Ты – мое наказание - Наталья Юнина

все по барабану. Так что…будем считать, что разрешили.

– А Ирину ты не могла попросить купить эту гадость, если так приперло «погулять»? – сжимает пальцы, демонстративно показывая кавычки. – В куртке без капюшона, которая едва прикрывает жопу в плюс пять? Мозги не пробовала включать на всю мощность?

– После знакомства с тобой, я решила поставить их на сберегательный режим.

– Советую поступить наоборот, – козел. И это по нему я скучала? Козел не козел, но даже сейчас я не хочу, чтобы он уходил.

– Где ты вообще взяла эту куртку?

– Там, где купила, уже нету.

– Оно и понятно. Наверное, была в одном единственном экземпляре. Вкус у тебя на редкость дурной, Настя, – согласна. Я дура. Ибо только дура могла на такого как он клюнуть.

– Ну, главное, что нравится мне, – получай Вадим Викторович свое любимое «гэ».

– Я говорил с твоим врачом. Он сказал, что твои анализы уже в норме. Ты как? Готова на выписку?

– Я бы сбежала отсюда еще дней так пять назад. Так что положительно. Со мной все в порядке.

Какая-то идиотская ситуация. Он приехал сюда для того, чтобы об этом сообщить в субботу? Сегодня все равно не выписывают. И дальше что? Какого черта он пялится на меня и молчит?

– Можно я поем? – первой не выдерживаю я.

– Что? – растерянно бросает Вадим.

– У меня еда стынет. Можно я поем?

– Ешь. Зачем ты меня спрашиваешь?

– Затем, что у меня только на одного и я не поделюсь.

– А ты рассчитывала, что я буду угощаться этой дрянью? – я рассчитывала на то, что на меня, как минимум, нормально посмотришь.

Ничего не отвечаю. Разворачиваю пакет и достаю оттуда гамбургеры, картошку, фанту и еще один коктейль. Первую булку я фактически проглатываю. От удовольствия, кажется, скоро потекут сопли. Вторую уже обильно макаю в кетчуп и заливаю чесночным соусом. Никогда не испытывала неловкости от поедания еды на людях. Но на третьей булке я все же не выдерживаю. Каждой клеточкой своего тела я чувствую, что Вадим прожигает во мне дыру. Да что не так? Поворачиваюсь к нему.

– Хочешь? – протягиваю ему гамбургер.

– Не хочу, – ровно произносит он, забирая булку. Два укуса и моего последнего гамбургера нет. – Жена, конечно, из тебя выйдет хреновая.

– В смысле?

– В прямом. Жадная.

– Я просто не люблю делиться своей едой. И не ты ли сказал, что это дрянь?

– Я.

– Ну и?

– А ты думаешь, мне будет комфортно с тобой ехать в одной машине, после того как ты сожрала два гамбургера с луком?

– А мы куда-то едем?

– Да.

– Куда?

– В санаторий. На две недели.

– Но я не хочу в санаторий. Я хочу к своим животным.

– Они в целости и сохранности. Накормлены, выдоены и так далее. Ты видела это собственными глазами. Уезжаем мы в санаторий сегодня.

– Мы…вместе?

– Вместе. Тебе надо поправить здоровье.

– А тебе?

– Нервы.

– Подправить?

– Хотя бы сохранить, – бросает с едва прикрытой усмешкой. – Собирай свои вещи. Выписку я заберу позже.

Можно подумать, у меня тут есть вещи. Две недели. Две! Вместе. Серьезно? Ну не улыбайся ты так, дура. Он все тот же бородатый дотошный мужик.

Пять минут и мой пакет собран. В машине водителя не оказывается. Вадим сам садится за руль. Только почему-то мы подъезжаем к моему дому. Странные ощущения. Я туда не хочу. Забор чистый, как и стены дома. Но мне туда не хочется. Совсем. Это уже не мой дом, учитывая, что моя живность не здесь. Я бы и не поверила, если бы не скинутое Вадимом видео.

– Тебе надо собрать вещи, которые тебе точно необходимы. Не бери с собой всякий ненужный хлам. Со временем мы купим все новое. Потом сделаем кое-что еще.

– Что?

– Сначала собери вещи.

– Хорошо.

– Подожди, – берет меня за ладонь.

– Что?

Вместо ответа Вадим неотрывно смотрит на меня. Его взгляд скользит по лицу и останавливается на моих губах. Я выдаю желаемое за действительное или он правда наклоняется ко мне. Нет, не кажется. Мгновение и он подносит к моему лицу руку и, ухватив за подбородок, проводит большим пальцем по нижней губе…

Глава 23

Глава 23

Сердце в очередной раз барабанит как сумасшедшее. Хоть бы он не услышал этот бешеный танец разбушевавшегося миокарда. Сейчас он меня поцелует. Точно поцелует. Мамочки. Я столько раз целовалась с Артемом, это мне не в новинку. Только почему сейчас так волнительно? Только хочу закрыть глаза, как слышу:

– У тебя губы обветрены. Очень сухие. Надо увлажнять, – что?! У меня галлюцинации или он только что сказал, что у меня страшные губы?

Нет. Не показалось. Вадим наклоняется к бардачку, обдавая меня запахом своего парфюма, и достает оттуда сумочку, напоминающую косметичку. Копошится в ней недолго. Пару секунд и он кладет в мою ладонь помаду.

– Мажь почаще, – да, вмазать тебе надо. Причем почаще. Редкостной породы козел. Умеет спускать с небес на землю за считанные секунды.

– Не знала, что мужики пользуются помадой. Ой, подожди. Ты из этих, что ли? Поэтому в таком преклонном возрасте не женат и не имеешь детей?

– Из кого из этих?

– Голубоватых.

– Я гетеросексуал. Все претензии к «Аэрофлоту», – усмехаясь бросает Вадим. – Они подсовывают в бизнес-классе косметички с кремом для рук, гигиенической помадой и другими вещами первой необходимости. А оставить эту сумку там не позволяет моя сущность.

– Так ты еще и жадный?

– Скорее, не хочу отдавать то, что принадлежит мне.

И тут до меня доходит. Он летал на самолете. Значит, он уезжал!

– Ты куда-то летал, поэтому не приходил так долго? – редкостная тупица. Давай, еще скажи ему сколько дней не приходил.

– А ты скучала по мне?

– Скажешь тоже. Просто мне сон про тебя нехороший приснился, вот и накрутила себя, а ты как раз не приходил.

– Что приснилось? – ну давай. Думай!

– Что тебя загрызли собаки.

– Насмерть?

– Нет. Они откусили тебе ноги.

Не знаю, чего я ожидала, но точно не того, что некогда угрюмое лицо Вадима преобразится улыбкой.

– Хозяйство-то оставили?