КРИМИНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ ХРИСТИАНСТВА - КАРЛХАЙНЦ ДЕШНЕР

Если можно где-нибудь учиться ненависти, учиться бесчестить, бесстыдно порочить, лгать, оскорблять, то это у святых, великих святых христианства. Действительно, всех, кто не думает как они, смешивают с грязью - христиан так же, как евреев, или «беспощадно всю языческую нечисть» (Ефрем), так как последний, естественно, и язычников считает не кем иным как «безрассудными глупцами», «обманщиками во всех отношениях», людьми, которые «все лгали», «пожирали трупы» и сами «свиньи», «стадо, которое пачкает мир».

Конечно, книга «Герои и святые» (при Гитлере одобрена церковью и вышла массовым тиражом) живописует как у Ефрема, «от внутреннего волнения» текли «слезы по лицу», и объясняет его жесткость «лишь накалом борьбы тех лет"и святым возмущением любящей Бога души, так как все его существо миролюбиво и мечтательно. Когда он после ночи бодрствования поднимался к утренней молитве, дух Бога тотчас спускался к нему».

Это, однако, всегда скверное дело, как видно и на примере учителя церкви Илария, который в равной мере унижал евреев (стр. 118 и след.) и язычников, этих «бесстыдников», «крови жаждущих», этот лишенный разума «ярмовой и стадный скот», «производящий и рождающий» свое потомство «почти как птенцов ворона», но главные враги которого - еретики.

Выросший в начале IV столетия в Галлии, он выступил прежде всего против ариан и борется, как сказал католик Хюммелер более 1500 лет спустя, «с этой чумой до последнего вздоха» Для этого Иларий (поначалу подчиненный своему противнику, епископу Сатурнину из Арля, и уже тогда жаловавшийся, что «теперь столько вер», «сколько образов жизни»), разумеется, мог чувствовать себя тем более полномочным, что ему «можно спорить» лишь «с явной ересью», в то время как он, однако, проповедует «здоровое учение», он - «провозвестник здоровой веры» и именно поэтому отставлен в 356 г синодом Биттере (Безьера), некоторое время обретается в Фригийской ссылке, ибо «не в силах слышать наше здоровое учение».

Можно предполагать, правда, что Констанций II сослал Илария едва ли по религиозным причинам, а из-за политического «crimina»1. Но как раз эта ссылка на Восток (356-359 гг.) - для ариан настолько тягостная, что они добились отправки «нарушителя спокойствия на Востоке» обратно на родину, - дала ему досуг для полного завершения его главного труда против них двенадцатикнижия «о триединстве» Меж нагоняющей тоску тарабарщиной страницы заполнены оскорблениями. А именно «Для порчи господствующего рода не так гибельно внезапное опустошающее уничтожение городов со всеми их жителями(!) как эта пагубная ересь», «церковь, которая есть община антихриста».

1 преступления (лат)

Иероним был настолько удивлен, что собственноручно переписал опус Илария, Августин славит автора как могучего защитника церкви, Пий IX в 1851 г возводит его в учителя церкви, теперь святого извлекают из ножен при кроплении во время крещения и троицы, в борьбе христиан против сатаны, против «злобы и глупости», «скользких извивов змеиного пути», «яда лицемерия», «скрытого яда», «предрассудков лжеучителей», их «лихорадочной температуры», «эпидемии», «болезни», «смертельных выдумок», их «волчьих ям», «силков», их «грубых безрассудств», «лживого применения их слов».

Так очаровательно заполняет страницы Иларий -«каждая фраза вызывает нерасположение», «первый догматик и именитый экзегет Запада» (Алтанер), у которого «правоверное» исследование обнаруживает «прямо-таки бросающийся в глаза прогресс кругозора», «одаренность и благосклонность», как, впрочем, у «каждой сильной и самостоятельной личности католической церкви» (Антвейлер) - таким образом заполняет Иларий двенадцать томов «De trinitate», «лучшего антиарианского труда» (Анвандер) Монотонный поток ненависти прерывается лишь утомительным разъяснением, лучше сказать затемнением «троицы», довольно сложной материи, сам св. учитель церкви стоит не на почве догмы. Напротив, в следующем главном труде, «De sinodis», он ратует за евсевианскую теологию, то есть за связь восточного «homoiusios»1, соответствовавшего арианским представлениям, с «homousios»2 Запада.

1 подобный (греч)

2 равносущен (греч)

Оставаясь в собственной церкви (381 г) без взаимной любви, подозрительная личность, тем не менее, он непрерывно кричит: «Какая еретическая неясность и глуповатая философия» «О, порочное заблуждение безнадежного образа мыслей. О, глуповатая дерзость слепой безбожности» «Ты, бессильная глупость еретического безбожия, что возразишь ты во лжи безрассудному духу?» - и при этом «деловито соответственно дару Святого Духа дал представление о вере в целом».

