Четвёртый - Сергей Калашников

А ещё он назвал имя пастуха, доставившего ему тела. Вот пастуха мы и искали ещё три дня. Этот тоже ничего не имел против того, чтобы поведать нам всю историю до малейших подробностей, особенно под бутылочку вполне приличного рома - мы возили с собой некоторый запас, чтобы добавлять в воду перед питьём. Забористый такой ром - градусов семьдесят.

А еще за пару бутылок (в том числе и последнюю) он даже место нам показал и обрисовал всё в лицах - кто, где лежал и в какой позе. О том, куда подевались пистолеты, мы нашего благодетеля спрашивать не стали. И без того понятно, что зона поисков сократилась для нас буквально до десятка гектаров, что уже вполне посильно. А там мы и сами ящики отыскали - здесь река заметно уже, чем в низовьях, да и глубины невелики - нырка с тридцатого удалось нащупать в иле твёрдую угловатость ящика.

Дальше всё было просто, но очень трудоёмко. Днём мы ныряли, закрепляя верёвки на своих находках. А ночью под покровом тьмы выволакивали их на берег и аккуратно закапывали - действительно тяжелые, заразы. Если бы не знал, насколько Ольга сильна, ни за что не позволил бы ей браться за второй конец и сорвал себе пупок. А так мы за пять ночей всё достали и спрятали. А потом, сколько ни ныряли - ничего не нашли. Теперь нам был нужен серьёзный грузовик и адрес, по которому всё это следует доставить.

Пожив на этом же месте ещё пару дней, проверив, не следит ли за нами кто, и тщательно заметя следы, мы снова навестили то раскиданное по редким усадьбам селение, где разговаривали со вторым падре. Тут имелся телеграф. Отбили домой условное послание с указанием места, где ждём помощи, да и встали на постой в одном из домов. Олины папа и мама отыскали нас через два дня - Уругвай не очень большая страна. За световой день её не так уж трудно пересечь на автомобиле, даже, если ехать по грунтовкам.

Ещё через сутки весь груз был спрятан на дедушкином ранчо.

Глава 14. С налёту, с повороту

По возвращении в пригородный дом Бецких меня настигло понимание, что ради пары-тройки тонн золота очень даже стоило выдирать нас с Ольгой из вражеского тыла, поспешно чему-то учить и гнать почти на противоположную сторону земного шара - Стране Советов нынче особенно кстати подобные денежные поступления. Беспокоил лишь один вопрос - почему именно нас? Неужели из-за удобной ситуацией с внедрением? Даже легенды не пришлось придумывать - всё по правде. Разве что отмазать двух подростков на три месяца, объяснив их отсутствие работами на оборонительных сооружениях.

Теперь же, когда задание выполнено, логично ожидать отзыва и возвращения к работе по основной специальности.

- Пожалуй, - сказала Оля, выслушав мои соображения. - Но только чувствую я - выйдет иначе. Даже неудобно перед тобой - обычно-то ты всегда правильно предугадывал.

Вскоре пришло распоряжение из центра (не знаю я, как организована связь) нам с Олей отправляться в Аргентину, поступать в школу военных летчиков, после чего проситься добровольцами или в британские военно-воздушные силы, или в американские. В принципе, логично. Я-то знаю, что присмотр за теперешними союзниками нужно проводить тщательно, однако не вполне понятны именно наши перспективы - мы же гражданства не меняли, следовательно, закрепиться в послевоенный период ни по ту сторону океана, ни по эту, не сможем.

Ну и ладно - руководству видней. Короче, поскольку чемоданы у нас всегда наготове - взяли их, и поехали. Между Монтевидео и Буэнос-Айресом - столицей Аргентины - курсируют пароходики, а дорога тут не слишком дальняя - двести километров с небольшим. К вечеру были на месте и отправились искать гостиницу. А навстречу группа молодых парней в коричневых рубашках. Идут, скандируют фашистские лозунги и строят из себя сверхчеловеков. Тут моя голова и соскочила с катушек - я тупо, как носорог, попёр на них буром. Мы крепко подрались, но я эту шваль разогнал.

Оглядываюсь: Ольга стаскивает с руки свой помятый алюминиевый кастет и несколько ребят, одетых мирными жителями, отряхивают друг друга и прикладывают носовые платки к ушибам и ссадинам. То есть я дрался не один - горячие аргентинские парни активно и незамедлительно поддержали мою инициативу.

- У тебя что? Контузия совсем прошла? - Оля насмешливо кривит губы, от левого края которых тянется припухлость. - То такой осторожный был, сдержанный и взвешенный, а тут, словно с цепи сорвался. Тебя что, снова подменили?

Про "снова" я спрошу у неё позднее, а сейчас группа поддержки активно галдит на незнакомом языке... почему незнакомом? Это же испанский, которым я вполне уверенно пользуюсь! Вот, сказали что мучача... это про Оленьку?! Уфф. Схлынуло возбуждение и я снова адекватен. Меня усаживают и начинают прикладывать к лицу непонятные прохладности и жгучести. Фотовспышка, ещё одна, строгий полицейский с неуместными вопросами про имена и род деятельности и, наконец, мы с Ольгой стремительно удираем за показывающим дорогу местным. А второй следом за нами тащит чемоданы.

Переночевали мы в частном доме у одного из парней, а утром нас проводили на вербовочный пункт. Вы бы видели, как неприлично ржал при виде наших пилотских удостоверений представительный такой лейтенант аргентинских ВВС. С виду - настоящий благородный идальго, но речи его, когда он комментировал ценность этих документов, я категорически не желаю повторять. Обидно-то как! Но лезть в драку не ко времени, тем более - пусть меня научат, если не доверяют... хотя, не такой уж я искусный летчик. Стерпел.

А Оля не стерпела: - Проверьте, - говорит.

- Извольте, - когда это настоящие идальго отказывали даме в такой малости!

Нас довезли до лётного поля и подвели к двухмоторному самолёту со слегка отвислым пузиком. Показали, как забраться в кабину и уселись на сидении во втором ряду. (Я про "идальго" во множественном числе - достал он меня). А тут куча незнакомых стрелочек, неизвестных кнопочек и непонятных рычажков. Оля сразу потускнела, а я потребовал документацию.

Новое "извольте", и толстая пачка книжек с картинками на чистейшем американском английском. Этим языком в письменном виде я владею уверенно - тут сразу видно, где кончается одно слово и начинается другое, а читал я технических текстов столько, что самому страшно вспомнить. Терминология понятная, перевести дюймы в сантиметры, а фунты в килограммы - не проблема. У Ольги обучаемость такая, что мне и не снилось, а наглядное пособие в полном нашем распоряжении - условия идеальные. Правда, закончили мы уже сильно после полудня - много нового материала.

Идальго раз двадцать выскакивал наружу, а потом приходил не один, показывая на нас самым разным военным и высказываясь в смысле, что скоро выведет "этих наглецов" на чистую воду. Ну и самолёт не просто так стоял - его активно обслуживали, подвешивая в бомбоотсек бомбы. Они, конечно, скольки-то фунтовые, но на вид - как наши соточки.