Триггер тьмы - Сеятель

— Как вы себя чувствуете?

— Паршиво, воин, — ответила она и улыбнувшись уголками губ, добавила: — благодарю вас за обеспокоенность, но вижу среди наших союзников есть куда более израненные бойцы. Эта девочка из тех людей у кого светятся глаза красным светом?

— Да. Ее зовут Лилит, и она демон, — ответил Бранд коротко и прямо, ему надоело оставлять недомолвки.

— Понятно, — обыденно произнесла девушка, хлюпнув носом. — Пока северянин занят спасением этой малютки можно вас попросить об услуге?

— Какой?

Она развернулась к дому, который выгорел практически дотла. Бранд догадался о какой услуге хотела у него попросить Корнелия.

— Нельзя оставлять его там.

— Я понимаю, о чем вы хотите попросить.

— Вы поможете?

— Да.

Юноша искоса поглядел на извивающуюся от боли Лилит и напряженное лицо Вошера, который настырно пытался приклеить руку демонессы на место. Операция в самом разгаре и этим двум лучше не мешать. Он направился к выгоревшей хижине. Корнелия короткими и неуверенными шашками двигалась следом. Юноша приметил, что аристократка странно отреагировала на произошедшие события. Куда испарилось привычная ей надменность, а на ее место пришла человечность.

Сорвав дверь с петель, Бранд осторожно вошел в дом. Он опасался обрушения крыши. И еще ему мешала кромешная темнота, словно он вернулся к тому моменту, когда они сражались против слуг и молчаливого ученика Карлоса. Неужели им придется ждать утра?

Откуда-то сзади сверкнула яркая вспышка света. Обернувшись Бранд, увидел тусклый огонь от свечи. Корнелия держала в руках крохотную восковую палочку.

— Мама всегда настаивала, чтобы я носила с собой свечи.

— Хороший совет, но почему ты говоришь о ней в прошедшем времени?

— Она умерла от кровавого кашля.

— А мои родители умерли до того, как смогли дать мне подобные полезные советы.

— Я соскучилась по простому общению без соблюдения всевозможных этикетов, — тяжело вздохнув, произнесла девушка, когда нашла взглядом тело Людвига. — Откуда в тебе взялась такая сила? Ты умудрился победить всех врагов, а еще дверь этого дома хоть и обгорела, но весила порядочно, а ты ее швырнул на целый десяток шагов.

— Ты забыла наш разговор с твоим дядей? Я же общался с самим богом, который и подарил мне эту силу.

— Я думала, что это игра слов.

— Ну, такими вещами шутить не принято, — признался Бранд, наклонившись к телу первого из слуг.

— Что ты делаешь? — удивленно спросила Корнелия, когда Бранд закинул на свое плечо, поверженного врага. — Зачем ты его поднял?

— Это невинный человек, Корнелия. Его взяли под свой контроль те незримые силы, против которых мы боремся.

— Но если мы будем хоронить каждого, то на это уйдет уйма времени.

— Тогда лучше поспешить. Пока я выношу тела, найди в одном из домов лопату.

— Но, что, если в каком-нибудь из этих домов продолжают прятаться враги?

— Когда я убил самого могущественного из них, то стал чувствовать пользователей «Системы» на большом расстоянии. Поверь мне, в этих охотничьих хижинах и близлежащей округе нет никого из них, кроме парочки демонов. Но они не представляют опасности, а наоборот, пытаются нам всем помочь.

— Ты меня удивляешь, как и твои слова. Но разве это не странно, Бранд? Почему демоны хотят нам помочь?

— Вместо того, чтобы тратить время на пустые вопросы, лучше иди и поищи лопату. Но если тебе так хочется разобраться с мотивацией демонов, то спросишь потом у них сама.

— Поняла, — коротко отозвалась она и присев на корточки, наклонила свечу, чтобы горячий воск капал прямиком на пол. — У меня еще припрятано несколько свечей про запас, а вот тебе в полной темноте будет неудобно. Мне жаль, что я вспомнила о них только сейчас. Правда, Бранд, во время боя я растерялась. Если бы не сообразительность северянина, то мы бы погибли…

— Прекрати корить себя! Северянин, как и ты, когда столкнулся с этим врагом впервые, тоже впал в ступор. Про меня и говорить нечего. Если бы не старший из демонов, то я был бы уже мертв.

— Разведчики доложили, что армия западных дикарей насчитывает несколько десятков тысяч человек. Но что, если хотя бы сотня из них будет такими? В смысле воинами со светящимися глазами, то сможем ли мы их победить?

— Сомневаться это нормально, — вспомнив слова северянина, произнес Бранд, закидывая на свободное плечо тело второго слуги. — Главное верить в собственные силы и действовать сообща. Хоть враги и могут использовать наши тела, но им никогда не поработить нашу душу.

— Красивые слова.

— Их произнес мой дед, — ответил Бранд двигаясь к выходу. — Но из его уст, они звучали несколько по-другому. Хоть Империя и завалит лес телами воинов наших кланов, но им никогда не поработить нашу душу.

Корнелия молчала. Бранд сам не понимал для чего он поведал ей слова деда. Возможно, где-то внутри проскочила искра враждебности к имперской крови. Но разве конкретно эта девушка виновата в той давней войне, которая унесла жизни его родителей? Он знал ответ, но гордость не позволяла ему повернуться и сказать что-то более нейтральное.

— Слушай, Бранд, можешь звать меня Лия, именно такое имя хотела дать мне мама, но отец посчитал иначе. Послушай, я хочу сказать, что мы не в ответе за решения родителей, но груз ответственности передается по крови. Я учту твою трагедию и увеличу награду за выполнение этой миссии вдвое.

— Я сражаюсь не ради денег, а чтобы у наших народов появилась надежда на будущее, — не оборачиваясь произнес Бранд и спешно вышел на улицу.

Жизнь невероятно сложная штука. В голове роем вились мысли, и юноша решил обратиться за помощью к своему внутреннему помощнику.

«Эмми, ты тут?».

«Да, пользователь, что вас интересует?».

«Это нормально, что я стал чувствовать присутствие Новада и Лилит? Вернее, я полностью чувствую, с какой скоростью бьются их сердца и какое у них дыхание. Зачем мне знать, ровно оно или обрывистое? Что со мной происходит, Эмми?».

«С вами все хорошо, пользователь. Просто вы прошли половину пути до ступени Ангела. Для более глубокого анализа случившейся с вами метаморфозы, лучше изучите свой обновленный статус. Если вы забыли, то я напомню, произнесите мысленно слово — Статус».

«Ладно, я понял. Статус».

Ему повезло, что под ногами была ровная дорога, которую