СВ. ИЕРОНИМ И ЕГО «УБОЙНЫЙ СКОТ ДЛЯ АДА»

Напротив, охотно верят признанию учителя церкви Иеронима (состоятельного, из хорошего католического дома), «что я никогда не щадил еретиков, что это было моей сердечной потребностью, враги церкви становились как бы моими врагами» Действительно, Иероним так горячо участвовал в борьбе с «еретиками», что язычники при нем за крывались одеждой, само собой, пример, - из книжонки о прославляемой им девственности Святой, явно еще более чувственный, чем в дни похотливой юности, обратил взор на Евстохию, юную римлянку из старой знати, семнадцатилетнюю, свою ученицу, «приверженницу», натурально, святую тоже (ее праздник 28 сентября), которую Иероним, согласно его современному биографу, теологу Георгу Грютцмахеру, «познакомил со всей грязью и всеми пороками» - «отвратительно».

Но в то время как Иероним раскалялся против «еретиков» до белого каления, при случае и сам называемый «еретиком», он ворует как литератор, где может, и одновременно пытается произвести впечатление своей начитанностью. Так, он почти буквально списывает Тертуллиана, не называя его. Или получает все свои большие медицинские познания у великого язычника Порфирия, опять же без всякого указания на это Часто открывается «отвратительная лживость Иеронима» (Грютцмахер).

Это звучит еще мягко в его святейших устах, когда он Оригена, у которого одновременно «бесстыдным образом списывает», которого «обкрадывает со всех сторон» (Шнейдер), однажды обвиняет просто в «богохульстве»; когда он обзывает Василида «старейшим, в своем невежестве выдающимся еретиком», Палладия - «человеком низких убеждений» Уже отчетливее проявляется тональность этого человека, когда он оскорбляет «еретика» как «двуногого, пожирающего чертополох осла» (и молитву евреев, для него лишь недочеловеков, он называет ослиным криком), когда он сравнивает инакомыслящих христиан со «свиньями» и «убойным скотом для ада», когда он вообще не называет их христианами, но - «дьяволом» «Omnes haeretici christiani non sunt Si Christi non sunt, diaboli sunt».

Этот высокосвятейший церковный учитель, которого рассмотрим здесь несколько обстоятельней (так как чисто теологический писатель не стоит, в отличие от церковных политиков Афанасия, Амвросия и Августина, отдельной главы), вступает во вражду, на время или навсегда, даже острую, с людьми собственного лагеря. Например, с патриархом Иоанном Иерусалимским, которого Иероним и его монахи в Вифлееме преследовали годами. Или, еще в большей мере, с Руфином из Аквилеи, причем каждый раз, по крайней мере на переднем плане, речь шла об Оригене.

Ориген, чей отец Леонид нашел мученическую смерть в 202 г как и он сам, отказавшись отречься, был предан при.

Деции, пыткам, умер около 254 г (примерно в 70 лет). Нет уверенности, была ли смерть следствием пыток. Но совершенно уверенно Оригена причисляют к самым благороднейшим христианам вообще.

Ученик Климента Александрийского представлял в свое время христианскую теологию на всем Востоке. И еще долго после смерти его высоко ценили многие, пожалуй, большинство именитых епископов Востока, среди которых учителя церкви Василий и Григорий Нисский, которые совместно составили антологию из его трудов, «Philokalia» Осыпают его, однако, похвалами католические теологи и сегодня вновь, и, можно предполагать, церковь в общем и целом давно сожалеет о давнем обвинении в ереси.

В античные времена из-за Оригена почти постоянно шел спор, причем верой часто лишь прикрывались, по меньшей мере, в 300, 400 гг. и середине VI столетия, когда император Юстиниан в 553 г проклял в эдикте девять работ Оригена при согласии - вскоре - всех епископов империи, особенно патриарха Меннана Константинопольского и папы Вигилия Двигала властителем (церковно) политическая причина попытка объединить вновь теологически расколотые Грецию и Сирию в общей ненависти к Оригену. Но имелись также и догматические основания - которые между тем всегда одновременно и политические основания, - а именно, некоторые «ереси» Оригена, например, его субординационная христология, согласно которой Сын меньше, чем Отец, Дух меньше, чем Сын, что, вне сомнения, более соответствует прахристианским верованиям, нежели позднейшей догме. Или его учение об Апокатастасисе, Всепримирении оспаривание вечного ада, - ужас, который для Оригена ни представить нельзя, ни совместить с милосердием Бога и (конечно, точно так же рядом с противоположными учениями) обосновать в Новом Завете.