Джо Р. Лансдейл. Повести и рассказы. - Джо Р. Лансдейл

держит, да в таком, что чернее того, что мне Бог от рожденья послал! — Кэнди помог Сонни подняться на ноги, вывел его наружу и прислонил к стене стойла.

— Слон, идущий сквозь огонь, — зачарованно выдохнул Сонни. — Как только увидел — сразу понял, что это значит!

— Я так рад, мастер Сонни.

Убедившись, что Буч не вернулся, Кэнди нырнул в стойло, вернул бумажный пакет в задний карман, ловко и споро сложил брезент, сунул его под мышку. Ухватил за ручку обогреватель и вынес, волоча за собой шнур. Он опустил брезент и обогреватель, закрыл калитку и запер ее — но перед тем и на слона на всякий случай глянул. Кабы не легкое качание головы, тот казался бы мертвым.

Кэнди снова взялся за брезент и обогреватель и отволок их на место. Не успел он закончить, как услышал, что к воротам подъехал грузовик Буча. Негр подошел к Сонни, взял его за руку, улыбнулся и сказал:

— Славно, что вы здесь и что слон опять помог вам прозреть. В этот раз было особо толковое видение, говорите?

— О да, Кэнди! Истинный знак свыше!

— Бог дюже любит всякие знаки. Он всегда посылает кому-нибудь знак — или горящий куст, или наводнение, или что-нибудь в этом роде, не так ли, мастер Сонни?

— Он дал мне понять сон, и в этом сне рассказал еще кое-что, чего никогда не говорил другим проповедникам.

— Это очень мило с его стороны, мастер Сонни. Он не разговаривает со всеми подряд. Только с теми, кто всякую божью тварь способен понять — слона в том числе…

Буч проехал через открытые ворота, припарковал грузовик на обычном месте и направился к билетной кассе. Он тащился, как всегда, с таким видом, словно шел против сильного ветра — и не думал, что оно того стоит.

— Господь велел мне расширить кругозор баптистов, — изрек Сонни.

— Да, такую работу Он вам поручил, мастер Сонни.

— Они ведь еще не знают, что хождение по огню — истинный способ обрести Святой Дух в себе!

— По углям, значит, ходить собрались, мастер Сонни?

— Именно, Кэнди!

— Ух, я бы на это посмотрел…

Кэнди подвел Сонни к пикапу. Проповедник открыл дверцу и залез внутрь, а в его голове разворачивались величественные картины баптистов, что своими пятами попирали и укрощали адский пламень.

— И что, совсем без обувки по углям ходить собираетесь? — поинтересовался Кэнди, закрывая за Сонни дверцу пикапа.

— Конечно! А какому праведнику нужна обувь, скажи мне? Жульничество — в обувке по огню ходить!

— Ну, ногам вашим всяко чуток получше будет…

Сонни не слушал негра. Он выудил ключи зажигания из кармана, мимоходом потрогал алые борозды на груди, оставленные обогревателем. Он ими жутко гордился. Они были как стигмы Спасителя. Подобны огненным тропам, которые Сонни проложит для своего прихода. Он научит их ходить по огню, откроет их сердца и души, доверит их пяты Иисусу. И да, было бы неплохо, чтобы в тарелке для пожертвований что-нибудь да нарисовалось… может статься, в пылу нового прозрения люди купят парочку тех Библий в обложках из красного кожзаменителя.

— Славься, Боже, — произнес Сонни.

— Воистину так, — откликнулся Кэнди.

Сонни развернул машину и выехал из ворот на шоссе. Он чувствовал себя, как, должно быть, себя чувствовал Моисей, избранный, чтобы вывести евреев из пустыни. Только он был избран, чтобы вывести паству на Новый Путь спасения, образовав Первую Ветвь Баптистов-Огнеходов. Сонни улыбнулся и подался всем телом к рулю, попирая его верхней кромкой свежие ожоги на груди. Ряды состоятельных новообращенных за горизонтом его сознания бодро маршировали по раскаленным углям и счастливо улыбались.

Ад в лобовом стекле

Посвящается Т. Э. Д. Клайну

Мы — мутанты автокинотеатра. Мы не похожи на прочих. Мы больные. Мы отвратительные. Мы верим в кровь, В титьки, А еще во всяких тварей. Мы верим в город Кунг-Фу. Если бы у жизни имелся измеритель блевоты, То нас бы зашкаливало. И пока на планете Земля остается хоть один автокинотеатр, Мы будем резвиться, как лесные звери. Мы будем зажигать, пока нас не вырвет. Головы полетят. Кинопаркинг никогда не умрет. Аминь. Джо Боб Бриггс[4]. Присяга зрителей автокинотеатров

Возможно, автокинотеатры и родились в Нью-Джерси, но у них хватило мозгов перебраться жить в Техас. В 1950-е — 60-е годы они вырастали тут, как грибы, благодаря похотливости подростков и заманчивым для семей легендарным «доллар за ночь» или «два доллара за автомобиль».

И даже сейчас