и ни разу не травмировалась. Полностью подтвердила свой черный пояс. Отличный результат. Просто противник чуть старше и крупнее. Масса тоже решает.