Ангелы молчат - Николаос

От этой истории у меня под кожей мурашки забегали.

— И что?

— Да ничего. В конце концов, ее тоже убили, но не я, а подражатель. Забавно, правда? Бог не фраер… Ей было всего пятнадцать лет, и я даже любил ее немножко сначала, но потом перестал. Скорее всего, я сам убил бы ее…

Мораль истории была мне понятна — своей бессмысленной жестокостью эта девочка-блондинка вызвала отвращение даже у Зака, и все потому, что она была обычным человеком. Люди не должны так вести себя, так поступать со своими. Я был согласен. Но втихомолку подумал еще и о том, что подобное тянется к подобному, и не мудрено, что Зак встречал так мало хороших людей.

Он оттянул пальцем край джинсов, показывая тату полностью. Фигурка кошки была точеная и очень красивая, она казалась вызывающе черной на мраморной коже.

— Думаешь, это в честь того, что я люблю кошек?

Я вздрогнул и отвел взгляд — наконец.

— Думаю… вряд ли в честь Беати.

— Это на память об одном человеке по имени Кэт… Хорошем человеке. Как ты. Видишь, иногда я умею быть благодарным… — Зак прикоснулся к ссадине на затылке и поморщился. — Черт… Помоги мне встать.

Я протянул руку, и он поднялся, но так легко, будто слевитировал. Он был в порядке, и моя помощь не была ему нужна. Но я не успел додумать эту мысль, потому что Зак опять дернул меня к себе. Я просто поверить не мог, что купился второй раз. Почувствовал только, как налетаю на него, и шорох ткани спортивной куртки по моей голой коже. Рефлексы работали, я мог отстраниться в любой момент, но эта мысль как-то умерла на обратном пути от мозга. И совсем не так мучительно, как умирал Зак.

Он обнял меня обеими руками и положил подбородок на мое плечо.

— Я умею быть благодарным, Джошуа, — сказал он мне прямо в ухо. — Вот увидишь.

Губы его соскользнули, прижались к шее чуть ниже — и мое сердце вдруг остановилось. И дыхание. Не было ни страха смерти, ни боли, ни даже желания вдохнуть. Было странное оцепенение, будто одновременно я стал легким и очень тяжелым — мог воспарить, но не мог пошевелиться.

Но это был лишь поцелуй, не больше — хоть и не меньше… Потом Зак резко отбросил меня, вышел из комнаты — и сердце пошло.

Вот тут пришла и боль в легких, и страх, и невозможность надышаться. Отголосок недавнего сна, пропитанного какой-то непонятной мне безысходностью, вдруг надавил всей силой, едва не выплеснув слезы на глаза. Я наклонился за своей пайтой, и у меня закружилась голова, так резко, что пришлось опереться рукой о стену.

— Джош? — услышал я голос Перри будто издалека.

— Я в норме!

Я в норме?..

КИРА

This game has No Name

От Мелиссы я узнала, что мальчики поехали к Беати, и это повергло меня в транс. Они точно не могли знать то, до чего я сама додумалась час назад. Вывод один — то ли у них самостоятельная версия, то ли… они узнали все из другого источника. Я не так уж испугалась — не маленькие, да и Лассе с ними… хотя насчет последнего плюса у меня были большущие сомнения.

Думая об этом, я обнаружила, что уже мчусь по указанному адресу.

Я, кажется, даже не постучалась. Просто влетела в дом и остановилась в пустой комнате, соображая, что делать дальше.

— Ну наконец-то, — раздался голос за моей спиной. — Завидная пунктуальность.

Я медленно обернулась. Позади стояла Беати, помахивая сломанными наручниками. Не накрашенная она была страшнее атомной войны.

— Хоть какие-то позитивные эмоции, — почти зевнула она, — а то сплошные разочарования. Давай-ка топай к своим друзьям. Там как раз все в сборе.

Она неспешно двинулась на меня. Убегать было некуда, да я и не собиралась. Взрослый сфинкс завяжет на узел даже Майка Тайсона. Мне важно было знать, в порядке ли все, а это можно было выяснить только одним способом.

— Спокойно, Беати, — сказала я почти дружелюбно, — скажи куда идти, и я пойду.

— Вот и умница. — Кажется, она была разочарована моей сговорчивостью. Неужели ей так хотелось оторвать мне руку? — В подвал.

Я пошла по ступенькам, не оглядываясь, и не оглянулась, даже когда она демонстративно громко хлопнула дверью за моей спиной.

Все действительно были в сборе. Перри прохаживался по большой комнате, забитой всяким хламом и освещаемой двумя довольно мощными лампочками на голых проводках. Лассе, как всегда в безупречном светло-сером костюме, листал какую-то книжку, он кивнул мне. У стены стояла длинная скамейка, похожая на стадионную. Джош и Зак сидели на ней почти рядом, они подняли руку в знак приветствия, синхронно, как близнецы.

— Кира, ты не представляешь, — Перри шагнул ко мне безо всяких приветов, и я обняла его — так приятно было их всех видеть сейчас. Ну может, не всех — через один. — Оказывается, это была Беати.

— Я знаю.

— Знаешь? Что Беати напала на Эву?

— Это правда? — Вот и сложились два последних кусочка. Я села в какое-то старое раздолбанное кресло и вытянула ноги — у меня от напряжения подрагивали колени. — Что произошло?

Он вкратце рассказал мне ситуацию с Адамом.

— Тогда все сходится.

— Что именно?

— Беати плохо себя чувствовала в прошлом году, помните? Сфинксы не болеют. Как раз в это время я встретила Рэйни, за полчаса до того, как те уродцы напали на нашу клинику. А он говорит, что влияет на участников отбора. Это раз.

Лассе отвлекся наконец от своей книги.

— Так вот, значит, на кого они охотились…

— А что они?

— Они — тоже Орден, если ты не знала. Если Беати ощущала на себе влияние Ордена, если они охотились за ней, значит, она принимала участие в отборе, — сказал он. — Это реально?

— Реальнее, чем я могла себе представить вчера. Беати — дочь Утора. Это два.

— Вот и ее связь с Фокси… Она что, убила Фокси в ту ночь и заняла ее место?

— Не вижу препятствий. К тому же Рэйни сказал, что последнего участника отбора что-то или кто-то защищает, скрывает от них. Мать Беати занималась каким-то колдовством. Не знаю, насколько удачно, но до прошлого года Ордену не удавалось подобраться к ней.

Я знала, что Перри скептически относится ко всяким проявлениям магии, но сейчас он ничем этого не выдал. Перри привык верить глазам, а они уже достаточно навидались за последние несколько дней.

— Пока не прибыла сама Non Nomen, — сказал Лассе. — И не разозлилась.

— Ты что-то про них знаешь? — спросила я.

— Кое-что. Как я уже говорил, Без Имени — существа неприятные и небезопасные. Если вам когда-нибудь приходилось слышать про тварей похуже вампиров и лунатиков, то среди них Ордену — почетное место. Я бы не рискнул заводиться с кем-то из них.